Предатель. Я хочу развод!

20 глава

– Лисёнок мой… прошу… – ласково шепчет Давид, так, что моё сердце сжимается в груди ещё сильнее.

Если муж не любил меня всё это время и только сейчас почувствовал что-то… почему он вообще был со мной? Я не понимаю. И как после этого ему доверять снова, как он хочет?

Я не заставляла его с собой встречаться. Быть моим первым во всем тоже нет. Не заставляла жениться на мне. Не пыталась удержать беременностью и ребёнком. Ничего из этого я не делала специально… просто любила его, пока он нет, но был рядом.

Запуталась уже. Глаза жжёт после множества слёз, кажется, я выплакала их все, но при этом хочу ещё…

– Отпусти… – аккуратно упираюсь ладошками в грудь Давида и слегка давлю. Поняла, что нет смысла тратить все силы, это будет бесполезно, если Авров не захочет отпустить сам.

Но он отпускает. И делает шаг назад.

– Я не позволю тебе уехать, уже сказал. Не надо бегать. – напоминает Давид.

Хочу злобно зашипеть, что уже поняла, всё, но так и не говорю ничего, потому что слышу голос вернувшегося Артёма…

И вместе с ним возмущённое и длинное "мяяяу", от которого меня словно парализует.

– Ма! Тут киса! Киса! – говорит мой сыночек восторженно и поднимает свои ручки выше с рыжим, как апельсинчик, котёнком с розовым бантиком на шее, который не туго подвязан. – Киса!

Я аж не нахожу, что сказать. Таращусь во все глаза, смотря на этого котёнка. Точно такого же, как наша малышка Моника, когда мы её только взяли…

Артём хочет поднять котенка ещё выше, но тот начинает выворачиваться, как настоящая змея, во все стороны, словно вообще костей нет и затем резко падает на все четыре лапки прямо на пол, быстрее убегает, а сыночек за ним.

– Э… стой, Тёма! Ты напугал его… – запоздало говорю вслед, когда от бегуна уже ноль реакции.

После чего Давид снова шарахает неожиданностью.

– Её. Эта Моника-младшая. – он не только подобрал практически идеально похожего котёнка, но и дал ей точно такое же имя, как у нашей любимицы на небесах.

Словно даёт ей вторую жизнь, на что я не могла никак рискнуть, очень волнуясь, что не переживу еще одну смерть любимца позже…

– Мы ведь все втроём любим кошек. Поэтому я решил, почему бы не завести такую прелесть? Вон, как Артём рад… и ты ведь тоже?

– Моника… – едва слышно бормочу имя кошечки. Они правда очень похожи внешне, и характер, кажется, тоже похож, судя по короткому первому впечатлению. – Она должна прожить гораздо более долгую жизнь и быть такой же счастливой, как Моника-старшая.

– Именно. – аккуратно соглашается Давид. Так нежно, словно боится меня спругнуть. И эта его поведение…

Оно резко вышибает меня из этого транса. Авров специально сделал этот сюрприз и подарил котёнка, точно такого же, как был важен мне раньше… чтобы я вспомнила о прошлом, о том, как было хорошо.

И поскорее забыла о том, что он сделал недавно. Что он изменил с моей сестрой…

Повисает тяжёлая тишина, а когда муж тянет ко мне руку, я отшатываюсь от него, как от прокажённого.

Тишина тянется ещё дольше. Пока Давид не придумывает хоть что-то ещё:

– В столовой накрыто для ужина. Ты не голодна? – Давид ничуть не меньше меня напряжён, ожидал явно другого.

И… я рада котёнку, но это слишком. Слишком нагло пытаться всколыхнуть во мне тёплые чувства вот так.

Я не прощу его. Не хочу. Никогда!

– Тёма голоден, я нет… – но вместо того, чтобы выйти из дома, говорю это и снимаю с себя пальто.

Тёма ведь правда очень голоден и бросить его я не могу.

– Понял. Но посидим все вместе?

Я не отказываюсь. Хотя не хочу находится сейчас с мужем, не хочу сидеть за столом и чувствовать тошноту от еды. Ничего этого не хочу. Но мы садимся все втроём, после того, как я умылась и напомнила про то, что надо помыть руки Тёме.

Я не иду на поводу Давида, как он думает… это… просто потому, что я устала и не хочу портить ужин сыну.

Артём уплетает еду с завидной скоростью, проголодался сильно. А Моника сидит у него на коленях и мурчит просто на всю столовую и не хочет уже уходить, стоило её поймать во второй раз. Быстро они познакомились и сдружились, конечно.

Ужин заканчивается. Я ни к чему не притронулась и уже хочу быстрее сбежать в спальню, чтобы там закрыться.

Но не выходит…

– Ма, Па, давайте вместе смотреть мультики! – внезапно предлагает Артём, вскакивая со стула, что Моника аж быстрее убегает, слетев с его колен.

Хочу отказаться, но встречаюсь со взглядом мужа…

Давид смотрит не меня с надеждой. Хочет провести время с сыном и мной…

Я не хочу давать ему шанс! И никаких поблажек! Но мы смотрим один мультфильм вместе. Просто потому что я не хочу, чтобы Тёма грустил.

– Хочу собрать железную дорогу! – предлагает сыночек и втроём мы собираем игрушечную железную дорогу из коробки, которую давно не трогали.

– Может порисуем? – продолжает предлагать сыночек и вот мы уже рисуем с ним разных животных. Лучше всего получается у Давида, Артём в восторге, а я едва вывожу круг и лапки для "жирного кошачка", служащего автопортретом Моники, когда она набивает пузо кормом до отвала, а потом приходит к нам.

– Включи смешариков! – снова Артём хочет мультики, хочу уйти, но он тянет меня на диван с собой и мы смотрим втроём то, что хочет мелкий негодник.

А потом сын один играет за приставкой, а Давид вдруг говорит:

– Ты не поела.

Я аж вздрагиваю, потому что только заметила, как он сидит ко мне вплотную, а почти на коленях, упираясь ножками в диван, передо мной уже специальный поднос с едой.