Предатель. Игра чувств. Цена любви.

Глава 3

Телефон лежал у меня в руке, тяжелый и горячий, как живой. Палец сам потянулся к экрану. Он был заблокирован. Код. Мне нужно было угадать код. Или найти подсказку.

Я отошла в самый дальний угол комнаты, спиной к веселью. Мои пальцы дрожали. Я попробовала дату нашей свадьбы. Экран покачался, отказав в доступе. Потом дату рождения нашего старшего сына. Снова отказ. Сердце упало. Я не знала его кода. Я никогда не проверяла его телефон. Я доверяла ему.

И тут я вспомнила. Его старый пароль от банковской карты. Четыре восьмерки. Он говорил, что это на удачу. Я ввела цифры. 8-8-8-8.

Экран ожил. Разблокировался.

Первое, что я увидела — обои. Не наша с ним фотография, не дети. А просто абстрактное синее изображение. Холодное и безличное. Как будто он стирал все следы себя из этого телефона. Или наоборот — не пускал его в свою настоящую жизнь.

Мои пальцы сами нашли иконку галереи. Я нажала на нее. Открылась папка с фотографиями. Первые снимки были обычными — скриншоты, картинки из интернета. Я листала дальше, и дыхание перехватило.

Они. Женщина и мальчик. Молодая, с светлыми, прямыми волосами. Неброская. И ребенок. Лет пяти. С темными, курчавыми волосами. И с его глазами. Точная копия глаз Самира. Широко поставленные, темные, с густыми ресницами.

Они были вдвоем в парке на качелях. Потом за столом в кафе, мальчик смеялся, показывая в камеру отсутствующий передний зуб. Еще одно фото — он спит, прижимая к себе потрепанного плюшевого медвежонка.

Я листала снимки, один за другим. И с каждым новым фото во мне умирала какая-то часть. Та, что верила в нашу любовь. Та, что строила наш дом. Это был не просто роман. Это была семья. Полноценная, с бытом, с прогулками, с общими завтраками.

Потом я нашла видео. Короткий ролик. Мальчик бежал по травке навстречу камере и кричал — Папа, смотри как я быстро! А за кадром звучал его голос, Самира, такой нежный и смеющийся — Беги ко мне, мой герой!

У меня свело живот. Я чуть не уронила телефон. Этот голос. Тот самый, что час назад говорил мне слова любви. Тот самый, что читал тосты за нашу семью.

Я вышла из галереи. Мне нужно было больше. Больше доказательств. Больше боли. Я нашла мессенджер. Он был чист. Ни одной переписки. Все удалено. Но была другая иконка. Простой, старый мессенджер, который уже редко кто использует. Я открыла его.

Там была только одна активная переписка. Под именем Лейла.

Последнее сообщение было отправлено сегодня, несколько часов назад.

— Спасибо за деньги. Но ему нужна не просто новая куртка. Ему нужно лечение, Самир. Врач сказал, что астма прогрессирует. Я не справлюсь одна.

Я облокотилась о стену. В глазах потемнело. Лечение. Астма. У его сына. У его другого сына была астма. А он здесь, пил вино и улыбался.

Я прокрутила переписку вверх. Сухие, бытовые сообщения. Он переводил им деньги. Договаривался о встречах. Спрашивал о здоровье ребенка. Лейла писала коротко, сдержанно, но в каждом сообщении сквозила усталость. Одна жизнь. Моя — праздничная, яркая, полная достатка. И другая — серая, тревожная, полная больничных и просьб о помощи.

И тогда я все поняла. Вся наша идеальная жизнь, наш уютный дом, наши поездки на море — все это было построено на лжи. И оплачено ею. Пока я выбирала новые шторы, другая женщина просила у моего мужа денег на лекарства для его ребенка.

Я медленно опустила телефон. Гости все еще смеялись. Музыка все еще играла. А я стояла посреди этого веселья, как приговоренная. И смотрела на его спину. На широкие плечи человека, который все это время был для меня всем. И который оказался совсем чужим.