Предатель. Голубая кровь

Глава 45. Помолвка

Юля

У палацетто Холодини образовался затор из катеров. Проплываем мимо и высаживаемся недалеко от пристани вапоретто. По узким улочкам пробираемся до черного входа в дом. Пишу сообщение Бьянке, и вскоре она открывает. У нас есть приглашение на имя Лоренцо, но я боюсь оказаться персоной нон-грата. Лучше не рисковать и избегать парадных дверей.

Благодарю горничную и быстро ныряю вглубь палацетто. В последний визит я подарила Бьянке дизайнерскую сумку, теперь нужно придумать более весомую форму благодарности.

Иду по галерее со смешанными чувствами. Дом, который я долгие годы считала своим, сегодня кажется чужим и холодным. Я часто устраивала здесь похожие приемы. Флористы точно так же украшали залы свежими цветами, свечи в канделябрах создавали таинственную атмосферу. В воздухе витал крафтовый аромат для помещений, созданный специально для конкретного вечера. Оказывается, я совершенно не уникальна. Меня сменили на другую, и от этого ровным счетом ничего не изменилось. Грустно.

— Хочешь просекко? – Лоренцо подцепляет пару бокалов с подноса, проходящего мимо официанта. Ловко вручает мне, не дожидаясь согласия.

Благодарю и делаю глоток, чтобы смочить пересохшее горло.

Сегодня много пить не стоит, мне нужна холодная голова.

Все это неприятно, мне некомфортно здесь находиться. Но назвался груздем, полезай в кузов. Нужно отыграть до конца этот сценарий, если уж решилась на смелый шаг.

Заходим в бальный зал. Здесь тоже привычный антураж светских приемов: музыканты играют что-то из классики, женщины и мужчины в вечерних нарядах общаются и не ограничивают себя в просекко.

В группах гостей много знакомых лиц. Взгляд сразу фиксируется на известном светском журналисте. Вряд ли можно на него рассчитывать. Наверняка его лояльность оплачена, и он будет петь дифирамбы мероприятию.

Сразу ловлю на себе взгляды. Сначала поверхностные, потом ошарашенные. Все больше глаз украдкой наблюдают за каждым нашим шагом. Чувствую себя звездой вечера и невольно ухмыляюсь.

Ощущаю почти физически, как атмосфера заряжается радостным предвкушением. Гости ждут не хлеба, но зрелищ. Не на каждом приеме удается стать свидетелем какого-нибудь скандала.

— Звезда моя, сразу поприветствуем хозяина дома или немного отложим этот волнующий момент? – иронизирует Тонато с нетерпением в голосе.

Замечаю в зале своих приглашенных гостей. Настроение поднимается еще больше. Я тоже внесла свой вклад в организацию этого вечера. Вот и посмотрим, чьи труды эффективнее: мои или помолвленной парочки.

— Пошли. Зачем откладывать? – с легкой улыбкой говорю я, натягивая на лицо самое светское выражение. Оставляю бокал на подносе одного из снующих вокруг гарсонов. Опираюсь на любезно предложенный локоть Лоренцо.

Чем ближе подходим, тем сильнее мое зрение фокусируется на счастливой паре. Весь ненужный фон сейчас расплывается.

Зачем-то думаю, что когда-то мечтала стоять вот так рядом с Марко на нашей с ним помолвке. Надо же было быть такой идиоткой и верить в силу чувств, побеждающих вековые традиции договорных браков. Сейчас радует только одно – у меня хватило ума ни разу не озвучивать Холодини свои надежды.

Первой меня замечает Патрисия, ее губы складываются в идеальную букву «о». Девушка быстро берет себя в руки, но первая реакция просто бесценна.

Неужели она не знает, что в номере была не я? Судя по всему, да.

Сукото выглядит великолепно. На ней свободно струящееся жемчужное платье. Фамильные украшения гармонично вписываются в образ. Хорошо подготовилась к такому важному мероприятию. Похожа на невинную прекрасную нимфу, которую сегодня обидит злая колдунья в алом.

Чувствую жгучий взгляд и перевожу фокус внимания на Марко. Он тоже меня уже заметил, выглядит потрясенным и не считает нужным это скрывать.

Не ожидал меня здесь увидеть, милый? Нужно внимательнее относиться к намекам обиженной женщины.

– Лоренцо, Джулия! – мое имя он выдыхает, как молитву. Патрисия вцепляется в жениха, как плющ. Всем видом показывает, кто тут имеет право к нему прикасаться. Внутренне усмехаюсь, внешне держу дружелюбную улыбку. – Мы рады видеть вас! – сдавленно выдает Холодини.

— Марко, Патрисия! – отвечает на приветствие Лоренцо. – Спасибо за приглашение! Поздравляем вас с этим судьбоносным днем с вашей жизни. Вы прекрасная пара, под стать друг другу, – не может удержаться от шпильки Тонато. – Долгих лет вашему союзу!

Во время речи друга просто молчу, ощущая сильные чувства молодых в мою сторону. Патрисия жаждет меня придушить своими руками, видимо, раз ее человек не справился. Марко тоже чего-то жаждет. Надеюсь, достаточно сильно.

— Поздравляю! – холодно присоединяюсь к Лоренцо. Выслушиваем вялые благодарности и отходим от группы хозяев приема, в которой я успеваю заметить родителей Холодини и Сукото. В глазах старшего поколения сквозит крайняя обеспокоенность. Во взгляде отца Патрисии читается глубокое неприятие. Надеюсь, они не пойдут на скандал и не выставят меня прямо сейчас.

Хотя самое худшее уже произошло – завтра вся Венеция будет гудеть, что любовница Холодини заявилась на его помолвку. Перчатка общественной морали уже брошена, негласные устои уже попраны.

Гости отводят глаза, когда мы проходим мимо. Не пытаемся ни к кому подойти, лишние столкновения мне ни к чему, сегодня другие цели.

Тонато вновь вручает мне бокал с алкоголем. Забота Лоренцо очень трогательна, но я волнуюсь гораздо меньше, чем он думает.

Отходим к стене зала, на которой изображена фреска с сюжетом из греческой мифологии. Дионис уносит с собой Ариадну. Это действо горячо приветствуют музы и сатиры. Вспоминаю, что в советском мультике Тесей, победив Минотавра, увозит Ариадну с собой в Афины. В мифе же герой забрал ее из родительского дворца и просто бросил на одном из островов. Бог виноделия и разврата спас Ариадну и, по одной из версий, женился на ней.

Герой бросил, демон спас. Встряхиваю головой, чтобы отогнать наваждение. Демон не спас. Демон тоже бросил.