Преданная. Дар Дракону

Глава 2

Тонкий ритмичный писк проникал в сознание, заставляя вынырнуть из такой уютной мглы.

- Я не могу дать гарантий. — Мужской голос вторгся в сознание, он звучал равнодушно, словно делал это сотни раз. — Понимаете? Но организм молодой, так что надежда пока есть.

Тихие женские всхлипы, протяжный шумный выдох.

— Мне нужно, чтобы она подписала бумаги, иначе все напрасно! Слышите? — голос мамы заставил сильнее биться сердце, что сразу же отразилось на противном писке, ставшем чуть быстрее и настойчивее.

- Она приходит в себя. — Воскликнул мужчина, перебивая мать. И тут же в мои глаза направлен яркий поток света, от которого из груди вырывается слабый стон.

— Так что переживать за бумаги, — врач проговорил это как-то презрительно, выделяя голосом последнее слово, — вам уже не стоит. Лучше бы о ее здоровье так пеклись, мамаша.

Колебание воздуха — меня обдает приятным мужским запахом и тихий голос врача практически в самое ухо: — Таисия, я сейчас вытащу трубку из вашего горла, не переживайте, больно не будет. Лишь небольшой дискомфорт.

Я поморщилась, пытаясь кивнуть, мужчина погладил меня по лбу, прикоснулся прохладными кончиками пальцев к щеке.

-Задержите дыхание, теперь делайте выдох. — и одним плавным движением трубка вынута. — Спокойно! Постарайтесь дышать ровно. Я еще вернусь, но пока мне нужно завершить обход.

Тишина, слабый звук закрывающейся двери, а затем тихое, но настойчивое: — Тася, мне нужно, чтобы ты очнулась и подписала, наконец, эти бумаги.

Легкий шорох свидетельствовал о том, что чертовы документы действительно находятся в руках моей матери.

Мы никогда с ней не были близки, но, чтобы заставлять что-то подписывать, находясь в реанимации! Видимо, крепко в нее вцепились должники, раз она и сюда прибежала, хотя наше общение было прекращено ровно пять лет назад на похоронах отца.

- Ты меня слышишь? — прикосновение ее пальцев к моим, заставило вздрогнуть. — Сожми мою ладонь, если слышишь.

Я сделала то, что просили.

Вздох облегчения, а затем легкий укол в палец, словно его прокололи чем-то.

- Ты согласна с тем, что было написано в бумагах? — голос матери дрожал, срывался, в нем начали появляться незнакомые гортанные нотки.

- Мама, мне плохо! Давай повременим.

- Скажи! — мать была настойчива. — Просто скажи, что согласна со всем, что написано в договоре. — Ее голос набирал силу, заставляя подчиниться. Если бы все происходило при других обстоятельствах, то, быть может, я и сопротивлялась, а здесь!

- Хорошо, согласна! — мой кровоточащий палец мгновенно приложен к бумаге, и довольная маман — отступила, скрываясь в сумраке одного из углов палаты, зловеще блеснув оттуда ярко-алыми зрачками.

Я зажмурилась, стараясь избавиться от галлюцинации.

- Выпей, деточка. — К моим губам поднесли стакан. — Это всего лишь яблочный сок.

Я отвернулась, отказываясь пить.

- Почему ты меня не любишь? — вопрос, мучивший всю жизнь. Папа души во мне не чаял, на вот мать!

Женщина усмехнулась. Я даже с закрытыми глазами представила, как скривились ее губы, сморщился идеальный нос.

- Ты действительно хочешь знать правду? — В голосе прорезалась сталь. — Мы поженились с твоим отцом, когда ты была совсем малюткой. Андрею нужна была жена, а тебе мать. – Она замолчала, то ли подбирая слова, то ли наслаждаясь произведенным эффектом. Вы оба подходили мне идеально. Я угробила кучу времени, чтобы получить вас обоих, и теперь не собираюсь отступать! Пей!- Стакан снова у моих губ, твердое нажатие на скулы и мой рот приоткрыт, в него попадают первые капли. Я начинаю глотать, и тут же весь стакан жидкости вылит в рот.

- Глотай! – уже кричит мачеха. – Живо!

Я пыталась выплюнуть то, что было влито, но, видимо, и тех капель, которые попали в мое горло, было достаточно, чтобы запустить обратный отсчет последним секундам жизни в этом мире.

Радостный смех матери, протяжный писк машины, испуганные крики врачей, все завертелось вихрем.

- Разряд! – рявкнул доктор, проверяя зрачки на свет.

Меня ударило, ощутимо, болезненно, выбивая из сознания, тела, мира, который так сильно любила.