Предатель. Я (не) смогу тебя простить

Глава 20

— Ты совсем, что ли, больная?! — взвизгнула Левиева, когда мои пальцы вцепились в её шевелюру.

Но я с собой поделать ничего не могла. Я буквально наслаждалась тем, с какой лёгкостью и быстротой моя неожиданная агрессия стёрла с её холёного лица многозначительную усмешку.

Будто она не на торжество чужое непрошенная припёрлась, а какую-нибудь пакость устроить.

Одно, впрочем, не исключало другого. Это раз.

И два. Какого чёрта она вообще сюда заявилась?!

— Убирайся отсюда! — рявкнула я.

И только потом меня обдало смертельным холодом от запоздалого предположения.

Господи… а что, если Тимур совсем крышей поехал и сам её сюда пригласил?

Подумал, что я на виду у гостей ничего лишнего себе не позволю и дал ей добро.

Это же совсем нужно свихнуться…

И будто подталкиваемая этой догадкой, я пихнула Левиеву подальше от порога и вышла следом сама, прикрывая входную дверь и отрезая нас обеих от шумной толпы гостей, заполонивших квартиру.

Да, тут тоже не идеальное место для откровенного разговора. Сейчас на нас смотрели глазки как минимум трёх соседних квартир.

Но условия я не выбирала. Приходилось с этим смириться.

Левиева таращилась на меня как на сумасшедшую.

Я таращилась на Левиеву в ответ, мечтая выдергать по волосинке её роскошные кудри.

— Ты вообще что тут забыла?

Непрошенная гостья порывалась что-то сказать, но передумала. Её умение с такой впечатляющей быстротой сориентироваться в ситуации поражало и заставило меня возненавидеть её ещё сильней.

Я вот о себе подобного сказать не могла. Меня буквально колотило от злости. И попробуй возьми себя в руке, если я едва-едва заставляла себя говорить.

— Ну ты идеально впишешься в образ жены успешного банкира, — протянула поскудница. — Не поделишься, где правилам высокого этикета обучалась? На случай важных переговоров.

Я выпустила пар из ноздрей, мечтая снова вцепиться ей в волосы.

— Если ты вдруг ещё не поняла, — процедила я угрожающе, — тебе тут не рады.

— А ты за всех не говори, — парировала она и даже не догадывалась, как сильно ударила по больному.

И словно в ответ на эту беспардонную наглость дверь у меня за спиной отворилась, заполнив лестничную площадку весёлым шумом и гамом.

— Алиса, какого ты…

Требовательный голос мужа затих, и я обернулась, отряхнув вспотевшие ладони о юбку.

Тимур смотрел на нас со смесью откровенного недоумения и злости на помрачневшем лице.

Я решила не тратить времени зря и перехватывать инициативу, пока не поздно.

— Это как понимать? — я ткнула дрожащим пальцем в сторону расфуфыренной, но слегка помятой благодаря мне Левиевой. — Ты, Гараев, совсем умом тронулся её сюда приглашать?!

— Не ори, — коротко и не повышая голоса приказал муж. — В квартиру. Быстро.

— Что? — опешила я. — Ты издеваешься?.. Ты думаешь, я всё брошу и как послушная курица помчусь обратно, пока ты тут со своей потаскушкой будешь мурлыкать?.. Да только посмей меня тронуть, Гараев, и я так заору, что сюда весь дом сбежится. Разберись с ней при мне. И разберись немедленно!

Муж поморщился от моего требовательного тона, но я в полнейшем шоке заметила, как уголок его рта дёрнулся вверх, будто он безуспешно пытался подавить усмешку. Будто мой праведный гнев его позабавил. Будто в этом вообще могло быть что-то смешное!

— Ясно, — выдохнул он. — В бабьем царстве по-прежнему неспокойно.

И этим вызвал, казалось бы, невозможную в нынешних условиях реакцию — в его сторону полетело сразу два испепеляющих взгляда.

— Алиса, отойди от неё, — повелительно проговорил супруг.

— С чего это вдруг? — нахохлилась я.

— С того, что я не хочу повторения.

— Тимур, твоя бешеная баба едва в лицо мне не вцепилась! — рассерженной кошкой прошипела Левиева.

А мне оставалось лишь пожелать, что от избытка эмоций промазала и всего-т выдрала у неё несколько длинных завитых волосин.

Не обеднеет. У неё их вон сколько!

— Ангелина, сбавь обороты! — рыкнул муж. — И извинись.

И мы снова отреагировали с Левиевой в унисон — уставились на Тимура в полнейшем недоумении.

— Кто? — задохнулась Левиева. — Я?!

— Ты, — хладнокровно заявил муж. — За то, что выражений не выбираешь.

Шокированное молчание в качестве ответа его не устроило.

— Ну, Ангелина! Я жду.

И надо было видеть, с каким отвращением она скривила губы, когда даже не посмотрев в мою сторону, процедила:

— Извини.

Это же надо, какая у них крепкая, неземная любовь! Гордячка Левиева ради любовника своего и на такое готова.