Преданное доверие, или Обитатели заброшенного замка

Глава 10. Опасный тет-а-тет

Кайл навис надо мной всего лишь на расстоянии пары пальцев от кончика моего носа. Чересчур близко. Слишком опасно. Судя по гневно сузившимся глазам и, перекошенной отнюдь не в дружеском оскале, физиономии, вампир явился явно не затем, чтобы поинтересоваться моим самочувствием. Как минимум – потыкать палкой в бок с вопросом «не подохла ли?», а как максимум – распустить на ленточки с той же лёгкостью, с какой оторвал тогда пуговицы на блузке.

Внутренне я вся собралась и как можно спокойнее поздоровалась:
– Вечер добрый, Кайл.

– Не боишься, что я тебе сейчас шею сверну? – с еле скрываемыми нотками ярости прошипел в ответ Кайл.

– Не особо. Я пока ещё не сделала ничего такого, за что могла бы лишиться головы. А за «инквизиторское пламя» уже принесла извинения. Можешь поинтересоваться у Тарки.

Вампир чуть отодвинулся от меня, но продолжил нависать сверху, опираясь вытянутыми руками о кровать:
– С тех пор как ты появилась здесь, от тебя одни проблемы! Если «пламя» я ещё тебе простил, приняв во внимание временную неадекватность, то за слёзы Тарки ответишь по полной! Что ты с ней сделала?!

– Ты не поверишь, но ничего. Можешь спросить у неё самой, – я попыталась вытащить руки, но они оказались плотно прижаты одеялом. Чтобы ещё больше не нервировать Кайла, а заодно не получить потом очередную отповедь от Длиннопалого, пришлось прекратить сопротивление.

Шипение переросло в яростный крик:
– Ничего? Ты говоришь ничего?! От «ничего» ТАК не рыдают. Что ты ей сказала?!

Учитывая, как начали удлиняться клыки, Кайл от бешенства уже плохо себя контролировал. Если сорвётся, то противопоставить ему мне попросту нечего: магия заблокирована, руки зафиксированы. Остаётся работать единственной здоровой частью тела: языком. Ибо в здравии своей головы в целом я уже начала сильно сомневаться. Ах да, ещё одна нога целая в наличии имеется, но так себе расклад. Пасьянс не сошёлся – гадалка была во хмелю и случайно сожгла все свои карты. Вдох-выдох, небольшая задержка дыхания, вдох-выдох, вдох-выдох, вдох-выдох...

Подстроившись под ритмичность дыхания Кайла, я посмотрела ему прямо в глаза и медленно начала говорить:
– Я действительно в тот момент ничего не говорила. Я дала Тарке слово, что всё останется между нами. Это личное. Могу лишь сказать: она до сих пор переживает из-за того, что стала такой, как сейчас.

Кайл всё-таки попался на «крючок» и постепенно успокаивался. Медленнее, чем было нужно, но всё-таки. От напряжения у меня начало ломить в висках, а во рту появился металлический привкус. Только бы кровь носом не пошла, мелькнуло в голове. Но тут Кайл дёрнул плечом и выпрямился, на мгновение разорвав зрительный контакт. Видимо, вампиру стало неудобно стоять в полусогнутом положении. Нервно зашагав по комнате, он яростно сжимал и разжимал кулаки, будто мечтая, чтобы в них оказалась моя шея.

– Чушь! Тарка – самое жизнерадостное существо, которое я когда-либо встречал, и ни разу не видел, чтобы она была расстроена своим видом! Это всё ты!

И Кайл бросился на меня. Каким образом мне удалось высвободить из-под одеяла левую ногу и дважды молниеносно ударить его в солнечное сплетение и чуть ниже живота, уже не помню. Видимо, сказались годы тренировок на полигоне, а также бесчисленное количество встреч с Изменёнными и ренегатами. Тренированное тело сработало быстрее отбитой головы, как впоследствии сама смеялась над собой. Вампир отлетел далеко от кровати, но тут же вскочил на ноги и хотел кинуться обратно, как дверь распахнулась и в комнату ввалились Длиннопалый с Энром, успевшие поймать его за шиворот и пару раз встряхнуть, словно нашкодившего котёнка. Когда пелена ярости спала с него, Кайл почувствовал резкую боль и едва не сложился пополам. Ещё и Энр хорошенько заломил ему руку, чтобы исключить обманный маневр.

– Вампирчиков не будет. Не в этом брачном сезоне, – коротко резюмировала я, вытирая тыльной стороной ладони вспотевшее от напряжения лицо. Вроде обошлось, но, увидев размазанные красные полосы на коже, громко ругнулась. Кровь носом всё-таки пошла. Не самое «удачное» стечение обстоятельств, учитывая находящихся в комнате вампиров. Я немного наклонила вперёд голову и попыталась дрожащими пальцами нащупать нужные точки на лице, чтобы остановить кровотечение, но руки тряслись от перенапряжения, а в голове ещё сильнее запульсировало.

Оставив Кайла на попечение Энра, Длиннопалый в несколько шагов стремительно пересёк комнату и достал из плетёного короба с перевязочными материалами вату. Плеснув из золотистого цвета флакона на пушистый комочек, он одной рукой нажал в нужных местах около моей переносицы, чтобы остановить кровотечение, а второй принялся стирать красные разводы с лица и руки. Как только из носа перестало сочиться, Длиннопалый затолкал испачканный комок в пустой стакан, стоящий на столике, и щедро полил сверху из того же флакона. Дважды отщипнув от чистого куска ваты, скатал турунды, быстро пропитал тем же раствором и вставил мне в нос.

– Быстро нейтрализует запах крови и разлагает её частицы, – пояснил древянник, осторожно укладывая меня обратно на подушки.

– Яфно, – я поморщилась, сдерживаясь изо всех сил, чтобы не чихнуть. – Вы слусяйно Тафку не фидели?

– Кажется, мы нечаянно едва не сбили её с ног на площадке первого этажа... Или сбили...– задумчиво протянул Энр, переглядываясь с Длиннопалым.

Древянник выждал несколько минут и аккуратно вытащил турунды, отправив затем в стакан к использованной вате.

Вздохнув, наконец-то, полной грудью, я обратилась к присутствующим:
– Можете ненадолго оставить нас с Кайлом наедине? Нам нужно кое о чём переговорить до прихода Тарки.

У Энра от неожиданности глаза полезли на лоб:
/– Мейрин, ты с ума сошла? Он тебя только что убить пытался. Длиннопалый, а она точно головой не билась?

На полном серьёзе древянник прикоснулся кончиками пальцев к моим вискам:
– Нет, головой не билась точно. Жара тоже нет.