Предатель. Потерянная жена

Глава 6

– Настя! – бросился ко мне Виктор с распростертыми объятиями, но застыл, натолкнувшись на холодный взгляд.

– Почему в моем доме эта, – я сделала паузу, с трудом сдержав оскорбление, вертящееся на кончике языка, – девица?

Муж устало сел за стол. Радостная улыбка сползла с его осунувшегося лица.

– Сделай мне, пожалуйста, кофе. Нам предстоит длинный, непростой разговор.

Я даже не подумала пошевелиться, продолжая сверлить его взглядом.

– Мы боремся за тендер на строительство сразу нескольких социальных объектов, – начал он, поняв, что его просьбу я выполнять не собираюсь. – Отец задействовал все свои связи, вложил крупную сумму. А тут вдруг это. Понятно, что без конкурентов не обошлось. Наверняка Байтманов подсуетился.

О проблемах с тендером я слышала много раз за последние месяцы, когда Виктор поздно возвращался домой, измотанный и раздраженный. Но это никак не объясняло присутствие его беременной любовницы в моем доме. Я сложила руки на груди и посмотрела на мужа с вызовом, давая понять, что моего сочувствия он не дождется.

– Эта девушка. Надя. Ее устроили ко мне секретарем по знакомству. Зинаида Петровна, наш эйчар, попросила дать ей шанс. Мне она сразу не понравилась. Слишком молодая. Но я согласился. Секретарь был нужен срочно.

– Настолько не понравилась, что ты даже заделал ей ребенка? – выдавила я в запале.

К глазам уже начали подступать слезы. Злость – единственное, что позволяло мне еще хоть как-то держаться.

– Ты хочешь объяснений или покричать?

Мы оба замолчали. Я отвернулась и приготовила ему эспрессо без сахара, как он любит. Просто для того, чтобы хоть как-то отвлечься от подступающей к горлу тошноты.

– В тот день у меня была деловая встреча. Я так устал, что решил задержаться в баре. Не помню, откуда она взялась, мы распрощались еще в офисе. И что там между нами было, тоже толком не помню. Собирался отправить ее домой, а проснулся в номере отеля. Рядом она. Извинился, дал денег, уволил и забыл.

Он залпом проглотил кофе.

– А потом она объявилась снова с пузом, мольбами и угрозами.

Мне в сердце словно воткнули нож и дважды там провернули. Я слушала, чувствуя, как внутри все заволакивает холодом.

– Меня не интересуют ваши отношения, – дрогнувшим голосом, настаивала я. – Зачем ты приволок ее в мой дом?

– Прости. Ты закрылась в больнице, не желая выходить и разговаривать. Вопрос с тендером решается через две недели. Отец потребовал, чтобы я заткнул рот девице любой ценой. Она рыдала, призналась, что ей угрожают, заставляют разжечь в прессе еще больший скандал. Умоляла защитить, поселив рядом. Что мне было делать?

– Так поместил бы ее в одной из своих квартир! Заплатил денег! Да я не знаю что, но не тащить же дрянь в мой дом?! – не сдержавшись, я перешла на крик.

– Настя, эта женщина носит моего ребенка. Я прошу у тебя хоть немного уважения. Ей сейчас нелегко. Хочешь, чтобы я выставил ее за дверь, отправив на растерзание моим врагам?!

Я не успела ничего ответить, на пороге появилась Надя. Лицо заплаканное, глаза скромно потупились в пол. Она вся сжалась, испуганно прикрывая руками живот, и сквозь слезы прошептала:

– Если Анастасии Дмитриевне настолько неприятно мое присутствие, я могу и вовсе ничего не есть, даже на кухне появляться не буду. Мне ведь много не надо. Крохотный уголок с кроватью. Можно даже коврик.

Она широко распахнула невинные глаза. В них стояли непролитые слезы. Ресницы подрагивали. Девушка погладила себя по животу и вдруг печально улыбнулась.

– Кажется, зашевелился! – выдохнула она и потянулась к мужу. – Только потрогай.

Схватила руку Виктора и прижала к пузу. Мужчина не сопротивлялся, позволяя гладить своей ладонью ее округлый живот. У меня закружилась голова от этой картины.

Высвободив руку и отстранившись от девушки, Виктор повернулся ко мне.

– Что это за история с едой?

Я даже не успела рта открыть, как Надя ответила за меня:

– Все нормально. Анастасии Дмитриевне просто не понравилось, что я хочу взять бутерброд. Ничего страшного, я все понимаю и ни на что не претендую.

– Настя? – в голосе мужа прозвучало неподдельное возмущение.

– Посели ее, где хочешь. Но не здесь! – отчеканила я, подавляя желание повыдергивать притворщице космы.

Девушка снова всхлипнула и вцепилась в руку Виктора.

– Пожалуйста, не отсылайте меня. Я очень боюсь. Это страшные люди. Они могут что угодно сделать. Не за себя прошу, за малыша. Он ведь ни в чем не виноват. Ему защита нужна и отец.

Из глаз девушки хлынули ручейки слез. Она потянулась к мужу, и он позволил ей уткнуться зареванным лицом в свое плечо.

Я наблюдала за этой парочкой и не могла поверить в реальность происходящего.

Девушка рыдала. Виктор гладил ее по голове, бросая на меня осуждающие взгляды.

– Не ожидал от тебя такой жестокости, Настя, – наконец выдал он со вздохом.

– И что ты предлагаешь, создать нам полигамную семью?

– Нет, об этом не может быть и речи! Ближайшие две недели Надя поживет с нами. Это решено! Потом ситуация с тендером разрешится, я куплю ей отдельную квартиру и всем обеспечу.

На лице девушки появилась победная ухмылка.

– Я не согласна! – решив бороться до конца, заявила я. – Это мой дом. Либо она уезжает отсюда одна, либо вы оба!

– Иди к себе! – скомандовал Виктор Наде.

Я посмотрела вслед убегающей девушке и ухмыльнулась. Коврика ей хватит. Как же!

Муж сел напротив меня. Его взгляд стал внимательным и жестким.

– Официально этот дом принадлежит нам двоим, и я никуда отсюда не уеду, – вкрадчиво начал он. – Надя останется с нами на две недели. Тебе придется с этим смириться, хочешь ты или нет.

– Тогда отсюда уеду я! – заявила вскакивая с места.

– Сядь!

От резкого окрика я замерла.

– Ты никуда не поедешь. Я распоряжусь, чтобы охрана никого не выпускала, кроме меня.