Право первой ночи для генерала драконов

Глава 9

Эланира

Ночь окутала замок плотной завесой тьмы, и я тихо выскользнула за массивные двери. Сердце в груди бешено колотилось, отдавая колкими искрами недоверчивой радости: неужели получилось? Мне казалось, что следом непременно понесутся крики стражников, пришедшего в себя дракона, барона, в конце концов. Но никто не остановил меня. Я осторожно ступила на холодные каменные ступени, ведущие вниз, в сторону леса, где на горизонте мерцали редкие огни деревни. Или это все же считается городом? Однофигственно. Лишь бы убраться отсюда подальше. К тому же настоящая Эланира тоже не особо любила его, предпочтя жить в охотничьем домике в лесу.

Прохладный ночной воздух обдал лицо, и я невольно поежилась, пытаясь сохранить спокойствие. В темноте раздавался лай собак, прерываемый редкими отголосками волчьего воя из глубины леса. Жуткий звук пробирал до костей. Идти туда не хотелось, но утром сбежать будет в разы сложнее. Волки или лорд Дрейк и барон — выбор, конечно, не из простых. И все же я предпочту волков.

Прежде чем окунуться в лесную темноту, я остановилась на мгновение. В памяти начали всплывать образы, не мои, но такие знакомые. Я видела крохотный домик, окруженный густыми деревьями. Воспоминания Эланиры о ее доме проникли в мой разум, ведя меня сквозь тьму. Я знала дорогу, как будто сама выросла здесь, знала, как пройти дальше по тропинке через лес, чтобы добраться до храма.

Лес встречал меня мраком и сыростью. Ветки цеплялись за одежду, щекотали кожу, заставляя нервно оглядываться. Листья тихо шуршали под ногами, каждый шорох отдавался в сознании как удар молота.

Дом Эланиры оказался скромной лачугой, едва заметной среди густой растительности. Свет луны лишь слегка пробивался сквозь облака, освещая старую, но чистую дверь. Войдя внутрь, я почувствовала запах трав — резкий, насыщенный, почти удушающий. Несмотря на убогость обстановки, здесь царила чистота. Все находилось на своих местах, но каждая вещь казалась старой, потертой временем. На полках стояли сосуды с засушенными растениями, на столе было аккуратно разложено множество пучков трав.

Мой взгляд задержался на миниатюрном алтаре, заботливо устроенном в углу комнаты. Его украшали простые, но очевидно значимые для Эланиры предметы. Среди россыпи трав стояли огарки самодельных свечей и что-то вроде священных фигурок. Богиня, которой поклонялась девушка, казалась далекой и непонятной, но ее присутствие ощущалось в каждой мелочи.

Я подошла к полкам и начала собирать припасы. Взяла походную сумку, на дне которой нашла несколько монет и мешочек с сушеными ягодами. Вещи укладывала бережно, словно сама Эланира подсказывала, что взять. Мои руки автоматически выбирали самое необходимое: нож, флягу, горсть лечебных трав, какие-то снадобья, мешочек крупы, сменную одежду… Сумка получилась внушительной, я даже запереживала, что не смогу поднять ее, учитывая свое нынешнее тщедушное телосложение. Но я на удивление недооценила девушку, явно привыкшую к физическому труду.

Собрав все необходимое, я собралась было переодеться, но в скудном гардеробе Эланиры имелась лишь парочка видавших виды штопаных платьев да одно с натяжкой выходное. К моему глубочайшему сожалению, девушки этого мира штанов не носили.

«Только магички», — донеслась далекая мысль-воспоминание. Увы, я была не магичка, а всего лишь сбежавшая жена барона тире несостоявшаяся любовница дракона. Именно поэтому мне штаны были нужнее, чем какой-то среднестатистической волшебнице! И у меня были одни такие. Сейчас на мне.

Вот только золотая вышивка и дорогая плотная ткань давали мне мало шансов остаться в них незаметной. Хм…

Не знаю, пришли ли тут на помощь умения рукодельницы Эланиры, или мои попытки соорудить что-то на школьных уроках труда не пропали даром. Но мне удалось быстро и аккуратно спороть всю вышивку. Отрезать лишнюю длину также не составило особых проблем. В ремне проделала еще одну дырку, подогнав по талии. Осталось что-то решить с новизной и дороговизной ткани.

Идея созрела быстро. Выбежав на крыльцо дома, я подхватила первый попавшийся булыжник у порога. Осторожно потерла им штанины, чтобы они выглядели поношенными. Придирчиво осмотрела результат. Хм, а ничего так получается!

Камень шоркал по плотной ткани, оставляя на ней едва заметные потертости. Это казалось почти ритуалом — чем-то, что должно было укрепить мою решимость. Шум, возникавший от трения, напоминал шорох шагов в ночи, но не пугал, наоборот, успокаивал.

Хорошо бы проделать нечто подобное и с рубашкой, но времени было в обрез. И так долго провозилась — край неба окрасился розовым, знаменуя скорый рассвет. Так что я ограничилась лишь тем, что спорола золотую вышивку и с нее тоже. Завернув ее в кусок старой ткани, тоже сунула в сумку. Кто знает, возможно, удастся продать где-нибудь позже, что-нибудь выручить за нее. Начинать новую жизнь всяко лучше, имея хоть какие-то средства к существованию.

Оглянувшись вокруг, я убедилась, что не оставила за собой следов. Хотелось надеяться, что меня никто не будет искать, но… Не с моим везением.

Последний взгляд на маленький алтарь вызвал странное чувство тоски. Эланира, казалось, говорила со мной через эти предметы, словно предупреждала о чем-то важном. Медлить больше нельзя. Пора уходить.

Рассвет медленно пробивался сквозь густую листву, окрашивая лес в бледные розовые и золотистые оттенки. Я брела по тропе, чувствуя, как ноги становятся все тяжелее с каждым шагом. Холодная сырость леса проникала под одежду, заставляя меня ежиться. Тихий шелест листвы, далекий крик какой-то птицы, шуршание под ногами — все это сливалось в странную, почти гипнотическую какофонию, которая, казалось, хотела убаюкать меня, отвлечь от мыслей.

Я чувствовала, как тягучая тревога заполняет грудь, предчувствие чего-то нехорошего делало воздух вокруг вязким и тяжелым. Дрейк, должно быть, уже очнулся. И, вероятно, вспомнил все, что произошло. Господи, чем я только думала?! Моя попытка разыграть невинность, создать видимость того, что между нами что-то было, сейчас казалась мне невероятно глупой. А главное, опасной. Если он не бросился в погоню, то это сделает барон. Они оба сейчас наверняка взбешенные, униженные и обозленные. Мысль об этом сжала сердце, словно чьи-то невидимые пальцы захватили его в тиски. Я ускорила шаг, чувствуя, как меня охватывает паника. Эланира пока затихарилась на задворках сознания и никаких ценных мыслей-воспоминаний не подбрасывала.