Предатель. Голубая кровь

Глава 43. Предложение

Юля

Потеря камня действует на меня мобилизующе.

С одной стороны, мне безумно жаль лишиться амулета. Ведь вместе с ним ушла и уверенность в будущем.

С другой стороны, на подкорке сидело, что я пользуюсь помощью темных сил. Глупость, конечно, но это что-то родом из детства. Вбиваемые родителями убеждения, что без труда не вытащишь и рыбку из пруда, а вся халява есть происки лукавого. Временами почти верила, что я отдала душу инкубу, когда вступила с ним в греховную связь. Казалось, что волшебный амулет — это такая расплата за мою душу.

То, что я так легко потеряла свой талисман, является прямым доказательством — темные силы здесь ни при чем. Они бы такого не допустили.

Теперь внутри поселилось стойкое чувство неудовлетворенности. Оно требует от меня достичь таких же успехов без амулета, каких я смогла бы добиться с ним.

Я полностью погрузилась в процесс тренировок с Будиславом. Темы для отработки выбираю таким образом, чтобы не только подтянуть парня, но и заполнить собственные лакуны в теории. Годы отсутствия системной подготовки не прошли бесследно.

Но, по сути, амулет всего лишь усилил концентрацию внимания. Если бы я сама не умела играть в шахматы, он ничем бы не помог. Следовательно, я до сих пор не растратила навыки. Должна справиться и без камня.

Будислав взвыл уже на третий день наших тренировок. Он явно не привык заниматься часами. Зато Йованович-старший ходил чрезвычайно довольный и накануне отъезда во время обеда озвучил неожиданное предложение:

— А может мы вас поженим, молодые? – смотрит на меня с хитрым прищуром.

Моментально давлюсь своим шопским салатом.

— Я вообще-то старше Будислава, — напоминаю, отпив воды из стакана. Краем глаза кошусь на парня, который сильно побледнел.

От его тусовок я после того вечера упорно открещивалась, напирая на то, что чуть не стала жертвой изнасилования. Так я объяснила причину своего внешнего вида, когда вернулась в клуб.

К тому же я замучила бедного парня долгими занятиями. Он явно успел сто раз пожалеть о нашем договоре. Вряд ли ему по душе идея его отца.

— Пара лет не разница, — отмахивается Йованович-старший. — Знаешь, Джулия, как говорят в Сербии: человек хочет быть лучше других, но хуже сына. Женщина может сделать то, что отцу не под силу. Как говорится, легче бороться с сатаной, чем с красивой женщиной.

— Мне лестно ваше предложение, — осторожно формулирую ответ, — и Будислав очень перспективный молодой человек, но я пока не планировала выходить замуж. Уверена, ваш сын и без всякой женщины даст множество поводов им гордиться.

— Жаль, — Йованович опрокидывает рюмку ракии. – Если вдруг надумаешь, дай мне знать.

Мужчина заговорщицки мне подмигивает, Будислав облегченно обмякает на стуле. Жена Йовановича-старшего не говорит по-русски, поэтому просто с подозрением посматривает на всех сидящих за столом по очереди.

В своей комнате набрасываю на плечи серый шерстяной плед и выхожу на террасу. Море сегодня неспокойно, ветер моментально начинает трепать волосы.

Жить в доме Йовановича я, конечно же, не планирую. Но если с работой в Венеции не выгорит, может имеет смысл перебраться куда-нибудь в эти края.

Впрочем, после нападения не очень хорошая идея. Хоть нападающий и говорил по-английски, он может жить где-то рядом. А язык просто способ меня запутать.

Опрос свидетелей не внес никакой ясности в этот вопрос. Мужчина сидел один, кроме меня его никто не запомнил.

В очередной раз прокручиваю в голове тот эпизод.

Ну, почему Леон не рассказал мне, кто он такой? Сейчас я лучше бы понимала ситуацию. Очевидно одно — нападающий имеет ту же природу, что и Шварц.

Они принадлежат к одной общности. Мужчина точно знал, что это за амулет. Следовательно, у них с Леоном общая культура, неизвестная всем остальным.

Злоумышленник обозвал меня «человеческой самкой» и сказал, что выше головы не прыгнешь. Вряд ли это просто случайное ругательство. Они не просто люди с экстрасенсорными способностями. Если не демоны, то кто? Также как и я, принадлежат к какому-то параллельному виду? Более совершенному, чем все остальные, если способны управлять чужим мозгом.

— Джулия, прости, я стучал, ты не отзывалась, — вздрагиваю, когда внезапно за спиной раздается голос Будислава.

— Ты меня напугал, — зло выговариваю приятелю, придерживая плед на груди.

— Просто хотел поблагодарить за то, что ты отказалась, — оправдывается Йованович-младший. — Меня бы отец точно слушать не стал.

— Это не входило в условия договора, — улыбаюсь уголками губ, — надеюсь, ничего не изменилось, мы завтра отплываем?

— Да, все в силе. Шкипер уже предупрежден.

Пытаюсь понять, что я чувствую по этому поводу. Смотрю в сторону открытого моря. Такое ощущение, что в ближайшие дни окончательно закрою важный этап в своей жизни. И что будет потом?