Предатель. Любовь из прошлого

Глава 17

Неприятный озноб охватывает моё уязвлённое тело, заставив содрогнуться каждую мышцу.

Дышать становится трудно. Кислорода катастрофически не хватает.

— На какую мою измену, Оль? – повторяю свой вопрос, покрываясь холодным потом.

— Даня думал, что ты ему изменяешь. И продолжал так думать долгое время. К этому его всё время подталкивала Зоя. Она уверяла его, что не просто так ты хранишь свой гербарий. Что ты явно что-то от него скрываешь, впрочем, как и от неё. Что она давно заметила, как ты стала подозрительно себя вести. Стала скрытной.

— Вот же…

Вздрагиваю от злости на поступок своей, уже бывшей, лучшей подруги.

— Но он сумел разглядеть в тебе, что ты остаёшься верной женой. Проанализировав вашу с ним жизнь, он пришёл к выводу, что у тебя нет никого на стороне. Его стала мучить совесть. Он не знал, как поступить. Как избавиться от Зои.

Но от этого его осознания мне не легче.

— Зоя согласилась притормозить их отношения и не портить вам семейную жизнь только, если у них случится прощальная близость в новогоднюю ночь.

Прикрываю глаза. Всплывает эпизод их измены. Даже если и правда в том, о чём мне сейчас рассказывает Ольга, я не смогу простить Даню.

— Он решился на это только из-за спасения ваших отношений. Я на твоей стороне, Маш, – окидывает моё лицо невинным взглядом через короткий выдох. — Но мне почему-то его жаль. Вы такая чудесная пара с ним. Никогда бы не подумала, что вы расстанетесь.

— Спасибо за комплимент, Оль. Но мы расстанемся.

— Жаль.

— Даниил взрослый мужчина. Он сам принимает за себя решения. Его никто не подталкивает к ним. Он сделал свой выбор. А я делаю свой.

— Ему же Зоя поспособствовала усомниться в тебе, – возражает Оля.

— Это ничего не меняет.

— И что теперь?

— Не знаю. Скоро ему придёт уведомление о разводе. Связаться со мной он не сможет, потому что я заблокировала его номер телефона. Где я живу он не знает. И надеюсь, не узнает, – пронизываю её своим сомнительным взглядом.

— Если ты про меня, – отмахивается от себя рукой Оля. — То, я – могила.

Хотелось бы верить, что это так. Хоть и звучит не очень. И не убедительно.

— А пока займусь работой. Буду принимать дела на работе. Меня ждало повышение, когда я вышла на работу после новогодних праздников.

— Поздравляю, подруга. Рада за тебя, – улыбается мне она. — А ты встречалась с этим твоим, – заминается Оля. — Который цветы тебе дарил. Как его зовут?

— Его зовут Глеб. И он – не мой.

— Так вы встречались с ним?

— Нет, Оль. Не встречались.

— И что? Получается, у вас с ним ничего не было? – недовольно приподнимает брови. — Так неинтересно, – выпячивает пухленькие губки, изображая обиженку.

— Один поцелуй был, – подкидываю ей дровишек. — Правда, в детстве.

— И всё?

— И всё, – усмехаюсь на прыткость своей подруги.

— А потом? – не унимается Оля.

— Суп с котом, – как говорила мне в детстве моя бабушка. — Потом мы пошли каждый своей дорогой. Он повстречал другую, я же погрузилась с головой в учёбу. А потом Даниил познакомился со мной и мы вскоре поженились. А дальше ты всё знаешь.

Накидываю ей свою версию происходящего, чтобы она отстала от меня со своими расспросами.

Дальше, Оле звонит Алексей и нам приходится попрощаться с ней.

***

И где-то через неделю у здания офиса, где я работаю, меня поджидает с огромным букетом алых роз Даниил.

Уверенно облокотившись на свой новенький автомобиль, который он приобрёл буквально за месяц до Нового года, за мной следят пара восторженных соскучившихся по мне глаз моего мужа.

— Привет, Машуль, – увидев меня, сразу же срывается с места, перегораживая мне дорогу к офису.

— Здравствуй, Даниил, – сухо кидаю ему, пытаюсь увернуться от его попыток приобнять меня.

Он так и старается приблизиться ко мне, чтобы поцеловать. Вытягивает губы в трубочку. И вся эта сцена выглядит сейчас комично.

Я не иду на контакт с ним и не подставляюсь под его поцелуй.

— Понятно, – выпрямляется он, почёсывая свой затылок своими длинными крепкими пальцами. — Всё ещё дуешься на меня? – уточняет он и смотрит на меня исподлобья, как нашкодивший кот у моей бабули, когда нагадит на коврик, а бабуля потом отчитывает его.

— Тебе уведомление, что ли, пришло? Так стараешься, – сжимаю пальцы в кулаки.

— Пришло. Только это ничего не значит, Маш, – кладёт свою крепкую ладонь на свою широкую грудь. — Я бы и так пришёл. Чтобы помириться с тобой.

— Не старайся, – твёрдо произношу ему. — Раньше нужно было думать, когда на Зойку залезал.

— Да не хотел я… Залезать на неё, – виновато смотрит мне в глаза. — Я в таком состоянии был тогда, когда увидел в твоей книге эти проклятые цветы…