Предатель. Временная жена

Глава 12

Хлопок входной двери и громогласное:

— Жена! — заставляют меня подскочить в кровати.

Тру глаза, оглядываюсь. Заснула после универа. Решила, что после защиты проекта заслужила отдых.

А тут возвращение Дани…

Даня. От осознания того, что он вернулся, меня бросает в пот. Да, прошло больше недели. Да, он звонил каждый день. Интересовался, все ли у меня хорошо на учебе. Как дома? Не скучаю ли? Но все равно этого времени оказалось мало для того, чтобы нарастить на своем сердце броню.

Хочется скатиться по лестнице и повиснуть на шее у Кудрявцева. Соскучилась, жуть как…

И уже не так обидно, что он назвал меня не тем именем. В голове я уже его давно оправдала.

Он спал… не соображал ничего. И уж точно не ожидал, что в его постели окажусь я…

Приглаживаю растрепанные после сна волосы. Одергиваю одежду. Дышу через нос, чтобы при появлении перед Даней он не заметил, как сильно я разволновалась. От одного только его голоса.

— Мил, ну ты где прячешься?

Шаги по лестнице выводят меня из ступора. Выбегаю из комнаты и втыкаюсь носом в огромный букет цветов. Резко втягиваю запах. По телу пробегает приятная дрожь. Поднимаю взгляд. Смотрю в Данины искрящиеся глаза. Он сгребает меня в медвежьи объятия, зарывается носом в мои волосы.

— Привет, Ромашка. Скучал, капец как.

— Ты чего не предупредил? — голос после сна слегка хрипит.

— Так чтобы ты тут не суетилась.

Лучезарная улыбка превращает Даню в шкодливого мальчишку. Замираю, впитывая этот образ.

— Я спала. Это, конечно же, лучше.

Даня хмыкает. Вручает мне букет. Я хлопаю глазами. Смущенно прячу лицо в тугих бутонах. Делаю вид, что просто вдыхаю аромат.

— Спасибо. Очень красивые.

Вовремя прикусываю язык, чтобы не ляпнуть, что мне таких никто и никогда не дарил. Ему об этом необязательно знать.

Да и что уж… мне реально приятно получать от Дани цветы. Просто так. Без повода. Он обычно дарил мне букеты на день рождения и на Восьмое марта. А сейчас… это совсем другие ощущения и эмоции. Словно он решил показать, что я становлюсь для него кем-то особенным.

— Проходи, у меня там пюре с курочкой.

Даня ловит меня за руку.

— Да куда ты бежишь? Я в самолете поел, Мила. Не кипишуй, Ромашка.

— В самолете же совсем не то.

Я несу какую-то чушь. Просто от нервов, от того, что за неделю я отвыкла от Дани рядом. Теперь у меня голова кругом, а я, как голодная кошка, смотрю на Даню и иногда забываю дышать. Мне плевать уже, что произошло между нами в ту ночь, как он потом себя повел.

Самое главное, что сейчас он стоит передо мной. Смотрит на меня, улыбается.

— Как поездка?

Я прохожу в кухню. Ищу вазу: нужно срочно поставить красоту в воду, чтобы не завяли. Слишком уж они становятся мне дороги. Да, все вот так просто. Подарил цветы — и все… поплыла.

— Ой, — Даня отмахивается, — все как всегда. Встречи, от которых к вечеру голова едет. Бумаги, доки всякие. В глазах от букв рябило, пока не закрывал их.

Ухмыляюсь.

— Зато при деле. Все, как ты хотел.

Даня как-то странно на меня смотрит. Следит за каждым шагом, а мне от этого взгляда его становится жарко. Хочется окунуть голову в холодную воду.

Зачем он так смотрит?

— Я реально скучал, Ромашка. Прям ждал каждого нашего созвона.

Прикусываю губу до боли, чтобы не высказаться о своих истинных чувствах. Потому что я тоже скучала. Ждала его возвращения. Хоть Даня и не говорил, когда точно вернется.

Мне безумно льстит слышать из его уст такие признания. Пусть это далеко от слов любви, но это уже крошечный шажок навстречу.

— А как же «это все только спектакль для отца»?

Усмехаюсь, подрезаю на цветах стебельки. Слышу за спиной шаги, непроизвольно напрягаюсь.

Даня кладет руки по обе стороны от меня, наклоняется, и теперь я ощущаю каждый его выдох, который запутывается в моих волосах. По спине бегают мурашки. Я сильнее сжимаю в руках ножницы, совершаю глубокие вдохи. Ощущаю его тепло.

— Мил, я тут подумал...

Он замолкает, а у меня сразу мысли о плохом. Если он решил прекратить этот фарс? Если он сейчас выставит меня за дверь?

Столько «если»…

Не могу заставить себя развернуться, посмотреть в его глаза. Это будет слишком остро для меня, слишком чувственно. Я не готова сейчас показывать, как сильно я волнуюсь.

Стебли заканчиваются, и у меня больше нет повода стоять спиной к Кудрявцеву. Я жду, что он мне скажет.

— О чем ты подумал, Дань?

Он прокашливается, аккуратно берет меня за плечи и все же поворачивает к себе лицом. Смотрит в глаза. Я сжимаю руки на букете. Даня осторожно вынимает цветы и устанавливает в вазе.