Предатель. Не твоя дочь

6.2

Она злится, но не орет, не заламывает руки и не рыдает. Её злость исходит изнутри, пылает пламенем так, что от упрямо вздернутого подбородка становится невозможно отвести взгляд.

- Оставьте свои бумажки себе, Константин. Хотите сделать подарок человеку, которому вы играюче сломали жизнь? Что ж, попробуйте, если считаете, что можете все.

Интересно.

- Все, что пожелаете.

- Платье. Пусть ваша дочь вернет мое платье.

Я не понимаю сразу, но кажется если в контексте свадьбы речь идет про платье, то скорее всего про то самое. Но это какая-то несуразица.

- Ксения, о чем вы? У меня тут переговоры на миллиарды рублей накрылись из-за урагана, накрывшего Шанхай. Лучшие айтишники связь не могут восстановить, а я им плачу даже больше, чем Касперский своим спецам, а вы про платье. Моя дочь, Богдана, может позволить себе любое платье,любого модного дома, из любого материала, будь оно все усыпано бриллиантами и это даже не понты. - Усмехаюсь и качаю головой. - Платье… какое на хер платье?

- То самое, которое она забрала у меня, - упрямо повторяет Ксения, но уже без того гонора. Ее голос стал на тон ниже и ранимее. Плечи опустились, подбородок дрогнул а в глазах словно блеснули слезы. - Она забрала платье, которое я сшила для себя, для своей свадьбы со своим любимым. Я сшила его по своим мечтам, вложила в каждый стежок свою историю и свои чувства. И когда ко мне пришла девушка, застав в момент разочарования и боли, я не знала, кто это. Я просто отдала ей то, что причиняло мне боль, но видеть ее в этом платье на фото - еще больнее. Пожалуйста… Надеюсь, что это в ваших силах.

Этот монолог трогает, но я настолько закостенел и слышал столько трагичных историй - ни один мускул на лице не дрогнул.

- Ясно. Я подумаю, что можно сделать. Еще какие-то просьбы?

- Нет, больше мне ничего не нужно.

- Отлично, тогда я попрошу проводить вас на КПП. Не обижайтесь, это вопрос безопасности, без пропуска вас не должны пускать сюда.

Вызываю Родионова. Намеренно сталкиваю лоб в лоб с бывшей невестой, чтобы посмотреть на его реакцию.

Ну и, зять? Как ты поступишь дальше? Будь я на твоем месте, вписал бы мне в табло с разворота, забрал свою женщину и ушел.

Собственно, я так и поступил, когда родители поставили меня перед выбором: сытая жизнь или брак с Катюшей. Было трудно, но я не жалел ни разу о том, что оборвал связи с семьей, и пусть то, что могло достаться мне по праву рождения, пришлось выгрызать зубами - оно того стоило.

Денис… Денис другой. Мягкий, исполнительный, послушный. Он ожидаемо теряется и столбенеет на пороге.

Ксения смотрит на Родионова так же как и я. Как на таракана.

Но она еще не понимает, насколько в действительно верны ее слова - Денис теперь проблема Богданы (а значит моя), но больше не ее.

По какой-то причине к мыслям о ней я возвращаюсь в течение дня. Перебираю в памяти мимику, вспоминаю контуры пухлых губ, обдумывая действительно ли они такие мягкие на ощупь, какими казались. Думаю про копну светлых волос и крутые изгибы талии и бедер. Наверное у меня просто давно не было женщины, раз так повело от одной только встречи с этой колючкой.

Трясу головой, чтобы выбить дурацкое наваждение. И заставляю себя забыть о девочке с живыми глазами.

Но снова вспоминаю о Ксении, стоит вернуться домой. Здесь светло, и очень тихо, будто в огромном особняке живу я один, но это не так.

- Богдана! - Кричу почти с порога.

Дочь точно ждала, что я позову ее, поэтому выбегает без промедления. Даже на таком приличном сроке она все еще порхает словно бабочка, словно вынашивать ребенка для нее не труднее, чем дефилировать по подиуму на шпильках.

- Да, папочка, ты меня звал?

Очевидно, что так.

- Речь о твоем свадебном платье.

- А что с ним?

- Купи другое, - говорю быстро и четко. Богдана не дура и все понимает без каких-либо дополнительных комментариев.

- Не могу. В салонах нет ничего подходящего, а это просто идеальное.

Обычно она не спорит - потому что споры с тем, кто делает твою жизнь такой, какой ты хочешь чтобы она была, с тем, кто никогда не упрекал тебя за то, что обеспечивает комфорт, покой, праздность безопасность, сулит неприятностями. И все же Богдана спорит сейчас.

- Это не просьба. И я не собираюсь повторяться. Выбери что-то другое.

На этом я был уверен, что проблема решилась раз и навсегда.