Предложи мне любовь

Глава 6

В квартире было тихо. Слишком тихо для двухкомнатного пространства, в котором когда-то звучал смех, шаги, где хлопали дверцы шкафа, гремела посуда и кто-то обязательно говорил — «Настя, выключи свет», «Настя, поешь», «Настя, иди сюда обниму».

Теперь — только шелест страниц, царапанье ручки и тикающие секунды настенных часов.

Настя сидела за письменным столом. Свет торшера выхватывал из полумрака её рыжие волосы, разбросанные тетради и чашку с давно остывшим чаем. Она делала домашку по литературе, привычным движением подчеркивая что-то в учебнике. И, казалось бы, была одна.

Но это было не так.

— «Слово «рок» здесь не случайно. Автор играет на символике», — сказал он. Голос возник у левого плеча, низкий, хрипловатый, будто древний ветер прошёл сквозь заброшенный замок. Настя не вздрогнула. Лишь кивнула и дописала строчку. Потом обернулась. В углу комнаты, будто вплавленный в тень, стоял он. Фатум. Высокий, закутанный в чёрные рваные ткани, он казался сделанным из самой тьмы. Под капюшоном не было лица — только бесконечная темнота, поглощающая взгляд. Одна костлявая рука сжала древний, погнутый серп. От его лохмотьев тянуло холодом, как от могильной земли.

И всё же Насте с ним было… спокойно.

— Спасибо, — тихо сказала она и положила ручку. — У меня сегодня была странная встреча.

Фатум склонил голову.

— Мальчик?

— Да. Он… разговаривал со мной. Не как остальные. Не смотрел так, будто я ошибка в системе.

Фатум не ответил сразу. Лишь шагнул ближе — неслышно, будто сам воздух раздвинулся ему навстречу.

— Осторожнее, Настя, — произнёс он. — Люди — они непостоянны. Ты знаешь это.

Она вздохнула.

— Но ты же со мной, да?

Фатум протянул руку, не касаясь — просто замер рядом. Его тень легла на стены, мебель и её лицо.

— Всегда, — сказал он.

И в этой пугающей тьме, среди тишины и одиночества, Насте вдруг стало чуть легче. Как будто даже смерть может стать родной — если ты слишком долго один.

В комнате стояла тишина, нарушаемая только равномерным постукиванием карандаша о край стола. Настя сидела над тетрадью, подперев щёку рукой. Свет от настольной лампы отбрасывал длинные тени по стенам — в том числе и от фигуры, притаившейся в углу. Высокий, закутанный в изорванный, будто пожранный временем плащ. Лицо скрывал капюшон, но присутствие чувствовалось всей кожей — гнетущее, тягучее, как ожидание чего-то плохого. Он сидел на полу, облокотившись на стену, почти сливаясь с тенью, и наблюдал.

Вдруг на экране ноутбука всплыло уведомление. Настя вздрогнула.

— Кто-то хочет пробраться в твою маленькую крепость, — тихо произнёс Фатум. Его голос шуршал, как сухие листья под ногами осенью.

Настя щёлкнула мышкой. Алексей Голицын хочет добавить вас в друзья. Она не сразу поняла кто это. Несколько секунд просто смотрела в экран, будто имя не могло сложиться в смысл. Потом улыбнулась — почти незаметно. Страница Лёши была шумной, яркой — фото с хоккейных матчей, видео из раздевалки, куча комментов и лайков. Там всё дышало жизнью.

— Он? — удивилась она вполголоса.

— Хоккеист, любимец всех, — отозвался Фатум, медленно вставая. — Прими. Это может быть… полезно.

Настя молча нажала «принять». Почти сразу в личке всплыло новое сообщение.

Лёша Голицын: «Привет. Надеюсь, моя скромность не испортила тебе настроение?»

Фатум захохотал — сипло, будто где-то за стеной заскрипела расшатанная дверь.

— Прям весь из себя обаятельный. Такой дружбы не стоит упускать. С ним ты точно не потеряешься в толпе.

Настя резко обернулась.

— Я не ищу выгоды.

Фатум подошёл ближе, не касаясь пола, просто появился рядом, как тень, переступившая границу света.

— Конечно. Только не тяни. Напиши хоть что-то. Иначе он решит, что ты… странная. Или, что хуже, равнодушная.

Настя вздохнула, потянулась к клавиатуре. Пальцы дрожали едва заметно, но всё же уверенно постучали:

Настя: «Привет :)»

На мгновение ей показалось, что воздух стал теплее. Или это просто её улыбка отразилась в стекле экрана. Сзади на кровати что-то тяжело осело — это Фатум плюхнулся на край, как всегда бесшумно.

— Ну что ж, — хрипло прошептал он. — Посмотрим, куда это приведёт. Но помни: я всегда рядом. Всегда.

Лёша Голицын: «Как настроение, Настя? Чем занята?»

Настя скосила глаза на Фатума. Он лежал на кровати, не шевелясь, будто спал, но она знала — он слышит и знает всё. Она поднесла пальцы к клавиатуре и напечатала:

Настя: «Делаю домашку. История и алгебра.»

Фатум неохотно зашевелился, сжал длинные пальцы в костлявый кулак и снова разжал.

— Ну ты и зубрила, — пробурчал он с издёвкой. — Напиши ещё, что после уроков вяжешь салфетки и поливаешь фикус. Скука смертная.

Настя закатила глаза, но не ответила. В ноутбуке пришёл новый ответ.