Предатель. А я ведь любила тебя

Глава 8

Иногда кажется, что ты уже спрятался от всего мира за высокими стенами, но он настойчиво стучится в твою дверь, предлагая новый сюжет.

Я шла по улице, пытаясь заглушить внутреннюю дрожь после разговора с Андреем. Казалось, я только что выдержала ещё один бой, но сил от этого не прибавилось.

— Мария!

Голос позади был знакомым. Я обернулась и увидела Михаила. Он быстро шёл мне навстречу, длинное пальто развевалось на ходу. «Неужели он так быстро всё осмотрел в школе?» — промелькнула мысль.

Он остановился рядом, и улыбка, которая до этого играла на его лице, исчезла без следа. Его взгляд, пронзительный и аналитический, скользнул по моему лицу, задержался на глазах. Он видел — видел следы только что пережитой бури, которую я так тщетно пыталась скрыть.

— Что-то случилось? — спросил он и в его голосе прозвучала не вежливая учтивость, а прямая, почти настойчивая заинтересованность.

Я постаралась выпрямиться, сделать лицо безразличным.

— Всё в порядке, — сказала я, стараясь, чтобы голос не дрогнул. — Вам что-то нужно, Михаил? Или правильнее — Михаил Дмитриевич теперь?

Он снова позволил лёгкой улыбке коснуться губ, но глаза оставались серьёзными.

— Ну, для вас — просто Михаил, — ответил он. — А что касается вашего вопроса то я хотел бы узнать, не хотите ли вы со мной поужинать сегодня вечером?

Это было настолько неожиданно, что я на секунду потеряла дар речи. Незнакомый мужчина, с которым я познакомилась пару часов назад, зовёт меня на ужин. И делает это с такой неприкрытой уверенностью, будто для него мой положительный ответ — лишь формальность. Может, он думает, что теперь, когда я знаю, кто он такой и какое влияние имеет, я обязательно соглашусь?

— Это как-то… неожиданно, Михаил Дмитриевич, — я нарочно сделала акцент на отчество. — Вы всех незнакомых людей приглашаете?

— Только тех, с кем как раз хочу получше познакомиться, — ответил он, не смутившись. Его взгляд стал теплее, в нём появился оттенок вызова, будто он предлагал не просто поужинать, а сыграть в интересную игру.

Внутри всё сжалось. С одной стороны — эта наглая самоуверенность раздражала. С другой — после разговора с Андреем, после его раздражительной снисходительности, этот прямой, мужской интерес был как глоток свежего воздуха после душной комнаты — резок, непривычен, но бодрил и прочищал голову. Я отогнала эту мысль. Нет. Никаких мужчин. Никаких сложностей. Только работа и свои собственные планы.

— Извините, — сказала я твёрдо, поднимая подбородок. — Но у меня много дел. Я должна разработать программу занятий для детей, настроиться на новую работу. Да и… личные проблемы. Так что, извините, но я не смогу.

Я увидела, как в его глазах мелькнуло что-то — не разочарование, а скорее азарт охотника, встретившего достойную дичь. Он медленно кивнул, как бы принимая мой отказ, но не сдаваясь.

— Понимаю. Дело — прежде всего. Особенно такое важное. — Он сделал паузу, вынул из внутреннего кармана тонкий серебряный футляр и извлёк из него визитку. Простую, строгую, без излишеств. — Всё-таки позвольте оставить свои контакты. На случай, если ваши планы изменятся. Или если вам понадобится помощь. С теми самыми личными проблемами, например. У меня неплохие юристы.

Он протянул визитку. Я колебалась секунду, потом взяла её. Бумага была плотной, приятной на ощупь. На ней значилось только имя: «Михаил Арсентьев» и номер телефона.

— Спасибо, — сухо сказала я, опуская визитку в карман куртки.

— Удачи с программой, Мария, — сказал он, и в его голосе снова появились те же весёлые нотки, что и утром.

Он слегка кивнул на прощание, развернулся и пошёл обратно к школе. Я смотрела ему вслед, сжимая в кармане холодный прямоугольник визитки. Ветер трепал его волосы, а силуэт в дорогом пальто казался инородным телом в этом тихом, провинциальном пейзаже.

Ощущение было странным. Словно кто-то только что распахнул передо мной дверь в совершенно другой мир — мир, где правят уверенность, сила и недвусмысленные правила игры. Мир, в котором я была абсолютно чужим человеком. И почему-то это пугало меньше, чем мысль вернуться в тот мир, который я только что навсегда для себя закрыла — мир кухни, ожидания и тихого предательства.

Я повернулась и пошла к дому, к маме, к своей новой, пока ещё хрупкой, но уже собственной реальности. А визитка в кармане лежала, напоминая, что жизнь, как оказалось, может предлагать сюжеты и посложнее, чем просто побег и обустройство на руинах.