Предатель. Я выживу без тебя

Глава 1

Людмила

Резкий звонок разбивает мой сон.

Открываю глаза. За окном еще темно. Хочу повернуться на бок и уснуть, но телефон продолжает настойчиво звонить.

«Ну кому не спится в такую рань…» — ворчу под нос. И в этот же момент как ужаленная подскакиваю на постели.

Сердце тревожно стучит.

Вдруг это Яна? Сейчас она в учебной поездке, в Китае. И у них как раз уже раннее утро.

Торопливо тянусь к телефону, но звонки прекращаются. Смотрю в мессенджер и успокаиваюсь. Звонила не дочка.

Открываю неизвестный чат с пропущенным вызовом и вижу, что перед звонком мне прислали видео.

Скорее рефлекторно, чем сознательно, нажимаю него, и… на всю спальню раздаются громкие женские стоны.

Женщину на экране не видно — ее загораживает обнаженная мужская спина.

А вот мужчину я узнаю мгновенно. По родинке на шее, по слегка оттопыренным ушам, по прическе.

Это Роман. Мой муж.

Вот и шрам его над левой лопаткой: он получил его в детстве, когда упал с яблони на забор.

На мгновение все звуки мира приглушаются. Я перестаю слышать разгоряченные стоны и скрип кровати.

Прихожу в себя от боли, пронзившей ладонь. Разжимаю пальцы, и на постель падает телефон, который я стискивала в руке изо всех сил.

Мой муж сейчас в командировке на другом конце континента, отдыхает в гостинице от утомительных переговоров.

Только я думала, что он скучает. А на самом деле ему очень даже весело.

Вспоминаю наше прощание, когда я поцеловала Рому, стоя около заведенного автомобиля. И как ехидно, почти с издевкой, смотрел на меня его усатый водитель.

На секунду меня мутит.

Стряхиваю одно видение и сразу же ныряю в другое. Вспоминаю прикосновения его рук, тепло и заботу в его голосе.

Обессиленно падаю на постель и не сразу осознаю, что звук в телефоне затих. Ролик закончился.

В комнате повисает давящая тишина.

Голова гудит, мысли наперебой мечутся в голове.

Что мне делать?

Позвонить и поговорить начистоту?

Или притвориться, что ничего не знаю?

Впиваюсь ногтями в матрас и чувствую, как меня начинают захлестывать боль и страх.

И в этот момент, когда горькие слезы щиплют в глазах, раздается уведомление о новом сообщении.

На ярком экране черные буквы собираются в короткую хлесткую фразу:

«Видишь? Ты ему больше не нужна».

Кто она?

Тыкаю в аватарку отправительницы. Незнакомое женское лицо, стилизованное под картину Мунка «Крик». Иронично.

Слишком иронично для случайного совпадения.

Имя аккаунта: «Натали».

Мне оно ничего не говорит. Лихорадочно пролистываю ее профиль, открываю сторис.

Среди многочисленных фотографий букетов, колец и еды из ресторана мелькает серия снимков, подписанная: «Утро… такое разное… Люблю».

На первом кадре крупным планом взяты две чашки с кофе на прикроватной тумбе. Одна чашка с красными и синими ромбиками. Вторая — простая белая, с золотистым ободком. В кадр попал и угол серого бархатного изголовья кровати.

Нашей кровати.

Дыхание перехватывает. Хотя, казалось бы, теперь меня ничто уже не должно шокировать.

На втором кадре я вижу нашу спальню целиком. На третьем обнаруживаю рубашку Романа, которая висит на спинке стула.

Затем крупным планом взят ремень, брошенный на белоснежную кровать. Тот самый, с чуть грубоватой кованой пряжкой, который подарила ему я на день отца.

Следующий кадр меня добивает. Ее ноги на моей любимой подушке, накрытой пледом в шотландскую клетку.

Этот плед я выбирала полгода и потом безумно радовалась тому, как идеально он подошел к интерьеру.

И это еще не все.

На последней фотографии на полу, в потоке утреннего света, валяются домашние сандалии Романа. Рядом — ее туфли на высоченной шпильке.

Как одержимая, раз за разом пересматриваю снимки. Незнакомка, кажется, нарочно тычет мне в лицо ярко-красными ногтями на своих ногах.

Роман не просто изменил мне.

Он привел ее в наш дом.

Они пили кофе из моих чашек и, наверное, смеялись над моими дурацкими шерстяными носками, торчащими из-под подушки.

Он привел ее в нашу спальню. На нашу кровать.

Отбрасываю телефон, словно он раскаленный. Бездушный кусок пластика отскакивает от матраса и падает на пол экраном вниз.

Комната погружается в утренний полумрак.

Но просмотренные картинки уже впечатались в сетчатку, пляшут перед глазами.

Встаю и босиком иду к окну.

Раздергиваю шторы. Впускаю в комнату прохладный воздух, глубоко вдыхаю его.

Время останавливается. Когда я прихожу в себя, в окно ярко светит солнце, день вступил в свои права.

В самом углу подоконника стоит та самая чашка с красными и синими ромбиками. На ее выпуклом боку виднеется след от кроваво-красной помады.

Во рту пересыхает, начинаю дышать чаще. Но сразу беру себя в руки.

Беда уже случилась.

Медленно разворачиваюсь, подхожу к шкафу.

Этот легкий чужой запах… Это не новое средство для стирки, а приторные духи?

Прикусываю губу и возвращаюсь к окну.

Комната, которая была моей крепостью, внезапно превратилась в оскверненное место. Каждый ее уголок, каждая вещь в ней теперь кричит об измене.

И мне с этим нужно что-то делать.

Немедленно.