Праздник, припорошенный снегом

Глава 12

Все пять минут дороги до входа в кафе я шла чуть позади Тимура, склонив голову и боялась вымолвить хоть слово. Это же надо — так попасться на крючок! Он же специально все это провернул, чтобы реакцию мою увидеть. А я возьми да поддайся. Надеюсь, губы уточкой не сомкнула от счастья... Был бы номер! Что он обо мне сейчас подумает? Какой кошмар! Сколько себя помню, никогда так не поддавалась, никогда не вела себя так открыто с мужчинами. А тут уже сразу на поцелуй была готова. Фактически с незнакомцем. Ужас!

Зайдя в кафе и отряхнувшись от снега, мы слегка поёжились и выбрали столик у окна. Тимур, проявляя себя галантным джентельменом, отодвинул мне стул, затем сел напротив и, как ни в чем не бывало, спросил:

— Может, поедим тут нормально заодно? У тебя вон... мероприятие скоро. Не уверен, что потом будет время даже на перекус.

— Твоя правда, — как можно более равнодушно ответила я. — Сейчас посмотрим, что они могут нам предложить.

Открыть меню, к слову, я даже не успела, так как к нам подошла официантка — милая девушка лет двадцати, одетая в новогодний колпак и фартук, на котором был изображен Дед Мороз в санях. Обувь девушки была украшена серебристой мишурой.

— С наступающим вас! Сегодня вы наши первые посетители! В честь нового года на протяжении предновогодней недели для первых клиентов каждого дня у нас маленький подарок — любой горячий напиток бесплатно! Каждому! — девушка улыбалась так широко и искренне, что не улыбнуться ей в ответ было бы сущим преступлением. Тимур ответил:

— Как это приятно! Спасибо вам большое!

— А также, — продолжила официантка заученную речь, — до пятнадцатого января у нас действует рождественская акция для влюбленных: при заказе десерта второй получаете в подарок! Также это распространяется на выпечку.

Я моментально словила испытующий взгляд Тимура. Даже немного злорадный. Ну уж нет. В этот раз на его удочку я не попадусь.

— Мы не пара... не влюбл... — запротестовала я в ответ официантке, но Тим быстро перебил меня.

— Прекрасное предложение! Мы обязательно им воспользуемся, — сказав все это, парень посмотрел на меня маслянистым взглядом самого опасного и хитрого лиса. Во мне снова всё вскипело. Я бросила:

— Я не ем сладкое!

— На мучное это тоже распространяется, милая, — не сдавал он своих позиций.

— От мучного толстеют! Его я тоже не ем!

— А на пирожки из Макдональдса это не распространется? — парировал этот засранец. Я вошла в раж:

— У меня не было выбора! — бросила я и повернулась к ошеломленной официантке. — Спасибо, девушка, но акция «для влюбленных» на нас не распространяется!

— Еще как распространяется! — Тимур повысил тон. — Если ты не хочешь, то это не значит, что я не буду есть сладкое. Мне больше достанется!

— Э-э-э... — протянула официантка, явно почувствовав неловкость и не зная, куда себя девать в эту секунду.

— И вообще, какого черта в вашем кафе акция для влюбленных? Сейчас не четырнадцатое февраля, в конце-то концов!! — и опять моя дурацкая несдержанность одержала победу внутри меня.

— Цыц, Дана! Как тебе не стыдно! — негодующе воскликнул Тим, а потом, смекнув всю нелепость ситуации, добавил. — Простите нас. Мы повздорили с девушкой, пока ехали. Вот она и заладила...

— Ну, вы тут разбирайтесь, а я это... потом подойду. Сейчас действует только меню завтраков. Оно на первой странице, — официантка смотрела на нас (или только на меня) как на сумасшедших. Держу пари, она думала в эту минуту что-то наподобии следующего: «И почему всяким несносным стервам достаются такие красавчики!» По крайней мере, я бы на её месте подумала именно об этом.

— Дана, ты уверена, что с твоей психикой всё в порядке? Что ты устраиваешь за спектакли? — Тимуру, похоже, начинали надоедать мои выходки.

— Потому что никакие мы не влюбленные. Мы знаем друг друга часов 6 от силы. Я не люблю врать, — резюмировала я, думая, что выкрутилась.

— О-о-ой, Даниэла. Перестань уже поясничать. Иногда мне кажется, что ты еще такой ребенок. Постоянно требующий к себе внимания.

— Никто не идеален, мистер Психолог, — отрезала я и потянулась за меню. — Я понимаю, что за своё спасение должна тебе по гроб жизни, но это не дает права распоряжаться мной.

— Пффф... — фыркнул Тим и рассмеялся бесшумно в кулак. — Никто не собирается тебя учить. Не в том мы возрасте. Сколько тебе лет, кстати? 23? 24?

Льстит. Точно льстит. Но приятно.

— 27 мне... — застенчиво ответила я, слегка улыбнувшись уголками губ.

— А я думал, 30 уже есть, — дразнящим тоном парировал Тимур, чтобы позлить меня. И я тут же поддалась, вспыхнула, как уголек! Схватила тканевую салфетку со стола и... как запустила в него! Он уклонился шутливо, вскочил с места и ринулся убегать с криками: «А! Спасии-и-ите-е, наших бьют!»

Моментально среагировав, я поддалась азарту и помчалась за ним, подобрав упавшую салфетку, с криками: «Тридцать, значит? Я покажу тебе тридцать!»

Он, громко хохоча, выбежал из кафе и устремился в сторону парковки через немыслимо высокие сугробы. Я — за ним. Тим выбирал специально непроходимые пути, вступая в снежные ямы, перебираясь через деревья с сухими и низкими ветками. А я — за ним. Пытаясь бежать по его следам и не вступать ботинками в сугробы, я, запыхавшись, хотела остановиться, чтобы перевести дыхание, но... зацепилась о какую-то торчащую ветку и... как упала со всей высоты своего роста прямо носом в ледяной сугроб.