Предана дважды

Глава 1.

Глава 1.

Дом городского Главы светился, как солнце днем, почти все окна огромного двухэтажного особняка были ярко освещены. Музыка гремела через открытые настежь окна, отчего даже в саду было ее слышно, чем пользовались молодые пары, которые не хотели танцевать в духоте зала, скользя по гравию площадки перед большой открытой верандой. В саду тоже повсюду горели красивые разноцветные фонарики, придавая легкость и нарядность и без того прекрасному саду. Даже струи многочисленных фонтанов были подсвечены так, что казалось - лунный свет льется в чаши в виде цветков лотоса. Теплый вечер вступал в свои права и накрывал дом Главы мягким синим бархатом. В большой бальной зале сегодня было так много народу, что даже танцующим парам приходилось оглядываться, чтобы не сталкиваться. Столы с закусками были вынесены на огромную веранду, куда вели широко распахнутые двери. Возле каждого из них стоял слуга в темно-синей ливрее, готовый при первом же желании гостя ринуться его исполнять. Дамы и господа в коротких передышках между танцами подходили к столикам, выпивали по бокалу шампанского и снова спешили танцевать. Давно город не видел такого веселого бала.

***

Было начало весны, но в этом южном приграничном уездном городе уже было тепло, цвели плодовые деревья, зеленая трава уже давно покрыла все скверы в городе. Придомовые участки радовали взоры прохожих буйством первых цветов. Молодые девушки сменили теплые платья на легкие, ботиночки на туфельки и теперь казалось, что по улицам города порхают разноцветные бабочки. Даже по вечерам холод уже не мучил прохожих. Только изредка прохладный ветерок набегал на улицы города, прогоняя дневную жару.

По традиции, в первый день начала сельхозработ повсюду устраивались праздники, которые были призваны задобрить Небесных Покровителей, чтобы те дарили хорошую погоду весь год, не заливали урожай дождями, не студили холодными ветрами. Если в деревнях и селах устраивались народные гуляния с хороводами, кострами и песнопениями, то в больших городах устраивались балы в доме городских глав.

На таких балах совершались деловые сделки, заключались соглашения на предстоящий торговый год, но самое главное событие этих вечеров - мамаши выводили своих дочерей на бал, чтобы подыскать им женихов. От красоты дев у мужчин кружились головы, куда-то улетучивалось плохое настроение, глаза горели, животы втягивались, плечи разворачивались в гордой осанке, хотелось выглядеть лучше и стройнее, чем есть на самом деле. К концу бала некоторым родителям даже удавалось заключить брачные соглашения. Одним словом – жизнь кипела.

На этом балу впервые купец первой гильдии Просвиряков Гаврила Павлович представлял обществу своих дочерей - старшую Анну, которой уже исполнилось двадцать два, по меркам местного общества – старую деву, и младшую Ольгу, семнадцатилетнюю красавицу с волнистыми пышными волосами цвета золота и огромными голубыми глазами, которая своей кукольной красотой пошла в свою матушку, которой не стало пять лет назад. С того времени Гаврила Павлович воспитывал своих дочерей самостоятельно. Ну как самостоятельно, он просто поручил присматривать слугам, нянькам и старшей Анне за младшенькой, которая с самого рождения была любимицей родителей, росла капризной, самоуправной девицей. А Анна? А Анна пошла фигурой и лицом в отца – выше среднего роста, волосы темно-русые с каким-то сероватым оттенком, круглое лицо, глаза цвета болотной зелени, опушенные длинными темными ресницами, довольно крупный нос, но гармонично вписывающийся в рисунок лица, пухлые соблазнительные губы, которые Анна слишком часто сжимала в тонкую белесую линию.

***

После смерти мамы Анна дала себе слово, что обязательно пойдет учиться на сестру милосердия, чтобы всегда быть рядом с теми, кто нуждается в помощи. Она до сих пор помнила, как сидела рядом с постелью больной матушки и ничем не могла облегчить ее страдания. Приходящий к маме доктор тоже разводил руками, предлагал «крепиться», не в силах ничем больше помочь болящей. Именно тогда Анна решила стать сестрой милосердия. Поэтому, когда закончилось ее домашнее обучение, она отправилась в столицу в отделение Красного Креста, которое находились под патронажем царской семьи. Девиц обучали всему, что можно и нужно знать помощницам лекарей, которые могли бы даже ассистировать во время операции, оказать раненому первую помощь, принять роды.

Как говорилось выше, уездный город находился в пограничье. Не слишком мирные соседи периодическим совершали набеги, на территории приграничных губерний. Снова гибли люди, горели дома, уничтожался урожай и скот. Врачебная помощь нужна была всегда.

Анна вернулась домой за месяц до начала бала. Здесь почти ничего не изменилось с того дня, когда девушка уезжала на учебу. После смерти мамы их большой дом словно опустел. Только в комнатах Ольги был слышен ее веселый голос. В комнатах отца и его рабочем кабинете царила почти мертвая тишина. Гаврила Павлович предпочитал все время проводить на работе, домой возвращался, когда все домашние уже спали.

Отец был довольно жестким человеком, только со своей младшей дочкой мог позволить расслабиться, выполнял любую ее прихоть, покупал ей наряды и украшения, не обращал внимание, когда Анна жаловалась отцу на то, что Ольга позволяет себе слишком много вольностей в общении с другими, а также жестокость со слугами. Однако отец не прислушивался к Анне, вновь и вновь потакая капризам младшей. Со временем Анна поняла, что жаловаться отцу на поведение младшей сестры бессмысленно и терпела все ее выходки, иногда довольно злые. Но отец упорно ничего не хотел замечать. Он даже не хотел отпускать Анну учиться, чтобы та оставалась дома и присматривала за сестрой и хозяйством. Ей с трудом удалось убедить отца, что она хочет учиться и быть полезной, так как Ольга «слаба здоровьем» и иметь дома человека, который сможет помочь ей выздороветь не так уж и плохо.