Предатель. Развод к лучшему

Глава 10

Опускаю плечи. Наклоняю голову на бок.

— Не выдумывай, Нин. Зачем я ему?

— Он очень хочет с тобой познакомиться.

Сдвигаю брови.

— Что за чушь? Не нужно никому со мной знакомиться.

— Я ему коротко обрисовала твою ситуацию. Думаю, он понял, — выдаёт мне Нина, смущённо улыбаясь.

По телу проходится множество острых иголочек, колющих мою кожу. Мышцы сокращаются. Смотрю на неё возмущённо.

— Какую ситуацию?

— Просто сказала ему, что ты в разводе, — наблюдаю за лицом Нины, окрашивающимся в яркий розовый свет. — Что ты ещё не пришла в себя. Только это… Больше ничего… Честно.

Смотрит на меня виноватым взглядом.

— И не знаю, приду ли вообще, — говорю ей смягчаясь. — Закончим этот разговор, Нин.

***

Уже из дома принимаю звонок от своей тёти Лены.

— Тая, мы на днях приезжаем. Подготовь для нас квартиру. — ставит меня перед фактом моя тётя.

— Олесеньке нужно будет поступать в этом году. Так что, на время учёбы, она поживёт у тебя. Ты ведь не против будешь? — она продолжает душить меня своими намерениями. — Долг платежом красен, Тая. Не забывай!

Плечи мои опускаются. Рука повисает плетью.

Неужели мне придётся тянуть их?

Прямо вижу её рядом сейчас с собой. Вижу, как она грозит мне пальчиком, как в детстве. Её глаза наполняются кровью. В них плещется жажда управлять мной.

— Приезжайте, — сухо отвечаю ей, покрывшись потом. Не могу отказать ей в такой просьбе.

Потом что-нибудь придумаю. Не смогу я жить с Олесенькой долго на одной территории. Не выдержу.

***

Комната для моих родственников готова. Настал день их приезда.

Встречаю их на своём автомобиле, предварительно набрав в кафе готовой еды.

— Что не весёлая какая, Тай? — величаво садится тётя Лена на пассажирское сиденье рядом со мной. — Радоваться должна. Мы не частые гости у тебя. А почему Глеб не приехал?

Смакую губами. К голове приливает кровь. Крепко обнимаю руль сжав пальцы до показавшихся белых рисунков сухожилий.

— Да что с тобой, Тая? — её голос какой-то раздражённый. — Что молчишь?

А я вообще не хочу с ней разговаривать. Не хочу их видеть. Обоих. Меня тяготит их появление в моей жизни снова.

— Я развелась с Глебом, — произношу сухо и твёрдо. — Теперь я живу в своей квартире. И Олесе нужно будет подыскать другое жильё.

— Как ты смеешь мне такое говорить? — вспыхивает Тётя. — Сколько нужно, столько и будет жить. А до развода до твоего мне абсолютно нет никакого дела. Представляю, что нужно было сделать такого, чтобы такого мужика потерять.

Волоски на коже шевелятся. По коже проходится ледяной озноб.

Хочу закрыть глаза, а потом открыть, чтобы картинка происходящего исчезла навсегда. Вместо этого смотрю на расплывающуюся дорогу.

— В первое время я вам помогу, — уступаю им. — Потом, посмотрим.

— Хм, — нервно ухмыляется моя тётя Лена, вцепившись в меня вопросительным взглядом. Взглядом, который я вижу боковым зрением. Взглядом, обжигающим мою кожу. — Спасибо и на этом.

А когда заходим в квартиру, Олеся, раздвигает нас локтями и проходит вперёд.

— Посмотрим, где теперь я буду жить, — обводит взглядом квартиру, остановившись в небольшом коридоре. — Сейчас я выберу себе комнату.

Она без проса заходит в мою комнату.

Я цепенею на месте от её наглости. Внутри разгорается пламя. Хочется вышвырнуть её. Делаю шаг вперёд.

— Это моя комната, — говорю ей уверенно. — Прошу не входить в неё без разрешения.

— Хм, — она оборачивается на меня, откинув резким движением руки волосы назад. — Могла бы и уступить гостье. Не красиво с твоей стороны. Не знаю, как мы будем с тобой уживаться здесь.

Крепко стискиваю зубы. Сжимаю пальцы в кулаки.

Да не будешь ты тут жить. Успокойся. Не хватало мне, чтобы ты снова начала подличать мне и издеваться надо мной.

— В смысле твоя комната? — перегораживает мне путь моя тётя. — А я где буду жить? — дёргает крыльями носа, подперев свою талию небольшими кулачками.

— С Олесенькой поживёте, — выдаю ей, улыбаясь глазами. — Вы же ненадолго? Правда?

Тётушка резко выдыхает. Раздувает щёки.

— Ну и нахалкой ты выросла, Тая, — пульнула в меня ненавистным взглядом тётушка. — Хорошая жизнь явно испортила тебя. Ты стала невыносимой. Как только Глеб жил с тобой? — качает показательно головой.

Игнорирую её язвительные замечания.

— Или обе в одной комнате, или прошу вас найти для себя более подходящий вариант, — говорю им спокойно. — Больше я ничего вам не могу предложить.

— Ты выгоняешь нас? — дёргает головой тётя. — Это за всё то, что я для тебя сделала? — бьёт себя кулаком по груди. Её шея натянута словно струна. — Я кормила тебя. Одевала. Сюда отправляла вместе с бабушкой. Вот как ты меня благодаришь сейчас.