Предатель. Голубая кровь

Глава 65. Миф

Никколо Балиер

Ресторан забит под завязку. Мысленно хвалю себя, что зарезервировал столик. Многие посетители в костюмах, но без масок. Очевидно, их сняли на время трапезы.

Вчерашние слова Гретты неприятно ползут по коже. Хочу побыстрее увидеть Джулию и понять, насколько они близки к истине. Лично я не верю, что она могла бы вернуться к Холодини. Даже если он разорвет помолвку, ее тень должна пропастью лежать между ними. Если я хоть немного понимаю психологию христианских женщин. А я склонен тешить себя иллюзией, что изучил ее неплохо.

Джулия заходит в ресторан и рассеянно разглядывает зал. Поднимаю руку и машу девушке, обозначая свое присутствие.

Замечает, улыбается, идет навстречу. Глаза лихорадочно блестят, и я пытаюсь понять причину.

— Вы без охраны? – вырывается вопрос до того, как я успеваю его сдержать.

— Прошмыгнула через черный ход, пока Уберто готовил завтрак, — довольно сообщает Джулия, пока до нее не доходит суть. Хмурится, поджимает губы. – Откуда вы знаете про охрану?

Девушка смотрит на меня с подозрением, готовясь изобличить в неискренности. Не собираюсь начищать латы и примерять на себя рыцарский кодекс. Потопить Холодини в моих интересах.

— Любовница Марко сообщила мне, что он позаботился о вашей безопасности. – сообщаю бесстрастным тоном.

Пыховцева вспыхивает и заметно нервничает. Пытаюсь понять, что это значит. У нее остались какие-то чувства? Почему такая яркая реакция?

Я мог бы прямо сейчас внушить ей страстную влюбленность в меня, смыть все воспоминания о другом мужчине. Желание сделать это почти нестерпимо, но я удерживаю себя у самого края.

Хочу, чтобы она влюбилась в меня рационально. Без применения посейдонского арсенала.

— Он с ней всем делится? Как это мило, — желчно улыбается с холодом в глазах.

Нет, думаю Гретта ошиблась. Джулия не планирует возвращаться к Марко.

К нам подлетает официантка, приходится отвлечься на меню. Заказываю что-то с первой страницы. Джулия поступает аналогичным образом.

— Вино, просекко, граппа? – из вежливости уточняю я.

— Шампанское по утрам пьют или аристократы, или дегенераты, — по-русски цитирует девушка, и я прячу усмешку в кулак.

— Простите? – хочу услышать более конкретный ответ.

— Нет, профессор, я не буду ничего алкогольного. Просто воду без газа, — Джулия переходит на итальянский и очаровательно улыбается.

Официантка записывает заказ в блокнотик. Мне кажется, это очаровательным. Есть в этом отказе от цифровых технологий дыхание старой доброй Венеции. Джулия задумчиво смотрит в спину, удаляющейся в сторону кухни девушки.

Осторожно касаюсь энергии Пыховцевой. Слегка, чтобы просто вспомнить вкус. Главное — не нырять глубже. Будет сложно остановиться.

Джулия убирает выбившуюся прядь за левое ухо, и я наконец-то замечаю кольцо на ее безымянном пальце. Это открытие бьет кулаком под дых и выбивает воздух из легких.

Неужели я снова опоздал?

Прикрываю глаза и пытаюсь успокоиться.

— Вы обещали рассказать историю про атлантов и амазонок, — слышу голос девушки сквозь гулкий шум сердца.

Да, сейчас нужно просто сосредоточиться на рассказе, и этот болевой шок должен пройти. Заставляю себя начать, хотя мысли текут заторможенно:

— Как вы знаете, Джулия, Зевс подарил Посейдону остров.

Пыховцева кивает и продолжает начатую мной историю:

— Бог морей захотел осмотреть подарок и отправился в свои новые владения. Там он встретил местную девушку Клейто и женился на ней.

Одобрительно киваю, постепенно возвращаясь к жизни. Ничего смертельного не произошло. Если я четыре года смотрел со стороны, смогу это делать и дальше.

Просто мне показалось, что теперь есть реальный шанс на что-то большее. Обидно осознавать, что он так и останется нереализованным.

Заставляю себя сосредоточиться на словах Джулии.

— Этот момент можно трактовать, как момент перехода от матриархата к патриархату, — добавляю свой комментарий к платоновскому мифу. – Клейто была царицей острова до прибытия Посейдона. Бог морей забрал власть над подаренной землей и закрепил свое право на нее, оформив патриархальный брак с Клейто.

А я в глубине души надеялся, что у нас может быть будущее. Теперь этого уже не узнать.

— И в этом патриархальном браке появилось пять пар близнецов мужского пола, — вклинивается Джулия в возникшую паузу.

— И это тоже аллегория наступившего патриархата. Нет даже намека на то, что женщина могла бы унаследовать власть от своих родителей, — дополняю я миф. – Напомню, что первыми близнецами были Атлант и Гадир. Атлант был признан старшим и получил власть над землей. В честь него остров был назван Атлантидой.

— Гадир получил надел за Геркулесовыми столбами. Предположительно на территории Испании, — припоминает Джулия, сосредоточенно хмурясь.

— Именно так, — киваю я, перехватывая рассказ, потому что о дальнейших событиях моя бывшая студентка вряд ли знает. Честно говоря, я удивлен, что она так хорошо знакома с официальным мифом об Атлантиде. Это неожиданно приятно. – Старшая пара близнецов получила кровь своего отца. Остальные пошли в мать и стали простыми смертными. Потомки старших братьев переняли божественные способности своих отцов и составили костяк правящего класса будущей Атлантической империи.

— Божественные способности? – Джулия смотрит на меня вопросительно.

— Они могли влиять на поведение простых смертных, — уклончиво отвечаю я, — но был один побочный эффект. Произошла какая-то генетическая мутация и их кровь стала несовместима с кровью остальных людей. Они не могли завести общее потомство с простыми женщинами. Хотя все остальные боги были способны на это.

— И как же они смогли превратиться в правящий класс, если у них не было женщин? – недоуменно уточняет Джулия.

— Их дядя Зевс предложил женить братьев на своих дочерях наядах, — охотно поясняю я.