Предатель. Вали к своей бывшей

Глава 25. Девушка, как вам не стыдно!

– Брауни очень воспитанный и никогда не позволит себе подобного. - Мягко произнесла и посмотрела на женщину, которая вдруг очень странно отреагировала на меня и моего пса.

– Правда? Хм… ну хорошо, посмотрим.

Интуиция сработала мгновенно, и мне показалось, что мать Тани совершенно не рада видеть меня в этом доме. Она мило улыбалась и что-то рассказывала мужу и дочери, но казалось, что не замечала меня.

– Давай, я покажу дом и твою комнату, - Таня взяла меня за руку и сжала ее. Я кивнула, понимая, что мне хочется побыстрее уйти с веранды и покинуть эту гнетущую атмосферу.

– Таня, постой! - Попросила я знакомую, когда мы оказались внутри небольшого, но довольно уютного дома.

– Что? - Повернулась и удивленно посмотрела на меня.

– Ты уверена, что я буду здесь не в тягость. Кажется, твоей маме я не понравилась.

– Не переживай, - махнула рукой бывшая коллега, - она всегда так относится к чужакам. Долго привыкает, а потом становится своя в доску.

– Спасибо, успокоила. - Выдохнула я. - А то я уж испугалась. Ехать в другое место, мне сейчас не по карману.

– Не надо никуда ехать. Идем, покажу тебе, где здесь, что находится.

Я кивнула и в радостном расположении духа пошла осматривать гостиную и кладовую. Небольшой подвал, куда вела лестница прямо из обустроенной кухни.

– Наверху комната родителей, но последнее время мама спит в гостевой комнате внизу. Подниматься по лестнице с каждый днем все тяжелее. Отец пока спит наверху, но, видимо, тоже планирует съехать вниз, поближе к матери.

– Понятно. А где моя комната?

– Наверху. Вообще-то, это моя комната, но я там живу, только когда приезжаю.

– Но как же? - Опешила я и посмотрела на знакомую. - Разве я могу жить в твоей комнате. А если ты захочешь переночевать у родителей?

– Не переживай. Здесь есть еще одна комната, но она закрыта от посторонних глаз. Там просто никто не живет, и генеральная уборка там бы не помешала. Если что, я остановлюсь там или в гостиной на диване.

– Поняла.

Мы поднялись на второй этаж, и Таня проводила меня в свою комнату, которая оказалась довольно уютной и аккуратно прибранной. Книги стояли на полках, кровать была заправлена, одежда убрана в шкаф. Шторы тщательно выглажены, а цветы на подоконнике политы и обстрижены все желтые листья.

Казалось, здесь не было ни пылинки, ни соринки, и на миг мне показалось, что комната не жилая. Стерильная какая-то. Мне даже расхотелось заходить сюда и портить безукоризненный вид комнаты.

– Добро пожаловать. Заходи и чувствуй себя как дома.

Таня открыла шкаф и вздохнула от увиденного. Сгребла свою одежду с одной из полок и переложила на соседнюю.

– Если будет мало, может свободно освободить еще одну.

– Хорошо. А кто прибирается в этой комнате? Похоже, кто-то очень старается.

– Это мама. Она терпеть не может беспорядок. А сейчас, когда у нее куча свободного времени, она тратит его на постоянную уборку. Говорит, что это ее успокаивает. Я обычно, когда приезжаю, все разбрасываю и кладу, куда что попало. Мать потом ходит за мной и подбирает. Вечно из-за этого ссоримся. Но переделывать нас обеих, бесполезное дело. Обе упертые, как барашки. Я овен, а мама — козерог. Рога-то никуда не денешь.

– Интересно. А я стрелец.

Таня лишь пожала плечами, словно говоря, что ничего об этом знаке не знает. Да и я особо не знала, а сказала это лишь для того, чтобы поддержать разговор.

– В общем, располагайся. Сейчас принесу чемодан с веранды.

– Не надо, Тань. Я сама. Он не тяжелый, а еще я хотела с Брауни погулять. А то как бы он на самом деле не обкакал весь газон твоей матери.

– Не волнуйся за газон, - ухмыльнулся знакомая, - ему же лучше, может, хоть расти начнет. А то уж больно редкий, словно три волосины в два ряда на голове у плешивого деда.

– Боюсь, твоя мама будет против, да и я не хочу ругаться с твоими родичами из-за таких глупостей.

Спустившись, Таня все же помогла донести мне чемодан до моей комнаты, за что я была ей очень благодарна. Потом я взяла поводок и пошла за Брауни, который лежал у ворот и тихо поскуливал. Все же чужое место, и, кажется, он начинал скучать по нашему дому.

– Миленький, - наклонилась я к собакену и погладила его по голове, - не скучай. Надо немного потерпеть, и все будет хорошо. Скоро все наладиться, вот увидишь.

Собака тяжко вздохнула, но увидев поводок в моих руках, завиляла хвостом и подняла морду с земли. - Идем прогуляемся, заодно и осмотримся, что здесь и как.

Открыв калитку, я выпустила Брауни и вытащила из машины фотокамеру, без которой последние годы не представляла себя. Пес радостный, словно его освободили из заточения, побежал со всех ног по дороге. Заглядывая в лесок и выбегая обратно, он кружил и обнюхивал незнакомую местность. Я улыбалась и наслаждалась свежим воздухом и первозданной природой, не тронутой человеком. Такой было немного, лишь с одной стороны. С другой — были насажены, как грибы - новенькие особняки и дорогими тачками под навесами.

Не забывая фотографировать все подряд, я наконец-то немного расслабилась и почувствовала себя в своей тарелке. Фотокамера всегда дарила мне свободу делать то, что я любила и умела больше всего на свете.

Мы отошли не так далеко от дома Таниных родителей, когда меня вдруг окликнули. Я как раз фотографировала один из красивейших особняков и совершенно забыла о том, что можно, а что нельзя.

– Девушка, как вам не стыдно! - Услышала мужской голос и обернулась. - Разве вы не знаете, что это частная собственность и фотографировать ее можно лишь с согласия самого собственника?

– Простите… я не знала, - притворилась дурочкой, хотя все я понимала, - просто ваш дом, он такой… такой.

- Какой?

Голос пропал от того, кто передо мной стоял.

Красивый мужчина в белой рубашке и светлых брюках. На глазах были надеты темные очки-авиаторы, на запястье - явно люксовые часы, которые, вероятно, стоят как моя машина. И вообще, он выглядел как с обложки модного журнала.