Право первой ночи

Глава десятая. Волнительная

Я плакала. Вновь меня предали, походя размазали, словно муху по стеклу.  

Как же больно.

Будто сердце живьём вырвали. И хорошенько потоптались на нём, попрыгали. Кажется, даже когда я висела на кольях было легче.

А противно как. Сколько раз меня предупреждала Аннеда не доверять мужчинам, а я как последняя…

Я вспомнила жаркий шёпот Мартена, вновь ощутила прикосновения, его губы и застонала от омерзения. Дура. Тысячу раз дура. Доверчивая как ребенок. Святой Отец, когда же я пойму, что жизнь отличается от сказок?

Зачем ему надо было так поступать? Неужели не было другого способа? Просто бы стукнул по голове обухом топора и потащил к своему графу, всё равно не так жестоко. А то признания в любви, последующая ночь… завалил очередную девку, поставил себе галочку. Будет хвастаться в трактире, что даже оборотня уломал.  

Лес сочувственно шумел, тысячелетние ели роняли на меня колкие иголки. «Всё пройдет,» - говорил он, - «и это забудется»

Нет. Навсегда останется шрам на сердце. Наверное, так и получаются из жизнерадостных наивных девочек злые, уставшие от жизни женщины. Так и взрослеют.  

Будь ты проклят, Мартен.

Я с трудом оделась, желая только одного: лечь и не вставать. Эдак три месяца. И всё это время проплакать, затопить графство слезами. В жизни столько не плакала, как за последний месяц.

Но, если остаться здесь, они получат своё: Мартен деньги, а граф – мою голову. А я лучше умру, чем сдамся.

Хотя, если попаду в руки к Астону я и так умру. Я потрясла головой.

Надо идти.

Пойду туда, где меня точно ждут. Где никто меня не предаст и не выдаст. И, если поспешу, может, и спасу ещё свою жизнь.  

Я заглянула в окно. Отец стоял на коленях и шевелил губами, руки были молитвенно сложены. У меня навернулись слёзы: такая знакомая и родная картинка.

«Отче наш, сущий на небесах! Да святится имя Твое; да придёт Царствие Твое; да будет воля Твоя и на земле, как на небе; хлеб наш насущный дай нам на сей день; и прости нам долги наши, как и мы прощаем должникам нашим; и не введи нас в искушение, но избавь нас от лукавого»: - прошептала, повторяя за ним.

Мимо него прошла Аннеда и у меня зашлось сердце от тоски. Она накрывала на стол, лицо её было хмурое.

Я заколебалась: не навлеку ли я на них опасности. Они и так пострадали уже по моей вине. Не лучше ли уйти и самой попытаться выжить. И, если бы я знала как это можно сделать, я бы попыталась.

Собаки заскулили у моих ног, я шикнула.

Наконец, коротко вздохнув и зажмурившись, постучала по стеклу. Тут же спряталась в тень.

Стукнула дверь, выпуская запах пирогов и хлеба.

- Кто там? – вышел отец на крыльцо, подслеповато щурясь в темноту.

- Кто там, Маркел? – послышался голос мачехи. – Кто-то пришёл?

Она тоже вышла из дома, ухватилась за его локоть.

Я сглотнула слёзы. Так хотелось выбежать, обнять, но, что, если сейчас за нами следят?

Загадала, если они сами догадаются, то я откроюсь, если нет, то уйду навсегда из этих краёв.

- Кажется, послышалось, - неуверенно протянул отец. – Иди домой, прохладно уже.

Аннеда послушно хлопнула дверью. Я закрыла глаза от боли. Почему я так надеялась, что она почувствует меня?

- Ты одна? – спросил отец, глядя в небо на звёзды. – Никто за тобой не следил?

Что?!

Я вихрем помчалась и уцепилась за отцовскую шею, вновь чувствуя себя маленькой девочкой. И разревелась на груди.

Он молча стиснул меня в своих объятиях.

- Папочка, - шептала я, - папочка.

- Маркел, мне всё же кажется… - стукнула дверь и Аннеда вскрикнула. – Ариана!

Через мгновение на крыльце плакали уже три человека, обнявшись крепко-крепко.

- Времени нет, дочь, надо поторопиться. Аннеда, неси сумку, ту, что вчера приготовила! – первым очнулся отец.

Мачеха, утерев слёзы, согласно кивнула и исчезла в дверях.

- Как сестрёнки? – торопливо спросила я у него, - Граф с вами ничего не сделал?

- Мы их переправили в тихое место, а сами ждали тебя, не могли уехать, - отец ухватил моё лицо двумя ладонями, - Святые, как ты похудела, осунулась!

Я вцепилась в отцовскую рубашку.

- Почему я превратилась в оборотня? Это у меня от матери? Кто такой Роддиг? Что, вообще, происходит?!

Он вздохнул и обнял меня.

- Я всё тебе расскажу… как будет время. Сейчас тебе надо уходить к своим.

- К своим? – переспросила я в ужасе и отпрянула от него. – Куда это, к своим? Ты меня отправляешь к оборотням?!