Предавая любовь

Глава 5

Эверард Штерн

Сосредоточиться на деле было крайне сложно — изменившееся поведение Тиль сильно ударило по мне. Знать бы, кто и как испортил наш договор.

Я никогда не хотел истинной пары, слишком уж хорошо запомнилось, как изменилось поведение нашедшего пару брата. Он сдувал с наглой девицы пылинки, прыгал вокруг, как слюнявый щенок, и позабыл про все свои обещания. Девица вынудила его бросить семью и уехать с ней.

Что ж, оттого особенно приятно было отказать брату в помощи. Когда у меня появились деньги, его девка захотела вновь общаться. Я знал, что их щенок влез в неприятности, и что просьба о встрече связана именно с этим. И я отказал.
— Господин Штерн, к вам господин Лайнен.
— Пропусти.

Лайнен, самый скользкий и талантливый помощник. Я «купил» его на самой заре карьеры. Тратил все заработанное на мать и ему на взятки, зато это помогло мне пройти выше — он сливал мне информацию, к тому же, смог вытащить мать из дальнего сектора в столицу. Ведь когда мой драгоценный старший братец уехал, он бросил не только сопливого щенка, но и нашу мать. И, клянусь, если бы он забрал ее с собой, я бы простил его. Но раз уж нет… Сейчас матушка единовластная владетельница моего дома и никакие левые девки ей жизнь не испортят. Нет, может быть, будь моя пара тихой и вежливой девушкой, воспитанной оборотницей, может, они бы и поладили. Но с Тиль? Нет, мне слишком дорога мать. Слишком часто ее подводит слабое сердце. Никакие «истинные пары» не омрачат и не укоротят ее жизнь.
— С чем пришел? — спросил я пошедшего Лайнена.
— Поправка к закону, — он сел, не дожидаясь моего разрешения, — это уже данность. Необходимо скорректировать проекты.
— Отправить на пересмотр не выйдет?
— Увы, за продвижение поправки взялся кто-то очень и очень ловкий. А главное — продуманный. Завтра грянет гром, очередной слетевший с катушек оборотень искалечил свою пару. Девчонка оказалась полукровкой и не захотела расставаться со своим мужем. В итоге один труп и одна искалеченная девка. Оборотня взяли по горячим следам.
— От этой истинности одни проблемы, — я побарабанил по столу пальцами.
— Ученые считают, что истинных можно разлучить химически. Но это может ослабить нашу расу.
— Мы вышли из леса, Лайнен. Второй облик больше не нужен. Когда ты оборачивался последний раз?

Помощник пошло усмехнулся и, понизив голос, произнес:
— Я часто оборачиваюсь. У меня любовница с особыми вкусами.
— Человек или оборотень?
— Человек, — Лайнен развел руками, — оборотницы редко любят такие игры. Но в целом я с тобой согласен. По делу я последний раз оборачивался в секторе. Охотился, чтобы выжить. Ты же меня поэтому выбрал — мы одинаковые. Просто ты хитрее и умнее.
— Верно. Как поживает твоя пара?
— Сидит на острове, я выкупил его и оставил ее там. Навещаю время от времени. Может, вскоре щенки появятся. Хотя есть у меня подозрение, что она как-то скидывает.
— Не смирилась?
— Рыдать уже перестала, — пожал плечами Лайнен. — Хорошо, что у нас не такая крепкая связь и мне не пришлось бросать свою Конфетку. Она хочет, чтобы я ее так называл. А мне-то что. Главное, чтобы теперь не спросила, как ее зовут.

Мы захохотали. Наверное, я ступил. Но Тиль не так просто увезти на остров. Увы, эта девка известна, ее станут искать. Что ж, слава проходит быстро. И как только ее звезда угаснет… Остров я ей покупать не стану, а вот дом куплю. Уже купил. Осталось только укрепить его, найти людей. Да, года за три справлюсь.

***
Тильса

Суббота выдалась невероятно тяжелой. Пришлось несколько раз съездить к Алеззи, творец желал выбрать фото на фоне которого мы оба будем сниматься во время выставки. Выбрали. Я уехала, но не успела добраться до дома, как он позвонил и попросил вернуться, чтобы выбрать еще раз.

Потом Вик меня обрадовал: в понедельник мать и сестра приедут в столицу. А им вдогонку летит судебный иск. Отец объявил себя инвалидом и требует алименты, ведь старший сын у него уже совершеннолетний. А если ребенок не может выплачивать алименты, то пусть это бремя берет на себя мать.

Вик на полном серьезе предложил нанять особого человека, который способен гарантированно убрать проблему. И, к своему стыду, прежде чем отказаться, я размышляла целую минуту.
— Суд ты выиграешь, — бурчал Вик, — но убрать ублюдка надежней.
— Этот ублюдок — мой отец. Я не могу переступить через кровь.

В общем, не удивительно, что воскресным днем я чувствовала себя выжатой тряпкой и меньше всего хотела видеть Эверарда. Для кого-то альфа опора и поддержка, а для кого-то та самая соломинка, что вот-вот переломит хребет.

Но, тем не менее, договор есть договор. Да и, как я поняла, мы с Алеззи работаем на мою будущую свободу. Сенатор Адвизор выдвинул законопроект относящий полукровок и четвертькровок к людям, а не к оборотням. И это значит, что я смогу на законодательном уровне сказать Штерну «нет».

Хорошо, что со временем связь притупилась. Я с ужасом вспоминаю дни, когда рядом с ним растекалась лужицей расплавленного воска, как с восторгом внимала каждому его слову и с восхищением следила за каждым жестом и движением. Я ловила каждый взгляд, каждое мимолетное прикосновение и все истолковывала в пользу взаимной любви.

«Конечно, — думала я, — он видный оборотень. Он не может себе позволить никаких пятен на репутации». И я даже не замечала, что Эверард повторяет слова моего отца. Да вашу ж мать, я сама себя начала стыдиться. Хорошо еще, что Вик не замечал. Или не говорил, что замечает.

Теперь я вижу, что Эверард не лучший и не худший представитель альфьего племени. Авторитарный самец. Все должно быть только так, как он решит и никак иначе. Вот только все равно у меня возникает вопрос — а что раньше-то? Я ведь была самой тихой и покорной из всех волчиц, просто тряпкой под его ногами. Почему у нас не срослось? Он сам кого-то любил, что ли?