Предатель и его новая жена

Глава 4

Костя опускает взгляд. Мой муж никогда не отводит глаз, всегда смотрит прямо. Только когда ему стыдно или неудобно, он не может выдержать чужой взгляд.

– Да, – отвечает он наконец. – Но всё не так просто, как она представила. Мила... Это ошибка, Настя. Глупая ошибка, которую я совершил.

– Ошибка длиной в полгода? – моё сердце колотится так сильно, что кажется, он должен слышать этот стук. – С кольцом за триста тысяч? С планами на совместное будущее? С сыном, которого ты так хотел?

– Она преувеличивает, – Костя проводит рукой по волосам, и я замечаю, что его пальцы слегка дрожат. – Да, у нас были отношения. Да, она беременна. Но я никогда не обещал ей то, о чём она говорит. Никогда не говорил, что брошу тебя или что мы будем жить в этом доме.

Каждое его слово как нож в сердце. Не отрицает, не извиняется, просто уточняет детали. Словно мы обсуждаем не измену, а прогноз погоды на ближайшую неделю.

– То есть, ты признаешь, что изменял мне? – спрашиваю прямо, чувствуя, как горячие слезы наворачиваются на глаза, но не позволяю им пролиться. Не сейчас. Только не перед ним.

– Да, – его ответ краток и точен, как выстрел. – Но я собирался всё прекратить. Хотел рассказать тебе сам, когда придет время. Не так... – он обводит рукой комнату, указывая на разбитую фигурку, разбросанные журналы, перевернутую фотографию. – Не через скандал.

– А как? – голос срывается на шепот. – Как ты собирался мне рассказать, что завел любовницу? Что она ждёт от тебя ребёнка? Когда? За завтраком? За ужином? Может, в нашу годовщину? – последние слова я почти выкрикиваю, и он вздрагивает, словно от удара.

– Годовщина... – его лицо вытягивается, когда он вспоминает, какой сегодня день. – Настя, я...

– Не надо, – обрываю его. – Не унижай нас обоих банальными извинениями. Скажи только одно, ты любишь её?

Вопрос повисает в воздухе тяжелым облаком. Костя молчит, и это молчание красноречивее любых слов. Он не отрицает. Не говорит нет, это просто интрижка. Он молчит, и это молчание разбивает мое сердце окончательно.

– Понятно, – говорю тихо, хотя внутри кричу от боли. – Тогда тебе лучше уйти. Прямо сейчас. Забирай свою... Милу, и уходите.

– Настя, давай поговорим спокойно, – Костя делает ещё одну попытку приблизиться. – Это наш дом, наша семья. Мы можем всё решить.

– Решить? – горький смех вырывается из груди. – Что именно ты предлагаешь решить, Костя? Как вписать твою беременную любовницу в нашу семейную жизнь? Может, будем жить втроем? Или ты планируешь содержать два дома?

Его лицо мрачнеет, и я вижу, как в глазах появляется знакомое выражение. Он злится. Не на ситуацию, не на себя. На меня. За то, что я не хочу спокойно обсуждать его предательство.

– Хватит истерики, – его голос становится холоднее. – Я понимаю, что ты расстроена, но давай вести себя как взрослые люди. Я признаю, что совершил ошибку. Но теперь мы должны думать о будущем. О том, что лучше для всех.

– Для всех? – переспрашиваю, чувствуя, как внутри поднимается волна гнева. – Или для тебя, Костя? Ты думал обо мне, когда заводил отношения с девушкой, которая годится тебе в дочери? Ты думал о наших дочерях, когда делал ребенка другой женщине?

Его лицо каменеет. Я никогда не позволяла себе говорить с ним таким тоном. Всегда была понимающей, мягкой, уступчивой. Именно такой женой он хотел меня видеть. Поддерживающей его во всём, никогда не перечащей.

– Наши дочери выросли, – произносит он с нажимом. – У них своя жизнь. А у нас... у нас с тобой давно уже нет ничего общего, кроме привычки.

Эти слова ударяют больнее любой пощёчины. Привычка? Двадцать лет любви, заботы, поддержки всего лишь привычка для него?

– Если это просто привычка, почему ты не ушёл раньше? – мой голос звучит удивительно ровно, хотя внутри всё горит. – Почему тянул? Жалел меня? Или просто было удобно иметь домработницу, которая бесплатно готовит, убирает и не задаёт лишних вопросов?

Костя стискивает зубы, и я вижу, как напрягается его челюсть. Попала в точку.

– Не делай из себя жертву, – отвечает он холодно. – Ты прекрасно жила все эти годы. Ни в чём не нуждалась. Дом, машина, отдых, всё лучшее для детей. Многие женщины мечтают о такой жизни.

– Да, многие мечтают о муже, который покупает им вещи вместо любви, – отвечаю я, чувствуя, как что-то внутри окончательно ломается. – О муже, который считает деньги достойной заменой верности.

– Верность, – он усмехается, но в этой усмешке нет ничего веселого. – Настя, мы давно перестали быть мужем и женой в полном смысле этого слова. Мы соседи по квартире, которые делят расходы и изредка разговаривают за ужином. Когда ты в последний раз интересовалась моими делами? Моими планами? Когда мы в последний раз говорили не о быте и детях?

Его слова застают меня врасплох. В них есть доля правды, от которой становится ещё больнее. Действительно, последние годы мы отдалились друг от друга. Я погружалась в заботы о доме и детях, он всё больше времени проводил на работе. Но разве это оправдание для измены?

– Если тебя что-то не устраивало в наших отношениях, можно было поговорить, – говорю я, чувствуя, как дрожит голос. – Попытаться что-то изменить. А не заводить любовницу за моей спиной.