Предатель. С меня хватит! Развод

Глава 20

Тихонько стучу в кабинет Орлова.

— Войдите, — приглашает он.

Открываю двери, растягивая губы в улыбке.

— А, это ты, Марин. Проходи. Что ты хотела? Говори. У меня мало времени.

— Я хотела взять отпуск. Всего на несколько дней, — произношу тихо.

— Хорошо. Я отпускаю тебя на следующую неделю, — легко соглашается он на мою просьбу, вызывая у меня подозрения.

Смотрю на него взволнованно и он замечает мой взгляд.

— Расслабься, — произносит он мягко. — Мне нужно будет взять отпуск на две недели, а ты меня сможешь заменить. Я как раз обсуждал сегодня с нашим руководством этот вариант. И они меня поддержали.

Опускаю плечи.

— Неожиданно.

— Всё будет хорошо, Марина. Я введу тебя в курс дела. Ты справишься.

— А если нет.

— Уверен, что справишься. Другого выхода у тебя нет.

Чувствую как капельки пота пробираются сквозь кожу на лбу. Вынимаю из сумочки бумажную салфетку и вытираю ей лоб.

— Можно воды, — спрашиваю разрешения у своего начальника, замечая бутылочку на длинном столе.

— Да. Конечно, Марин. Да не робей ты так. Пора тебя продвигать. Пора загрузить тебя работой по полной. Вон какие результаты выдаёшь. Иначе, растеряешь ты себя. Как с мужем?

— Я разведусь с ним, — произношу тихо, но уверенно. Откручиваю крышечку с пластиковой бутылочки и жадно пью воду.

— Так что отдохни, Марина, — продолжает Николай Петрович. — У нас много работы с тобой впереди. Я давно задумывался о таком помощнике похожем на тебя.

***

Пытаюсь уложить свои мысли, когда еду домой на своей старенькой машине.

Звоню Наташе по громкой связи.

— Привет, Наташ. Твоё предложение погостить мне у вас на даче в силе?

— Конечно. Ты решилась?

— Да. Я взяла отпуск. Тогда заеду сейчас за ключами. Потом соберу необходимые вещи и сегодня же поеду туда.

— Я тогда соседу нашему позвоню Гене, чтобы площадку под машину разгрёб и дорожки.

— Хорошо, позвони. Это удобно?

— Дачный посёлок сейчас больше похож на жилой комплекс, — поясняет моя подруга. — А Гену мы просим приглядывать за нашим домом. В том числе и за чисткой снега обращаемся. Он хороший. Он не откажет. Я предупрежу его о твоём приезде.

***

Прокручиваю ключ в дверном замке нашей с Лёней квартире. Снова два оборота. Что всё это значит?

Зачем Лёне это надо?

Снова обхожу квартиру. Снова кружка на столе. По телу проходится ледяная дрожь. Не хочу сейчас думать об этом. Собираю вещи и отправляюсь на дачу Наташи и её родителей. Располагаюсь в комнате, в которой всегда останавливалась, приезжая вместе с Наташей.

Прохожу по двухэтажному дому, вспоминая обстановку. Завариваю чая. Выбираю книгу для чтения со стеллажа в гостиной. Устраиваюсь у искусственного камина. Погружаюсь в чтение романа. Оглядываюсь на мелодию своего телефона. Иду в комнату, где оставила его. Успеваю ответить на звонок от свекрови.

— Мариночка. Извини, не удержалась. Лёня запретил нам пока звонить тебе, — запыхаясь произносит она и мою кожу цепляет колючая проволока.

— Добрый вечер, Нина Руслановна. Почему запретил? — сажусь на краешек кресла, захлопнув книгу.

— Он сказал, что ты очень больна. Что подцепила какой-то страшный вирус. Что находишься сейчас дома под присмотром медсестры.

— Это неправда. Я здорова, — уверяю её, встав с кресла.

— Ты здорова?

— Да. Здорова, — кладу книгу на маленький журнальный столик и подхожу к окну.

— Почему же Лёня переехал к нам? — в голосе свекрови звучит тревога. — Он сказал, что перестраховаться хочет. Не хочет тоже заболеть. Сказал, что навещает каждый день тебя и тебе уже лучше.

С трудом глотаю, желая избавиться от подкатившего удушающего кома. Захожу за штору. Всматриваюсь в фонарь на столбе. Наблюдаю за танцами снежинок.

— Вам не кажется, что в его поведении нет логики? — приходит на ум и я решаюсь на вопрос.

— Нет, — уверенно выдаёт свекровь, замолчав.

— Он не хочет заболеть, а в то же время навещает меня, — произношу уверенно. — Если бы я была серьёзно больна, то наверное, лежала бы сейчас в больнице, — говорю громче обычного и через чур разборчиво.

— Я всегда верила своему сыну, Марина, — с обидой выдыхает свекровь.

— Представляете, я то же, — слегка давлю на неё голосом.

— Да что у вас произошло такого, что ты так разговариваешь со мной? — выходит из себя Нина Руслановна.

Растираю пальцами лоб. Прислоняюсь к холодному стеклу им, почувствовав колючий холодок.

— Извините… Значит Лёня ничего вам не рассказал? — произношу мягче, отстраняясь от стекла.

— Ничего. А что он должен мне был рассказать? — жалобно доносится до меня от свекрови.

Хочется посоветовать ей, что бы спросила у сына. Но это будет слишком грубо выглядеть. Я ведь всегда была с ней в хороших отношениях. Она не при чём, что Лёня свернул не в ту сторону.

— Мы разводимся с ним, — произношу спокойно и выхожу из-за шторы. — Все подробности можете у него узнать.

Свекровь ахает. Что-то лепечет невпопад. Я же просто прощаюсь с ней, не желая ничего объяснять.

С утра, выпив кофе, хочу прогуляться во дворе.

Становится печально, когда замечаю вместо сетки рабицы высокий металлический забор с кирпичными столбиками. Вчера было уже темно, когда я сюда приехала и не предала этому особого значения.

Наташа говорила, что соседнюю дачу продали. Выхожу за ворота, посмотреть на новые дома и разросшуюся улицу. Дую в ладони, поступив опрометчиво не взяв с собой перчатки.

“ Ничего, Марина. Сейчас пойду домой и буду пить горячий чай. Потом закажу еду. Приготовлю обед. Придумаю, что-нибудь на ужин.”

Пока размышляю, рассматриваю дом напротив. Одноэтажный кирпичный с пристроенным гаражом.

Оборачиваюсь на шум колёс.

Машина такси останавливается у соседнего участка и из неё выходит Марина Анатольевна Громова. Я узнаю её.

Ничего особенного вроде. Только почему она в тёмных очках и смотрит с украдкой по сторонам?