Предатель. Право на измену

Глава 10

Самое отвратительно в этой ситуации – то, что мне приходится играть слепую мышь. Ничего не увидела, ничего не узнала.

Дура дурой, ага.

Я не знаю, какое успокоительное мне девочки в чай подлили. Убойное, точно.

А может, нервная система решила, что это её остановочна, и просто перестала работать.

Но во мне возникает какая-то ледяная ярость, отчуждение. Я не устраиваю истерику, не реагирую.

Ухожу «работать» на кухню, пока муж не засыпает. Хотя экран расплывается перед глазами. Ничего не соображаю.

Сволочь.

Какая же он сволочь.

Сердечко, мляха.

Кухню заливает только синеватый свет экрана. Я прижимаю к себе ноги, укладываю на колени подбородок.

Хочется расплакаться, прижаться к сильному плечу и жаловаться на жизнь. Пусть муж пойдёт и разберётся с негодяями, которые меня расстроили.

Проблема только в том, что негодяй и есть мой любимый муж.

Я до адской пульсации прикусываю губу, листаю записи. Читаю новые статьи по дизайну. Изучаю матчасть, так сказать.

Жанну я ненавижу сейчас, но она была права. Я сама виновата, что упустила момент. Состарилась как специалист.

Ладно, жалеть я не буду. Это был мой выбор. Раньше для меня главным приоритетом была семья.

Да, Руслан повлиял на это решение, подтолкнул в нужном направлении. Но решала я, и решением я была довольна.

Поэтому в сторону сожаления, фигачим до результата.

Я подписываюсь на курс «для новичков», чтобы просмотреть новые техники и приложения. Заодно просматриваю отчёты по фирме.

Я не занималась фирмой от слова совсем. Лишь в самом начале немного контролировала, после по мелочи.

Условия для Жанны были простые и приятные. Из фонда прибыли оплачиваются все зарплаты, налоги, прочие прелести. Дизайнеры получали практически весь остаток, я как учредитель – пять процентов.

Да, Жанна мне предлагала эти же проценты. Но они были после оплаты всего. Пять от заказа – это огромная сумма.

Но черта с два я на это соглашусь! Не-а. Приди ко мне раньше Жанна с таким предложением, я бы не была против. Поведи она себя адекватно…

Но после её фраз и возможности интрижки с моим мужем?

Нет, она вылетит с компании первым рейсом!

– Ой!

Я охаю, когда на кухне резко включается свет. Глаза начинают слезиться, я оборачиваюсь.

– А ты чего не спишь? – сын широко зевает, заваливаясь к холодильнику. – Малая вроде не кричала… Хотя…

Пожимает плечами, поправляя огромные наушники на шее. Намекает, что за своей музыкой на максимуме ничего не слышал.

Сколько раз я говорила ему, что это плохо и портит организм. Но когда подростки прислушивались к родителям?

– Спит она, – я киваю. – У меня дела просто.

– В три часа ночи? – прищуривается Костик. – Ну-ну.

– Напоминаю, что у тебя дела утром. Школа. Опять тебя будить до посинения?

Даже до рождения Лизоньки я подскакивала рано, в семь. Сейчас малышка меня в шесть будит.

Но вместо того, чтобы пойти досыпать после того, как Лиза снова заснёт – я занимаюсь другими делами.

Накормить детей, мужа. Сначала Костика растолкать, Оле помочь найти школьный пиджак. Отправить их в школу или завести, если погода плохая.

В общем, мама на полную ставку.

А вот сейчас…

Нет, милые, не пойдёт.

Руслан тоже умеет завтрак готовить, если не хочет кушать стряпню дочери.

– Так, Кость, – я поворачиваюсь к сыну, пока он готовит к сыну. – Утром встаёшь сам. Я буду досыпать. Проспишь школу – твои проблемы.

– Да ладно, ничего страшного. Разберусь.

– Позвонят со школы или будет замечание – папа будет опять ругать. И действительно урежет карманные.

– Мам, чё за дела? Ты с папой поругалась или что? Что сразу угрожать?

Костик начинает хмуриться, мгновенно теряет всю свою взрослость. В моменте превращается в нашкодившего мальчика.

– При чём тут это? Не переводи тему, – я улыбаюсь. – Кость, я очень много чего делаю. Я в бизнес хочу вернуться. А тебе уже шестнадцать, взрослый совсем. Сам встать можешь. А у меня нет времени, понимаешь?

– Ясно. Значит, поругались.

Сын пропускает все доводы мимо ушей, цепляется только за первую фразу. Подходит ко мне ближе.

Он очень похож на Руслана. И внешне, и повадками. Сейчас, точь-в-точь как отец, присаживается на корточки возле меня.

Будто пытается все тайны рассмотреть.

– Мам, ты эт, – хмурится, обретая мужскую серьёзность. – Скажи. Я же понял, что чё-то не так у вас. Обидел тебя? Если обидел, то я разберусь. Честно. Ты скажи.