Предатель. Голубая кровь

Глава 4. Студия

Юля

Вапоретто практически пустое. Я прохожу до самого конца и тревожно всматриваюсь в воды канала позади катера. Каждая клеточка тела застыла в напряжении, отчаянно боюсь погони. Это иррациональный страх.

Ну что мне может сделать Марко? Не потащит же силой назад к себе. Это было бы ужасно глупо, он сам хотел от меня избавиться. Какая разница когда — сейчас или через две недели? Сердце снова колет обидой, но я решительно заталкиваю это чувство в чулан души.

У меня нет времени жалеть себя.

Так много предстоит решить. Например, выбрать место для проживания.

Разумно было бы вернуться в Россию и попытаться там найти работу. Наверное, у меня были бы неплохие шансы на нормальное трудоустройство. Европейские дипломы вроде бы ценятся. Даже если это бакалавриат.

Студию тогда можно продолжать сдавать туристам. Всегда был бы дополнительный источник доходов. Только мне совсем не хочется уезжать.

Я люблю этот город. Он похож на музей под открытым небом. Мне нравится жить в этом пространстве. Я даже привыкла к специфическому местному запаху затхлой воды, перманентно оккупирующему город, уже его не замечаю.

Только не факт, что я могу себе позволить остаться в Венеции. В туристических центрах уровень цен всегда выше. Студию сдавать не получится. А еще здесь трудно найти приличную работу.

Если я не смогу трудоустроиться, то в любом случае придется уехать.

Нахожу чат со своим преподавателем по истории искусств. У него много связей в Венеции. Отправляю мужчине сообщение с просьбой о встрече.

Вскоре выхожу на своей остановке.

Моя студия располагается в районе Дорсодуро, в пешей доступности от университета Ка-Фоскари. Марко подарил ее мне для экономии времени на дорогу. Предполагалось, что я буду там ночевать, когда он уезжает из города.

Я же практически сразу отдала ее под аренду. Разумно рассудив, что сказка не может быть долгой, поэтому нужно подготовить финансовую подушку. Тогда я еще понимала, что срок наших отношений ограничен. Потом забылась и начала верить в большее.

Как можно было не поверить? Моя жизнь казалась сном. Очередной прилив принес мне сундук со всевозможными земными благами.

Я жила в красивейшем городе мира с самым прекрасным мужчиной на свете. Училась в университете Ка-Фоскари. Марко осыпал меня подарками, одним из которых стала студия. Я как будто оказалась в сказке.

Видимо, пришло время отлива, который уносит сундук с собой.

Когда по лабиринтам переулков петляю до нужного дома, телефон начинает звонить. Сердце тревожно подпрыгивает при виде имени абонента. Все-таки Марко обнаружил, что меня нет.

Если не возьму, он может сюда явиться. Будет логичный финал для откровенно хренового дня. Набираю воздух в легкие и все-таки принимаю вызов.

— Да, Марко! Ты что-то хотел? – интересуюсь ледяным тоном.

— Джулия, почему ты шляешься одна по городу вечером? – голос любовника наполнен праведным гневом.

— Мне надо привыкать, — хмыкаю я, — вряд ли в ближайшее время у меня появится постоянный сопровождающий.

На том конце тишина, Холодини пытается осмыслить услышанное.

Я наконец-то подхожу к нужному дому.

— Джулия! – тяжело вздыхает. – Мне жаль, что ты все узнала не от меня. Наверное, тебя накрутили и выставили все в черных красках. Я не идиот и все понимаю. Ты считала этот дом своим. Тебе сейчас очень обидно. Давай все поставим на паузу. Я дам тебе время остыть, потом мы поговорим. Просто хотел убедиться, что ты добралась до места.

В моей крови столько адреналина, что я, совершенно не напрягаясь, практически взлетаю на третий этаж.

— Я добралась до места, Марко, — открываю дверь, прохожу в студию.

— Хорошо, любимая! Спокойной ночи! Свяжемся, когда эмоции улягутся.

Просто сбрасываю звонок. Это все уже слишком. Как он может называть любимой после всего, что сегодня случилось? Зачем он меня изводит вместо того, чтобы просто отпустить?

Разве любимых ставят в такое унизительное положение? Низводят до обычной содержанки и грязного секретика? Неужели он не понимает элементарных вещей?

Если послушать Марко, можно подумать, что дом – это главная моя потеря.

Почему он совершенно не думает о моем разбитом сердце? Или это в порядке вещей?

Просто выскочке из российской провинции напомнили ее истинное место в венецианской иерархии. А я должна радоваться тому максимуму, на который могу рассчитывать – быть теневой женой и рожать бастардов с голубой кровью.

Если бы он просто разорвал отношения, было бы больно, но не было бы так унизительно.

Меня потряхивает от происходящего. Не сразу понимаю, что в комнате адски холодно. Подхожу к ледяным батареям и открываю вентиль подачи тепла.

Беру свои слова назад. В Венеции бывает холодно. Особенно в непротопленных сырых домах. Просто настоящий холодини.

Перед глазами встает его невеста. О браке Марко с Патрисией было известно с того момента, как только в семье Сукато родилась дочь.

Когда начинались наши отношения с Холодини, она была еще подростком. Первое время я помнила о ее существовании и запрещала себе всякие надежды. Чем дальше, тем больше будущая свадьба с Патрисией казалась чем-то нереальным. Ведь мы любили друг друга. При таких вводных контрактный брак был бы просто безумием. Так мне казалось...

Порой было неудобно перед Сукато, когда мы изредка встречались на приемах. Казалось, что я увела у нее жениха. Пусть и договорного, но все же.

Какой же наивной дурочкой я была, если верила в силу чувств в расчетливом венецианском высшем свете. В итоге не я увела жениха у Патрисии, а она увела у меня любимого мужчину.

И все только потому, что ее кровь считается голубее? По понятиям страны, где только недавно победили победивший социализм, все это выглядит чудовищно несправедливым.

Руки начинают согреваться от тепла, ожившего в батарее.

Телефон вибрирует на столике. Пришел ответ от моего преподавателя. Предлагает завтра зайти к нему в университет. Тут же отвечаю согласием. Появляется надежда на светлое будущее.