Предатель. Буду счастлива без тебя

Глава 18

В ЗАГС захожу твердым шагом и с гордо задранной головой. Настроение тоже приподнятое. А все из-за того, что наши с Марком отношения официально подошли к концу. Остался последний этап – получение свидетельства о расторжении брака. За этим я, собственно, и здесь.

Разумеется, имущественные споры до сих пор не урегулированы. Впереди у нас много судов, которые будут решать судьбу совместно нажитых активов, а также бизнеса, который Марк в наглую решил присвоить себе.

По словам юриста, перспективы у нас обнадеживающие. Нам назначили судью, который славится своим справедливым подходом к рассматриваемым делам, так что очень может статься, что в конечном итоге правда окажется на моей стороне.

Но об этом говорить пока рано. А сейчас самое время обрубить еще одну нить, связывающую меня с прошлым.

Тарасова замечаю издалека. Он стоит у нужного кабинета ко мне спиной, прижимая к уху телефонную трубку.

Приближаюсь. По инерции одергиваю платье чуть ниже груди. Живота у меня, само собой, еще не видно – срок слишком маленький. Но я все равно опасаюсь выдать свою тайну. Хоть словом, хоть жестом. Уж слишком она мне дорога.

Когда между мной и спиной Марка остается чуть больше нескольких метров, до меня долетают его слова, очевидно, адресованные собеседнику на том конце провода:

– Ладно, малыш, не злись. Как освобожусь, сразу приеду. Ну, конечно, быстро, это же простая формальность. Да помню я, помню, что у твоей подруги юбилей. Ну опоздаем немного, в чем проблема?

Услышанное царапает. Уже не по живому, нет… Но все еще по свежему и недавно зарубцевавшемуся.

Просто секс, значит? Ну-ну.

Лжец ты, Тарасов! Лжец и брехун! Ведь, когда удовлетворяют исключительно физиологические потребности, по праздникам вместе не ходят…

Что ж, выходит, у него с этой Ингой самые настоящие отношения: секс, совместный досуг… Может, они уже и живут вместе?! Не удивлюсь, если так. Тарасов никогда не отличался особой самостоятельностью. Ему женщина рядом нужна. Чтобы приголубила, приласкала, рубашку, в конце концов, погладила…

– Малыш, ну я же тебе объясняю, что пораньше не получится, – продолжает Марк, стискивая телефон. – Сейчас закончу в ЗАГСе и приеду. Да на кой мне общаться с бывшей женой? Она же бывшая! Я уже сто раз говорил, что только тебя люблю!

Ого… Какие подробности…

Получается, у нас в меню не только совместные походы к друзьям, но и любовь… Наверняка большая и чистая.

Все же я правильно поступила, решив скрыть от Марка беременность. Не заслуживает он. Ни ребенка, ни доверия. Козел, каких свет не видывал. Еще и лживый к тому же.

– Послушай, это займет не больше пятнадцати минут, а потом… – Марк фиксирует голову вполоборота и, наконец заметив мое присутствие, осекается. Сжимает челюсти. И уже глуше добавляет: – Я перезвоню.

А затем молниеносно сбрасывает вызов.

– Вера, – роняет, прокашлявшись. – Давно ты тут стоишь?

– Не очень, – отзываюсь холодно.

Марк переступает с ноги на ногу. Мысленно гадает, какую часть его разговора я успела услышать.

Я же провожу рукой по волосам и безучастно отвожу взгляд в сторону. Пусть и дальше гадает. Мне ни капли не хочется обсуждать случившееся.

– Еще не поздно передумать, – спустя секунд десять молчания говорит Марк.

Я нехотя фокусирую на нем внимание. Смотрю на широкие дуги бровей, прямую спинку носа и губы, которые когда-то до одури зацеловывала. Смотрю и почти ничего не чувствую. Ничего, кроме отвращения и какой-то липкой гадливости, что с противным бульканьем наполняет нутро.

И как я могла любить этого человека? Растворяться в нем? Как могла верить в то, что он говорит, и доверять самое ценное?

Качаю головой, радуясь, что это все в прошлом. Что отныне наши дорожки идут параллельно. Что я излечилась, спаслась. И больше никогда не наступлю на эти грабли.

– Иди на хрен, Марк, – говорю спокойно и беззлобно. – Я слишком долго ждала этого момента, чтобы вдруг передумать.

Бывший вспыхивает, но огрызнуться в ответ не успевает: дверь кабинета распахивается, и тучная женщина в растянутом черном свитере нелюбезно приглашает нас внутрь.

Пара минут утомительных формальностей, пара подписей в актовой книге – и у меня на руках наконец оказывается заветное свидетельство о разводе. Физическое доказательство того, что в отношениях с изменщиком поставлена жирная точка.

– До свидания! – я выпархиваю из кабинета едва ли не на крыльях.

В то время, как Тарасов покидает помещение угрюмый и задумчивый.

– Что-то ты слишком счастливая для сорокалетней разведенки, – комментирует ядовито.

– Это называется облегчение, Марк. Как после туалета, понимаешь?

Бывший бледнеет до состояния перестиранной простыни. Кажется, мое остроумное сравнение с отходами человеческой жизнедеятельности его не слишком впечатлило.

– Ты ошибаешься, думая, что без меня твоя жизнь станет лучше, – цедит зло. – Эйфория свободы скоро исчезнет, сирена уязвленной гордости стихнет. И тогда ты поймешь, что потеряла! Будешь как бабка из сказки о золотой рыбке: сидеть одна у разбитого корыта!

– Уж лучше разбитое корыто, чем ты! – хохочу в голос. Ибо его гнев меня только веселит.

– На коленях приползешь! – рычит он, все больше распаляясь.

– Мечтай! – бросаю через плечо с насмешкой. – И поторопись! А то опоздаешь на день рождения, и малыш тебя с потрохами сожрет.

Перед тем, как отвернуться, я успеваю заметить, как Марка перекашивает. Но любоваться диспропорциями его лица дальше у меня попросту нет времени. Слишком много дел впереди.