Предательство не знает сожалений

Глава 22-2

Удивление. Вот что я увидела в ответ. Если он играл, то слишком хороший актёр. Впечатляющий, я бы даже сказала.

– Ты о чём сейчас, Ри? – а вот голос его звучал опасно. Так опасно, что впору поджать хвост и уши, но когда это я пасовала? У меня была отличная школа, и напугать ором, давлением, манипуляциями девушку, что всю жизнь сопротивлялась отцу, достаточно сложно.

– Я о том, что вчера меня у подъезда поджидала твоя Лана, которая поведала, что вы с ней вместе и что наша свадьба ничего не изменит в дальнейшем. А сейчас ты говоришь мне о нефиктивности нашего брака и о том, что венчание – это хорошо? Ты настолько циничен? Бездушен? Тебе двойные стандарты нигде не жмут, Невский? Буквально день назад ты готов был разнести меня на атомы только за то, что я пила кофе в общественном месте с Лёвушкой, а сам в это время ни в чём себе не отказывал с этой рыжей?

– Значит и для меня ничего не потеряно, – неожиданно пробормотал он, а затем нежно погладил костяшками пальцев мою горячую щёку. – Посмотри на меня, Ри, – и столько властности было в его голосе, что я невольно подчинилась. Подняла глаза. Уставилась непокорно и с вызовом. Хоть так противостоять ему, если по-другому не получается. – Я никогда не обманывал тебя. Ни с этим фиктивным браком, о котором ты талдычила, как попугай, ни с тем, о чём мы договаривались. Я расстался с Ланой в ту же ночь, когда приехал к тебе в первый раз. Я жил в квартире моего деда. И если бы ты захотела, я бы с радостью показал тебе свою берлогу. Или остался бы с тобой в ту ночь, или в любые другие. Был бы с тобой каждую свободную минуту. Я хотел этого. Но не хотела или боялась ты. И тогда бы этого разговора не было. Нас ведь тянет друг к другу, признайся. Я это давно понял и принял, а ты до сих пор сопротивляешься. Может, я не самый лучший человек на этой планете, но если ты позволишь, буду тебе не самым плохим мужем. Всё в твоих маленьких руках, Ри. Ведь для чего-то Бог свёл нас тогда, восемь лет назад. Почему-то ты тогда выбрала именно меня, а не кого-то другого. И я уверен: больше ты не делала подобных попыток ни с кем. А теперь нас вновь столкнули, поставили каждому из нас условия. Но только в наших силах изменить это. Отбросить шелуху и оставить сердце, чувства, притяжение. Мы сможем быть вместе и не оглядываться.

Он говорил то, что я, наверное, хотела бы услышать. И смотрел на меня с такой надеждой, с таким отчаянием, каких я никогда не видела у него. Да и вообще не представляла, что Яр Невский может быть таким. Без забрала. Незащищённым.

Он такой для меня, – прошила молнией непрошенная мысль, и мне отчаянно захотелось ему поверить. И Яр, наверное, это почувствовал.

Я ощутила его горячую ладонь, что сжала мою руку, а потом он судорожно вздохнул и приник губами к моим губам. Ненадолго. На короткий миг. И я дрогнула. Ответила на поцелуй.

– Вот теперь, как надо, – выдохнул он, прислоняясь лбом к моему лбу. – Мне не нравится целовать мраморные статуи. – Пойдём? – чуть сжал он мою руку, что так и не выпустил из своей. – Всё по-настоящему, Ри. К чёрту все договоры. Они никак не касаются наших отношений. И того, что я чувствую к тебе, – точно не касаются.

– Я тебя поцарапала, – каркнула хрипло и прикоснулась к небольшой ссадине на его скуле.

– Буду с гордостью носить шрам нашего единения, – усмехнулся он уголками губ и потёрся о мою руку, как кот.

Внутри меня что-то булькнуло, перевернулось, растеклось горячей лавой. В груди стало тесно, а в душе – свободно.

Яр снова сжал мои пальцы и повёл на выход. Туда, где солнце слепило глаза. Туда, где я почувствовала, будто вышла из сырого подвала и окунулась в яркое счастливое лето, что подхватило, закружило, пообещало много-много неожиданных приятностей. И я пошла, не задумываясь, на его манящий зов.