Предатель. Ты нам (не) нужен

Глава 26

Вид Руслана без рубашки это слишком...

Между нами столько всего произошло за короткое время, что теперь я даже не понимаю, кто мы друг другу и как нужно вести себя.

И именно в этот момент он делает такой выкрутас. Ну точно издевается... совсем обнаглел!

Руслан еще и ловит мой взгляд с легкой усмешкой, точно понимает, что сейчас творится у меня в голове из-за него...

Не выдерживаю, прячусь под одеяло лишь сильнее, но глаза все еще торчат вместе с носом. Ну... надо же как то дышать! Да и следить, чтобы Стужев не натворил еще чего-то дикого.

Благо, он натягивает на себя одну из футболок со шкафа, больше меня не стесняя.

Он... он изначально хотел ее надеть, но решил сделать это как можно пафоснее! Еще и со словами, что все внутри разворошили...

Добиться меня снова хочет... с чего вообще взял, что мне это нужно??

– Ловко ты уже и границу прочертила. – ухмыляется шире Стужев, сделав шаг ближе обратно к кровати и разглядывая подушку, разделяющую две половины матраса.

Еще через секунду он возвращает ту, что я швыряла, отдавая ее мне.

– Конечно! Ты же не думал, что даже после всего, что мы узнали, я сразу растаю и в твои объятия обратно кинусь?? – возмущенно бубню чуть ли не через одеяло, натянутое у губ и прижимаю подушку к себе покрепче.

Руслан не изменщик и никогда им не был, но уже столько лет прошло, столько всего утекло... так еще и после всего того, что устроил мне Воробьев...

Они не одно и то же, но... мне вообще уже не хочется связываться с мужчинами. Несколько лет уж точно!

Или вообще... лучше всю жизнь быть матерью одиночкой, чем столько страдать...

– Я был бы полным идиотом, если бы думал, что все будет так легко. Ты ведь и тогда не спешила кидаться мне в объятия. Так что и сейчас придется постараться.

Вместо ответа, тихо фыркаю на слова Стужева и отворачиваюсь от него, обнимая подушку.

Вот и что ему говорить? Особенно сейчас, когда в голове каша после новой информации, после его торса и слов о том, что он добьется меня вновь.

Я окончательно путаюсь и просто жмурюсь, надеясь, что так быстрее смогу все выбросить из головы и заснуть до следующего утра, когда можно будет уже и телефон Игоря досконально изучить и в участок поехать с сопровождением, чтобы наконец-то заявление написать.

Планов очень много. Я обязана поспать. Но за минуту это никаким чудом не выходит.

Руслан выключает свет, который сам и включил перед тем, как зайти в спальню. После чего я чувствую, как позади меня слегка проминается матрас от того, как Стужев укладывается на него.

Думаю, что и он решил попытаться вырубиться, раз я больше не хочу разговаривать.

Но внезапно тяжелая ручища бывшего мужа опускается на мою талию поверх одеяла.

– Т-ты что делаешь? – тут же раскрываю глаза и остро впиваюсь взглядом в лицо Стужева через свое плечо.

Да как он смеет вообще??

– Нарушаю границу. Хотите наложить санкции? – шепчет Руслан так, что я чувствую его дыхание на своей шее и чертовы мурашки...

Лицо снова начинает гореть. Резко скидываю его руку с себя и поворачиваюсь лицом к лицу.

– Именно. Пока еще не придумала какие, но они будут. – кулаки под одеялом сжимаются сами собой, хочется отколотить наглеца, – Неужели тебе ни капли не стыдно?

По глазам вижу, что нет, но Руслан в принципе не отвечает на мой вопрос.

Вместо этого он вспоминает наше прошлое.

– Помнишь, как мы впервые вместе ночевали? В походе с твоей семьей.

Когда Стужев говорит про поход, я сразу же вижу перед глазами, словно в кино, ту самую ночь, когда мы лежали в палатке, вместе с другими и на утро проснулись в объятиях друг друга, даже не смотря на разные спальники.

Тогда было так неловко перед мамой, которая подумала, что мы это намеренно сделали. Это было совсем не так, но доказать не вышло.

Она просто хмыкнула недовольно и больше не поднимала эту тему.

А я до сих пор помню, что та ночь... тот сон был одним из самых спокойных... я тогда выспалась, как никогда.

– Конечно помню... – едва слышно бубню.

Мгновенно понимаю, к чему ведет Руслан еще до того, как он начинает говорить.

– Тогда... может обнимемся уже сейчас? Все равно на утро проснемся вместе. Так к чему тянуть? – подтвердив мою догадку, он ухмыляется еще шире, хотя казалось бы, больше нельзя.

Даже сказать сложно, шутит ли он, чтобы снова поддразнить меня или полностью серьезен и намерен добиться согласия.

В одну секунду я хочу ответить резким отворотом, но стоит раскрыть рот, как из него вырывается совсем другое:

– Т-ты невыносим, ты же знаешь?

Почему то прямо сказать "нет" не могу, стоило вспомнить тот поход.

Какая же искусная манипуляция от Стужева!

— Знаю. Но тебе всегда это нравилось.

Не нахожусь с ответом. Между нами повисает тишина, но не такая неприятная, как могла бы быть.

Она комфортная. Хоть в комнате и темно, мы все равно смотрим друг на друга и нам вполне даже удается разглядеть некоторые черты наших лиц. Кажется, одна из штор у окна не так плотно закрывает свет луны.

Прошло столько лет... было столько боли, разве правильно будет давать слабину и позволить себя обнять?

Разве правильно вообще ложиться спать в одной кровати после такого, даже если я снова верну подушку, как разграничение территории?

Может мне вообще сбежать и самой лечь на диван в гостиной?

Успеваю уговорить себя поступить именно так, наплевав на то, что потом будет болеть спина. Но Руслан уже не дает ничего сделать.

Он сам меня обнимает. Да так, что внутри все мгновенно трепещет.

Одним этим движением он будто бы вернулся все, что было тогда, когда мое сердце было всецело его.

По началу я даже упираюсь в его грудь с протестом, но после... ощущение того, как тепло от тела Руслана почти полностью окутывает мое из-за его требовательного напора, заставляет целиком иссечь желание сопротивляться.