Предательство не знает сожалений

Глава 27-4

Мы встретились в том же кафе, где виделись в последний раз.

Лёва выглядел… плохо. Я, наверное, тоже. Бледная, исхудавшая, словно вылинявшая половая тряпка.

Он кидал на меня взгляды, вздыхал, мялся. Заказал кофе, но даже не притронулся к нему. Я никак ему не помогала. Это он настаивал на встрече. Пусть как-то сам выкручивается. А у меня не хватало сил вести светские беседы.

– Выходи за меня замуж, – наконец-то разродился он.

Неожиданно. Так, что я даже расхохоталась.

– А ничего, что я замужем? – спросила, отдышавшись.

– И ты сможешь дальше жить с убийцей своего отца? – кинул он взгляд исподлобья.

У меня воздух в гортани застрял. Откуда он знает?.. Хотя… если следил, то мог, конечно. Отец не последний человек был в городе. Имя его в прессе полоскали. Не то, чтобы очень громко, но скандальные новости всё же проскакивали.

– У Яра алиби. Он не убивал моего отца, – отвела я взгляд в сторону.

– И всё же. Ты всегда была слишком наивной, Ри. Как можно верить в его непричастность?

– Лёва, если у тебя всё, то я пойду, – поднялась я со стула. – Спасибо за предложение, но нет. Мой ответ – нет.

– Я не отступлюсь, – набычился он. – Ты ничего не знаешь…

И я опустила задницу назад.

– А что знаешь ты? – поинтересовалась холодно.

Я видела: он нервничает. Пальцы крошили бумажную салфетку.

– Я расскажу тебе всё. После свадьбы, – нервно облизал он губы.

Я покачала головой.

– Думаю, ничего нового ты не добавишь. Я устала, Лёва. Так устала, что нет сил на игры да интриги.

– Я предлагаю тебе защиту и уверенность в завтрашнем дне. Разве этого мало? – снова вскинулся он и пронзил меня каким-то болезненным лихорадочным взглядом. – А ещё… месть тому, кто тебя обидел.

Он не понимал. Я не хотела мести. Я хотела всего лишь покоя. И рядом с Лёвушкой я вряд ли могла его обрести.

– Нет, – снова тряхнула я головой и во второй раз поднялась со стула.

– Ты подумай, Ри! – крикнул Лёва уже мне в спину. И столько отчаяния было в его голосе, столько надрыва… Кольнуло жалостью. Но я ушла не оборачиваясь.

Домой возвращаться не хотелось. Туда, где я была так счастлива последние полгода. Я поехала в отцовские апартаменты. За всё время ни разу туда не съездила. Не могла через себя переступить. А тут вдруг решила.

Квартира встретила меня гулкой тишиной. Да по-другому и быть не могло. Прошлась бесцельно по комнатам, а затем шагнула в отцовский кабинет. Села за его стол и расплакалась.

Очки. Какие-то бумаги. Ноутбук. Всё так, будто он ненадолго вышел и скоро вернётся. Не знаю, зачем я полезла в ящики. Я не искала ничего определённого. Кажется, мне всего лишь хотелось взять что-то на память. Что-то небольшое, его.

А нашла фотографии и небольшой кожаный блокнот. С фото на меня смотрела мама. И отец. Кое-где – я. Они – молодые и, кажется, счастливые. Мамины глаза светились любовью.

Я не помнила её. Слишком рано ушла. А отец… не любил говорить о той жизни, когда мы всё ещё были вместе. Очень скупо и очень-очень редко. Любил ли он её? Берёг ли? Ценил ли? Уже я никогда этого не узнаю.

В блокноте – один-единственный номер и имя-отчество.

И в эту минуту меня озарило. Вынырнуло откуда-то из глубин памяти. Это была ещё одна составляющая моей семьи. Та, о которой я почти не помнила, но всё же знала о её существовании.