Предатель. (не) прощу

Глава 8

— Я долго искал, – продолжает Костя. — Мои люди долго искали ту, которую бы я одобрил. Которая бы устроила меня. И, кажется, все старания были напрасны. И в последний момент им удалось найти подходящую кандидатуру.

— Ты говоришь о ней как то потребительски, – не могу не заметить я.

— Так оно и есть. Мне нужна была твоя копия. Твоя. Она была очень похожа на тебя. Мне было трудно привыкнуть к её акценту. Если цвет глаз можно было заменить с помощью линз, а волосы покрасить, то от коверканного языка просто невозможно было избавиться. Она старалась. Со временем он стал едва заметным этот акцент. Я стал её брать с собой на деловые встречи. В свои поездки.

— Ты переделал её под себя? Переделал её внешность и её жизнь? – не перестаю удивляться поступкам своего мужа.

— Что в этом такого. Я выдвинул ей ряд условий. Она должна была быть только со мной. В случае, если что-то пойдет не так с моей стороны, сумма, которую я ей пообещал, будет удвоена. Она подписала контракт со мной. Без моего разрешения она не может нарушить нашего с ней соглашения. Иначе ей придется вернуть мне деньги. Она лишится всего, что я ей даю. А ещё придется выплатить мне неустойку за несоблюдение контракта. Она стала полностью зависима от меня. Она осознанно пошла на этот шаг. Даже уговаривать не пришлось, – с сожалением рассказывает мне Костя. — Мы проверили её соцсети. Проверили все контакты. Всё подробно узнали о ней. Она просто идеально подошла мне.

— Ты страшный человек, Костя. Кто тебя надоумил распоряжаться чужой жизнью? Да ещё ограничить её пространство. Вогнать в рамки своих бредовых желаний. Ты испортил нам с ней жизнь. Нам обеим.

— Я знаю, что поступил подло. Я хотел расстаться с ней. Но потом разглядел в ней совсем другое, чего нет в тебе. Дерзость. Резкость. Она стала воздействовать на меня своей дикой сексуальностью. Стала давать мне другую тебя. Более раскрепощённую.

— Но это же всё не искренне. Неужели ты думал, что можно купить чувства человека? Нельзя взять любого человека и подточить его под себя. Даже если у тебя есть деньги. А как же любовь, доверие, верность? Этого ни купишь ни за какие деньги.

— Со временем я понял это. Вначале я учил её быть тобой. Она лишь самую малость подыгрывала мне. И кое-какие вещи в постели не могла воспроизводить, что ты давала мне. Она добавила своих. Она отдавала мне много своих чувств. И стала сама управлять мною в некоторых моментах. Я привык к ней. Вы стали для меня одним целым. Дополнили друг друга. Во всём. И я решил оставить всё, как есть.

— Так не честно! – вскакиваю с кресла, ударившись о колени Кости.

Подхожу к огромному окну. Отдергиваю плотную штору. Открываю окно. Жадно глотаю воздух. Слёзы катятся по щекам.

— Прости…

— Как? – оглядываюсь на Костю.

— Не знаю. Я надеюсь на чудо. Я разорву с ней всяческие отношения.

— Поступай, как хочешь. Это уже не имеет смысла. Меня ты уже потерял. И сейчас я хочу уехать. Мне просто необходимо быть сейчас подальше от тебя. Ты не представляешь как мне мучительно больно находиться рядом с тобой. Отпусти меня, – умоляю его размытым слезами взглядом.

— Куда ты пойдешь, если я позволю тебе уйти? – смотрит на меня исподлобья Костя.

— К Наталье. У неё поживу какое-то время, – не скрываю от него.

— К своей любимой тётушке. К Нате. – Костя наклоняет голову вперёд. Проводит напряжёнными пальцами себе по волосам. Нервно смеётся. — Мог бы догадаться. Зря я согласился на то, чтобы ты у неё работала. Не нужно мне было этого делать тогда. И времени у тебя на меня было бы больше. Возможно, я не стал бы прибегать к таким уловкам. Не стал бы прибегать к обману с Беллой.

— Что плохого тебе сделала Наталья? За что ты так не любишь её? – пытаюсь вступиться за свою тётю. — Я просто хотела развиваться. Хотела реализоваться в чём-то. Я не хотела сидеть взаперти и медленно превращаться в унылую домохозяйку. Я хотела найти себе занятие по душе. И работа у Натальи меня заинтересовала.

— Она отдалила тебя от меня. Она забрала тебя у меня. Ты охладела ко мне, когда стала работать у неё. Сама не замечаешь? – в его глазах сверкнула искра. Зажгла в нём злость.

— Не соглашусь с тобой. Ты просто хотел оградить меня от всех. Я уделяла своё внимание не только тебе, но и своим близким мне людям. Тебе никогда не нравилось, что я общаюсь с ними.

— Конечно. Они же важнее для тебя, чем я, – выплёвывает мне Костя со злостью.

— Ты заблуждаешься. Каждый из вас мне дорог по своему. Каждого из вас я люблю и дорожу вашими отношениями. Хотя твоими уже не дорожу. Если позволишь, я пойду, – устремляю свой взгляд на выход из гостиной комнаты.

— Я отвезу тебя. Вещи пришлю позже. Я хочу, чтобы наши с тобой отношения оставались только нашими. Чтобы наши с тобой проблемы и разговоры оставались в стенах нашего дома. Не были предметом обсуждения для посторонних лиц.

— Я учту твою просьбу. Хотя ты сам мог где-то вести себя не предусмотрительно. Мне показалось, что тот мужчина, на приёме, заподозрил что-то. Полнейшее недоумение читалось в его глазах, когда мы разговаривали с ним. Видел, как он смотрел на меня?

— Об этом можешь не беспокоиться. Тарас не частый гость в нашем городе. Ты навряд ли с ним встретишься когда-нибудь. Он наездами здесь бывает. По работе.