Предательство не знает сожалений

Глава 10-3

Лана посмотрела на меня затравленно. В глазах её стояли слёзы.

– Это и есть твой важный разговор? Ты пришёл в дурном настроении и решил его выместить на мне? Испортить вечер? Поковыряться в прошлом? Почему именно сейчас? Мы же уже говорили об этом не раз. Вроде бы всё прояснили, я извинилась. Это… жизнь. В жизни не бывает всё гладко. Все мы делаем ошибки, а я тоже не идеал. И тебя всё устраивало. Почему же сейчас мы снова об этом? Ты хочешь, чтобы я ушла? Мне собирать вещи? Ты нашёл отличную причину, чтобы придраться?

Я покачал головой. Выглядело да, не очень. Особенно в свете того, о чём на самом деле нам стоило поговорить. Но я должен был прояснить кое-что сейчас, в этот момент. Может, чтобы не чувствовать себя паршивее, чем есть. Так себе оправдание, однако и этот разговор тоже многое объяснял, расставлял невидимые вехи и позволял прояснить то, что от меня ускользало.

– Не надо никуда уходить, Лана. Это сделаешь не ты, а я.

Она заткнулась и плакать перестала. Шмыгнула носом и всмотрелась в меня.

– Я сегодня уйду. А завтра подам заявление в ЗАГС.

Лана ещё не понимала. На лице – растерянность, удивление, проблески радости напополам с испугом. Видимо, она всё приняла на свой счёт.

– Тебе не обязательно делать это, правда, – затараторила она. – Я про замуж… просто так. Ну, не то чтобы совсем, но я ж всё понимаю, в конце концов, – тараторила она. Её словно прорвало.

И я даже не понял, чего в ней больше – испуга или радости. Наверное, первого. Она не готова была к такому «напору».

– Ты не поняла. Я женюсь не на тебе, Лана, – произнёс медленно, почти по слогам.

Она снова замерла, пытаясь переварить услышанное. Затем взвизгнула, вскочила на ноги, кинулась на меня и отвесила такую пощёчину, что меня качнуло. Она бы и лицо ногтями мне исполосовала, если б я не сжал её запястья. Но даже тогда Лана не прекратила бесноваться. Она вырывалась, пыталась лягаться. Точно лошадь, – вспомнил я слова отца.

– Подлец, тварь, сволочь! – выкрикивала она, как сумасшедшая. Голос её поднимался выше и трубил сиреной. Уши заложило от визга. – Урод, неудачник, негодяй! Ах, какая же ты дрянь, Невский! Какая же ты шваль! Бездушная скотина, аморальный тип, кобель!

Эпитетов она отвесила мне выше крыши. И не все цензурные, естественно. Всё это время я пытался её усмирить и обуздать, но Лана словно превратилась в многорукую индийскую богиню.

В конце концов, мне удалось её обездвижить. Зажать так крепко, что она постепенно иссякла, сдулась, но всё ещё не прекращала слабых попыток вырваться.

Больше Лана не напоминала красивую куклу: волосы растрепались, макияж поплыл, помада размазалась.

– Принимаю все твои перлы в мой адрес. Полностью соглашаюсь. Не самое моё лучшее решение в жизни. И даже оправдываться не стану, что так сложились обстоятельства. Херня это всё. Они могли сложиться по-другому. У каждого из нас был выбор. У тебя – оставить нашего ребёнка. У меня – отказаться от этого брака. Ты сделала свой, я – свой.

– Дался тебе этот ребёнок! – зло огрызнулась Лана. – Можно подумать, он бы тебя сейчас остановил! Это ведь не просто брак, да? – зашевелились в её голове шарики да ролики. – Вряд ли ты мог влюбиться и потерять голову, – начала проклёвываться в ней холодная логика. Что-что, а складывать два плюс два Лана умела отлично. Она вообще очень хорошо считала и просчитывала. – Я бы поняла, почувствовала… Ты же скучный, Невский, прямой, как шланг. Ты даже сейчас не попытался выкрутиться, а хочешь выглядеть эдаким честным мачо. Это способ вырваться из той ямы, куда ты упал?

Вот оно. Я упал. Я провалился. Облажался. И сейчас она, включив холодный расчёт, цинично меня распинает, раскладывая сегодняшний день на простые понятные сегменты.

– Это же прекрасно, – шало улыбнулась она. – За это надо выпить, Невский, – передёрнула она плечами и потребовала: – Отпусти меня!

И я разжал руки и ноги. Выпустил птичку на волю. На столе стыл никому не нужный кофе, а девушка, с которой я прожил бок-о-бок три с половиной года доставала бутылку вина и бокалы.

– Если ты включишь мозги, Яр, то у тебя всё получится, – отсалютовала она кроваво-красным, почти чёрным содержимым бокала. – Не скажу, что я этому рада и прыгаю от счастья, но для достижения цели все средства хороши. Женись. А там… много чего может измениться. Особенно, если это брак по расчёту. Она старая? Страшная? Какая она, кого прочат тебе в жёны?

«Она светлый эльф, всё ещё верящий в сказки», – мелькнуло в голове, но вслух я этого произносить не стал. Контраст был слишком очевиден даже такому тупому и прямому шлангу, как я.

– Я пойду, – отлепил я наконец-то задницу от подоконника. Лана всё ещё улыбалась и пила вино. Не поняла моего посыла.

– Да перестань, дурачок, – проворковала она и полезла ко мне целоваться. Пальцы её настырно лезли под футболку, ногти игриво царапали живот.

Я содрогнулся. И от пронзившей меня похоти, и от гадливости.

Молча я отлепил от себя её руки и вышел из квартиры.

– Ты куда, Яр? – лепетала Лана растерянно. Семенила за мной вслед, явно не понимая.

Больше всего на свете мне хотелось бросить ключи на тумбочку и не возвращаться сюда никогда. Но я понимал, что это глупости. Мы жили вместе. Здесь все мои вещи, однако складывать чемоданы я сейчас не в состоянии. Могу только сбежать. По ступеням вниз, без лифта. Туда, где гуляет ветер, где можно вдохнуть полной грудью ночной воздух и выветрить из себя это мерзкое послевкусие.