Предательство не знает сожалений

Глава 7-2

Я даже сразу и не поняла, кто этот Комаровский. Потом только дошло: это настоящие имя-фамилия-отчество Кристофера.

В общем, с Фером мы распрощались. По его инициативе.

Нет, он не боялся последствий. Просто недостаточно любил, если любил вообще. Пресловутая свобода была дороже всех неприятностей, что сулила ему связь с дочерью акулы Смирнова.

Но если на то пошло, то и я не пылала к нему неземными чувствами.

Мне было с ним хорошо, тепло, легко. В нём жил какой-то авантюризм, которого мне по жизни не хватало, потому что проявлять я могла свои склонности весьма умеренно, дозированно, под зорким взглядом человека, что контролировал мой каждый шаг.

Лёва Инсаров появился в моей жизни полгода спустя. К Лёве Инсарову папе сложно было найти претензии, потому что Лёва был образцом честности, правильности, некоего занудства и гениальности.

Родословная у Лёвы тоже была вполне приличная: полноценная семья, отец-бизнесмен (не такой, крутой, как мой, конечно, но зато очень хороший легальный бизнес и отсутствие криминала), две сестры-погодки, дом – полная чаша, отличное воспитание.

Он не нуждался в деньгах – работал крутым программистом, он не ходил налево, по-своему обожал меня, нам было вместе комфортно, но без лишних африканских страстей.

Тихая гавань, где мне было хорошо. Спокойно.

Отец, скрипнув зубами, челюстями и всеми остальными членами организма, не одобрил мою связь, но вмешиваться не стал. До поры до времени.

Мы с Лёвой прожили вместе полгода. Не съезжались в одну квартиру – существовали порознь, тщательно оберегая границы личного пространства. Но нередко то я у него зависала, то он у меня. Мы практически не расставались в свободное время, кочевали из дома в дом и, наверное, по-своему были счастливы.

Я даже подумывала выйти за него замуж. Тем более, Лёва предлагал. Но я решила, что ещё рано, надо пожить для себя, насладиться молодостью и всем, что даёт она нам во всех проявлениях.

А пока я наслаждалась, отец держал топор за пазухой и готовил для меня сюрприз. В виде Ярика Невского, от которого меня бросало в дрожь.

Я ни к кому и никогда ничего подобного не испытывала. Вот этого томления, провалов в нереальность, когда в глаза смотришь, табунов мурашек, что бродили по мне пешком и приветствовали с восторгом взгляд из-под ресниц этого мужчины – тягучий, обволакивающий, засасывающий в какую-то бездонную дыру-омут, где плавились секс и вожделение.

Я вдруг осознала – ещё там, в ресторане, – что безумно хочу ещё хоть раз ощутить его поцелуи на губах. Сравнить с тем, что было тогда, восемь лет назад и сейчас. Может, разочароваться, понять, что я в двадцать пять и я в семнадцать – две разные девушки.

Я хотела, чтобы он прижал меня к себе своими большими горячими ладонями. Так ли это, как я помню или по-другому?

Я боялась этих желаний – диких и необузданных, не свойственных мне абсолютно.

У меня были Фер и Лёва. Но я даже ничего близко не испытывала ни к одному из них. Да и в постели я оказалась так – на «троечку», наверное. Без особых претензий, без всяких выкрутасов.

Меня устраивал традиционный секс, желательно не очень часто. Это иногда было приятно, расслабляло, но каких-то безумств, провалов в огненную страсть я не испытывала никогда. Ни разу.

И вот стоило показаться на моём горизонте Яру Невскому, как я узнала о себе слишком много нового. Такого, что пугало меня до звёзд в глазах.

Именно поэтому мне тогда пришла в голову гениальная идея: не допустить нашего сближения. Фиктивный брак – идеальное решение. И как хорошо, что Яр не стал этому противиться.

Ему, по сути, всё равно, а я смогу избежать ловушки, наметить хоть какой-то баланс, удержать в себе хоть какое-то равновесие. Не упаду, не провалюсь в пропасть по имени Ярослав Невский.

Эти мысли придавали мне сил, но, естественно, я ещё и не подозревала, со сколькими трудностями мне придётся столкнуться в самое ближайшее время.