Предатель. (не) твои дети

Глава 10

Не сдерживаюсь и громко всхлипываю.

Приваливаюсь спиной к стене. Стараюсь не стечь по ней словно желешка. Ноги слабые, да и плывет все от слез.

— Мила?

Перед глазами появляется размытая фигура.

— Ты чего ревешь, Ромашка?

Оказываюсь в крепких и знакомых объятиях.

— Даня.

Не до конца осознаю, что это именно он передо мной.

— Ты что тут делаешь?

Он усмехается.

— Да вот, приехал документы кое-какие восстановить. А тут ты мне в руки попалась. Что стряслось?

Поворачиваюсь к двери кабинета, из которого меня так беспардонно выставили. Не могу рассказать даже причину моей истерики. Снова накрывает диким желанием некрасиво расплакаться от несправедливости.

Но Кудрявцев, несмотря даже на наш разрыв, все равно все ещё достаточно легко считывает меня. Сразу понимает, откуда ветер дует. Тем более он сам когда-то учился у Попова.

— Не сдала.

Снова шмыгаю.

— Попову? Козлу этому?

Киваю. Размазываю слезы по щеке. Слышу, как Кудрявцев ругается сквозь зубы.

— Стой. Жди.

— Ты куда?

Пытаюсь зацепиться за руку Кудрявцева, но не успеваю. Он стучит в дверь и, не дожидаясь, когда его пригласят, исчезает за ней.

Я топчусь в коридоре. С замиранием жду, что же он там наговорит Попову. Уверена, что после выходки Дани Попов вообще мне не поставит зачет ни за что в жизни.

Он своеобразный дядька…

Даня выходит. Черты лица заострены от сдерживаемой ярости. Протягивает руку.

— Зачетку давай.

Округляю глаза.

— З-зачем?

— Ромашка, не тормози. За зачетом.

Дергает рукой. Поторапливает меня. Дрожащими руками достаю из сумки зачетку и протягиваю Кудрявцеву. Он снова испаряется.

Я пытаюсь выдохнуть, но меня слегка от волнения все же ведет в сторону. Добредаю до стульев и обессиленно опускаюсь на один из них.

Да уж… с этими всеми потрясениями... Глажу живот, мысленно уговариваю своих малышек не торопиться с появлением на свет. Ещё не время.

Прикрываю глаза, откидываюсь назад, упираюсь затылком в стену. Стараюсь дышать медленно и спокойно. Перед глазами небольшие мушки. Устала так, будто я все это время была занята тем, что разгружала вагоны.

Ощущаю, в какой именно момент перестаю быть в одиночестве. Приоткрываю глаза, и точно…

Даня сидит передо мной на корточках. Берет мои руки в свои, следит за мной прищуренными глазами.

— Ну все, твоя маленькая проблема решена.

Слегка улыбаюсь.

— Что ты там ему наговорил?

Даня притворно надувает губы.

— Ну что ты так прям про меня думаешь? Просто кое-какие доводы привел, почему нельзя себя так вести с беременными девушками.

Меня заметно отпускает напряжение. Скованные мышцы всего тела расслабляются, а я выдыхаю.

— Спасибо, Данил.

Его улыбка немного потухает. Не нравится ему, когда я его так официально называю. Помню ещё с того времени, когда мы были друзьями.

Но он быстро берет себя в руки.

— Ты дальше куда?

Чувствую в ногах дискомфорт, и он только усиливается, стоит мне подумать, что ещё пешком идти до дома.

Скидываю обувь и со стоном ставлю ноги на прохладный пол. Даня с удивлением наблюдает за мной, на его лице появляется легкая усмешка.

— А ты изменилась, Ромашка.

Шевелю пальчиками, чтобы хоть немного избавиться от отеков.

— Ты тоже.

Кудрявцев тут же мрачнеет, а я жалею, что решила полезть ему в душу.

— Немного постройнел.

Трусливо перевожу тему в более безопасное русло.

— Ну так, — он пожимает плечами, — жены нет, никто не кормит. Никому я не нужен.

Даже не пытаюсь скрыть свое фырканье.

— Да ладно? Помнится, ты никогда не страдал от нехватки внимания со стороны девушек.

Его взгляд чуть ли не плавит. Прожигает насквозь.

— Многое изменилось, Мил. Так куда ты дальше?

Вздыхаю.

— Домой. Устала я со всеми этими бегами по универу.

Даня пружинисто встает, протягивает мне руку для помощи.

— Я подвезу. Или снова будешь отнекиваться?

Мне очень хочется, но я понимаю, что усталость берет верх надо мной. Смысл упираться себе во вред? Поэтому медленно качаю головой, отчего у Дани слегка вытягивается лицо. Да, он явно не ожидал, что я так просто соглашусь на его предложение. Ещё и не буду упираться.