Предатель Ситу и его Квинти

Глава 13. И снова предал...

- Постой...

Еще раньше, еще до того, как он окликнул Тролля, еще до того, как спас от него Ситу Хус, еще до того, как вступил в схватку с предателем, Ситу уже это чувствовал: с ним происходит что-то странное. Его жизнь словно расслаивалась. Он перестал понимать различие между тем, что он должен делать и что хочет. Это началось тогда, и вот сейчас оно доходило до логического конца. Он вдруг понял, что никакой разницы между луидами, трискерами и тенями нет. Для него никакой... Если поразмыслить, то все убеждения разумных складываются лишь исходя из того места, в котором он родился... А это случайность, которая не должна играть никакой роли в судьбе. И эти представления об обязательствах? Они эфемерны и размыты. Кто сказал, что он обязан служить трискерам или альянсу трискеров с луидами? Есть только одна точка, от которой ведется отсчет – он сам, Ситу Лени.

- Тролль, я пойду с тобой. Мне надо Квинти искать.

Поднялся слегка ошалевший мор.

- Что значит, ты пойдешь с ним? Ты забыл? Нам нужно разрушить этот портал. Или.. ты переходишь на их сторону? Надеюсь, ты понимаешь, что переходишь на их сторону?

- Нет. Не перехожу. Да и не важно это. Видишь ли, я должен разобраться в себе. Квинти – часть моей души. Без нее я – пустое место, не способное видеть жизнь.

- Вот как значит. Когда мир стоит на грани, а страшный враг тебе обещает богатые дары или спасение... ты делаешь шаг, последствия которого почти наверняка будут ужасающими? Ты либо беспросветно глуп, либо всегда был слабаком, марионеткой, прятавшейся под личиной друга. И тот, и другой вариант меня не устраивают. Я не могу допустить того, чтобы ты достался теням... И вынужден убить тебя. Бери свой меч и защищайся.

А Тролль усмехнулся:

- Это говорит луид, который только что чуть ли не клялся в своей преданности нике. Я ж слышал твои слова, когда общался со Скуртом. И вдруг этот беспринципный мор становится воинственным защитником этого мира? Не смешите меня.

Под этот комментарий Короля Предателей столкнулись два меча. Голубоватый живой лун и неумолимый меч латника.

И кому же из них повезет в этом бою? Ведь они не в ментальном мире, где Ситу однозначно сильней. Они в реальности, которая диктует свои законы и свои предпочтения. Латник, конечно, мог атаковать врага ментально и быстро с ним разобраться в доме, но не стал.

Раджа – мор, и этим все сказано. В оранжевой стране говорят, что взявшийся за дело мор сделает это дело лучше других. Поэтому намерение этого воина убить – всегда опасней, чем можно себе представить.

Ситу не знал этого. Но знал другое, когда его делали латником, в его природу внесли образ врага. И этот образ был образом луида. Трискеры все еще воевали с луидами, демонами подземного мира. При встрече со своим истинным врагом активизировались скрытые резервы натуры латника: он становился сильней, выносливей и даже умней.

В общем эта была равная схватка.

Выпад Раджи трискер увел в сторону и снизу ударил по ногам щитом, бросив его неожиданно и сильно. Пока Раджа уходил от вращающегося тяжелого диска, Ситу переместился по радиусу вправо и оказался в каких-то сантиметрах от своего движущегося доспеха. Уже было ясно, что хитрый удар не достиг цели, поэтому латник, планируя следующую атаку, собирался следующим движением подобрать щит.

Не успел. Мор, словно охотник Скурт, идущий по полю смерти, непостижимым образом оказался прямо перед трискером, а в руках у него блеснул лун, принявший форму короткого узкого ножа. Еще мгновение и он вскроет Ситу глотку...

Не успел. Закатив глаза, мор рухнул на землю, словно в самый разгар действия в его сердце вошла стрела золотого лучника. Растерянный латник взглянул на противника, лежащего у его ног. Метрах в семи в сидячей позе заснул Тролль.

Ситу понял.

- Тролль, сволочь, стой!

Он тут же опустился на землю и стал представлять Раджу, чтобы попасть в его ментальный мир.

- Не надо, – очнувшийся Тролль уже смотрел на него равнодушным слегка замутненным от перехода взглядом. – Из мертвого тела потом выбраться нельзя. Не знаешь что ли?

- То есть, ты убил его? – зло переспросил латник.

- Иначе он убил бы тебя.

- Моих друзей могу убивать только я!

Тролль усмехнулся.

- В гробу я видел таких друзей. Ни сочувствия, ни понимания. Ты, наверное, уверен, что этот парень не поднял бы клети на тебя. Это совсем не так. Луиды – странный народ. Для них убить кого-то, к тому ж трискера, что тебе высморкаться... даже если вы были друзьями. В мире нике бывали случаи.

Неожиданно Ситу успокоился, а его сознании высветились слова Тролля, похожие на какую-то философию, которую теперь он должен был постигнуть: «Убить, что высморкаться...».

Уже без усмешек и ухмылок, на которые всегда он был мастер, Тролль, начал излагать свою версию событий войны. Видимо, это была часть ритуала предательства, который уже совершил Ситу.

- Нике, конечно, страшные и неприятные. Но этому есть объяснение. В их мире нет солнца. Нет, конечно, оно есть, но его лучи продираются через какую-то пелену или туман, в котором мир теряет краски. Это черно-белый мир. К тому же он гибнет. Все они понимают, что в один прекрасный день их реальность перестанет существовать. Они пришли к нам, потому что хотят жить. Ты спросишь, а почему они не могут прийти к нам с миром? А ты представь, приходят они и просятся: пустите нас, ну пожалуйста, а то мы помрем у себя. Что сделают трискеры? Что сделают луиды? Как ты думаешь, какова вероятность того, что эти два народа пустят к себе еще один – сильный и могущественный?