Предатель. Я (не) смогу тебя простить

Глава 5

— Отлично.

Это одинокое слово рефлекторно слетело с моего языка, но весь ужас моего положения заключался в том, что я всё-таки не ожидала такой быстрой, такой однозначной и такой спокойной реакции.

Оказывается, я была совершенно не готова к тому, что муж с исключительной лёгкостью примет моё желание поскорее расстаться.

— Отлично, — эхом отозвался он, рассматривая меня без какого-либо намёка на волнение.

Я его разозлила, раздосадовала — несомненно. Но испугала ли я его своим заявлением, что хочу развестись? Вот нисколько.

Господи, но это же значит, что Елена Аркадьевна была стопроцентно права, когда объясняла мне, неразумной, что всё это не вчера началось. Что имевший глаза, да увидел бы. А я до сих пор слепо верила в то, что у нас всё в порядке.

Я клюнула носом, чтобы муж не заметил скатившихся по щекам слёз.

Он не заслуживает их видеть.

— И куда ты отправишься?

Вопрос был до того неожиданным, что о слезах я благополучно забыла и бросила на него обжигающий взгляд.

— А вот это уже не твоего ума дело, понятно?

— Понятно, — протянул Тимур. — Такси тебе вызывать?

Меня от такого будничного вопроса бросило в жар.

Как можно было в мгновение ока обернуться таким бесчувственным, бессердечным чудовищем и, сообразив, что узнавшая о твоей измене жена пакует экстренно чемоданы, ещё и помощь ей предлагать!

Но вот если прямо сейчас я расклеюсь и расползусь по полу скорбно хлюпающей лужей, я ещё больше удовольствия этому монстру доставлю. Нет, позволить такому случиться я не могу.

— Боже мой, какая заботливость, — выплюнула я, запихивая в чемодан ноутбук и зарядное. — Не нужно мне от тебя ничего. Можешь не суетиться. Такси я вызвать могу и сама! Не безрукая. Или ты думаешь, я совсем без тебя ни черта не смогу?

Тимур окинул меня оценивающим взглядом с ног до головы, будто прикидывал, чтобы с максимальной честностью дать мне ответ. Потом едва-едва пожал своими широченными плечами.

— Ну, кто его знает. Наверное, самое время проверить.

Как и когда в нём произошла такая разительная перемена, которую я умудрилась проворонить? Самое жуткое во всём этом то, что я и дальше бы ничего не подозревала как минимум какое-то время, если бы не досужая Елена Аркадьевна. Мне, выходит, ещё и поблагодарить её нужно за то, что глаза мне раскрыла.

Иначе так и жила бы с этим чудовищем, обслуживая его, как примерная домохозяйка, пока он развлекался на стороне!

Дрожащими руками вытащила телефон, открыла приложение и выбрала автомобиль.

«Ваша машина прибудет через пять минут».

Замечательно. На улице подожду.

Голова до сих пор беспощадно горела, и я до конца не могла осознать, что прямо сейчас делю свою жизнь на до и после.

— Давай, я помогу.

Рука мужа легла на ручку чемодана, пока я была занята тем, что неуклюже запихивала в карман своей сумки банальный, но такой говорящий подарок — тест, результаты которого сегодня, к моей великой радости, подтвердились.

Он ни в коем случае не должен увидеть…

— Не нужно! — дёрнулась я и попыталась одной рукой ухватиться за чемодан, который муж без моего спроса покатил ко входной двери.

Моя вторая рука не справилась с важной задачей, и картонный конвертик с тестом, к моему вящему ужасу, шлёпнулся на пол прихожей.

Лёгкий щелчок, с которым он приземлился на плитку около коврика, прогремел в моих ушах громом.

— Что это?

Муж наклонился, чтобы поднять конвертик, и я попыталась его опередить.

— Не трогай! Не смей! Это моё! — заорала, хотя понимала же, что это только усугубит ситуацию.

Но моя реакция была автоматической. Я понимала, что стоит на кону, и была готова на всё, только бы сграбастать свою неожиданную потерю и наконец-то оказаться за дверью квартиры.

Взгляд мужа сделался цепким, а движения — отрывистыми, резкими и выверенными, как у робота. Он, конечно, почуял, что такая реакция на какой-то бумажный конвертик у меня неспроста.

Поэтому без особого труда меня опередил.

— Тимур, отдай! — почти зарычала я, протягивая к нему дрожащую руку.

Его глаза прищурились, и я уже понимала, что с головой выдавала себя этим отчаянным жестом.

— Откуда столько суеты, не пойму. Что там такого сверхважного?

— Для тебя — ничего. Это вообще не твоего ума дело. Я сказал, отдай!

— Но в этом доме самодурствовать — моя прерогатива, — хлестнул меня неоспоримым фактом Тимур. — Ты ясно дала мне понять, что такую сволочь, как я, ещё поискать. Так с чего бы мне пытаться строить из себя послушного мальчика? Надо соответствовать ожиданиям.

— Отдай мне это. Немедленно! — сделала последнюю попытку я и попыталась в прыжке дотянуться до зажатого в его пальцах конверта.

— Извини, — бессердечно хмыкнул супруг. — Ты сама меня заинтриговала.