Предатель. Голубая кровь

Глава 30.1. Мифы

Юля

Озираюсь по сторонам. Не обнаружив опасности, облегченно опускаюсь на свободное место. Хорошо, что вагон закрытый, в проходном расслабиться было бы сложнее.

Бешено бьющееся сердце медленно возвращается к нормальному ритму.

Что вообще это было?

Леон гипнотизер или какой-то экстрасенс? Никогда с ними не сталкивалась. Просто страшные люди. Довыпрашивала у вселенной внимания Шварца. Теперь мной овладевает какой-то священный ужас, плотно перемешанный с адским возбуждением, которое до сих пор не прошло.

Как я завтра смогу пойти на тур, когда знаю, что это все может повториться? Просто бросить турнир совершенно не вариант. За каждую пропущенную партию получу техническое поражение и потеряю рейтинг.

Возможность снова нарваться на Леона и ужасает, и возбуждает одновременно. И это совершенно ненормально, учитывая то, что все происходило против моей воли.

Да, это самая главная моя претензия. Я не хочу, чтобы меня обездвиживали. Как вообще такое возможно? Черный опасный мужчина. Он сам дьявол. Недаром последнего в фольклоре считали живым воплощением секса.

Уже на эскалаторе вспоминаю, что забыла сумку в турнирном зале. Там была карта от номера. Дадут ли мне запасную без документов и каких-либо доказательств личности? Кажется, по правилам ее вообще нельзя выносить из отеля.

— Джулия! – слышу оклик, когда выхожу на улицу.

Оборачиваюсь, вижу Майкла. Немного смущаюсь. Боялась с ним пересекаться после того случая в «Ферзе».

— Привет! – испуганно улыбаюсь, когда довольный британец подходит ближе.

— А я тут живу рядом. Спешишь? Не хочешь зайти в гости на чай?

С благодарностью соглашаюсь, трусливо отодвигая решение насущных проблем.

Майкл занимает квартиру с дизайнерским ремонтом в одном из точечных новостроев, втиснутых между сталинками. Поясняет, что квартира принадлежит его лондонской подружке, сестре того самого Князева.

Сразу прошу у британца разрешение воспользоваться ноутбуком. Залезаю в соцсеть и прохожусь по списку контактов в поисках того, кто еще не закончил партию. Отзывается Сергей Фирсов. Прошу его забрать мою сумку с собой.

Через десять минут получаю ответ, что ни в зале, ни у судьи не найдено ничего, соответствующего моему описанию.

Мысленно перебираю список потерь. Кредитку до возвращения в Венецию, восстановить не получится. Придется наступить себе на горло и пользоваться деньгами Марко. Хорошо, что загран оставила в номере. В сумке был только российский паспорт. Сколько его вообще восстанавливать? Вряд ли успею до отъезда.

Майкл усаживает меня за стол. Наблюдаю за ритуалом чаепития по-британски. Барнз добавляет молоко в чашку, затем аккуратно наливает сверху заварку.

— Паспорт не вопрос, — уверенно заверяет англичанин, выслушав суть моих проблем, — попросим Князева, он поможет.

— Майкл, а что ты вообще собираешься делать? Так и будешь, как Сноуден, всю жизнь скрываться в России? – недоуменно уточняю у приятеля, вытаскивая из вазочки швейцарское печенье.

— Я не совершил ничего ужасного, — пожимает плечами Майкл, — надеюсь, барон остынет рано или поздно. Главное, переждать первое время. Потом восстану из мертвых, всем скажу, что произошла ошибка. Возможно, получится обзавестись другой личностью. Но этот вариант под вопросом.

— А ты правда считаешь, что напал на след какого-то долгожителя, который прячется за чужими личностями? – осторожно беру чашку и делаю глоток.

— Думаешь, я спятил? – Майкл вздергивает бровь.

— Нет, ты знаешь, после некоторых событий я готова поверить в сверхъестественные проявления, — со вздохом признаюсь я.

— И что же такого произошло? – любопытствует британец. – Если не секрет, конечно.

Ставлю чашку на блюдце и некоторое время смотрю на Майкла. Кому еще такое расскажешь, если не человеку, который манкировал прямыми обязанностями в поисках призрака.

— Это произошло с моей подругой… — осторожно начинаю рассказ, лишь слегка изменяя детали.

Майкл слушает внимательно, даже не пытаясь меня высмеивать.

— Знаешь, в европейской мифологии были такие персонажи, как суккубы и инкубы. Демоны похоти и разврата, которые приходили к порядочным гражданам и разводили их на секс. Суккубы особенно любили сбивать с пути истинного монахов, а инкубы монашек.

— Думаешь, к моей подруге приходил инкуб? – нервно смеюсь, отчего-то заливаясь краской.

— Дыма без огня не бывает, — пожимает плечами Майкл, — это сейчас принято считать, что мифы всего лишь сказки. Наши предки в них верили.

— Прости, но эти легенды прошли мимо меня. Можно поподробнее? – немного наклоняюсь к британцу, чтобы не пропустить ни слова.

— Ну, сначала суккубы были скорее положительными персонажами. За любовь человека они могли подарить земные блага. Обеспечивали материальное благополучие, почет и славу. В позднем средневековье демоны стали однозначно отрицательными персонажами, которые совокупляясь с человеком, могли забрать его душу и жизнь. Думаю, в изменении смыслов активно поучаствовала церковь, которая секс в принципе не приветствует.

— А как защищаться, в легендах не говорилось?

— Молиться, — иронизирует британец, — но, думаю, это поздний церковный рецепт. Из народных средств, кажется, чеснок помогает.

— Как от вампиров? – с сарказмом уточняю.

— Думаешь, не сработает? – смеется Майкл. – Пусть подружка попробует, потом расскажет.