Предначертанная луной

Глава VIII. Стойкость гладиолуса

Ю, резиденция правителя, вторая четверть растущего кровавого Янгоса

Марселу размашистым шагом следовал за отцом. Внутри бушевал ураган, а от невозможности немедленно броситься другу на помощь хотелось выть! Однако проходя в кабинет и готовясь к ожесточённым спорам, Марселу заметил увязавшегося за ними дедушку.

— Не хочу, чтобы вы с отцом ссорились, — выдал тот и вместо того, чтобы закрыть за собой дверь, он обратился к отцу и жестом указал на выход: — Мауру, позволь это дело решить мне.

Отец привычно нахмурился, но возражать не стал. Обдав Марселу недовольным взглядом, он молча удалился, при этом позволив себе громко хлопнуть дверью.

— Присаживайся, — предложил дедушка и первым занял отцовское кресло.

Марселу нехотя занял кресло напротив и, боясь не сдержаться и нагрубить, до хруста костяшек пальцев вцепился в подлокотники. Ему действительно было не просто контролировать себя. Зверь рвался наружу, обещая растерзать каждого, кто встанет у него на пути.

— М-м-м, — протянул дедушка Мелчиору, и в его голосе Марселу внезапно уловил насмешку. — А ты слабее, чем я думал, внучок. Звериная суть вот-вот поглотит твоё сознание.

— Не правда, — не разжимая зубов, процедил Марселу.

— Не думай, что я тебя осуждаю, — поправился тот, и на его лице появилась сочувствующая улыбка. — Просто тебе не повезло, что Янгос появился раньше обычного. Поверь, будь ты лет на десять старше, тебе было бы проще совладать с внутренним зверем. Твой отец в своё время справился весьма достойно.

— Хотите сказать, что я сейчас совсем плох? — прохрипел Марселу и с трудом узнал собственный голос. Никогда прежде он не слышал у себя столь неучтивых нот по отношению к старшему!

— Нет, малыш Лу, ты не плох, но тебе трудно. Очень трудно! — покачал головой дедушка. — Ты не достаточно хорошо знаешь самого себя, и пока не догадываешься, на что способен твой зверь, а это делает тебя уязвимым.

— Разве контроля не достаточно?

— Никакой, даже самый сильный контроль не спасёт тебя в полнолуние, — отмахнулся Мелчиору. — Как бы ты ни был силён в подавлении, зверь всё равно вырвется на свободу, и ты не сможешь управлять ни им, ни собой, но, зная, на что он способен, у тебя будет преимущество.

— Я не понимаю… — упрямился Марселу.

— Как думаешь, почему кланы хищников не только запечатывают границы своих поселений, но и замуровывают себя в подвалах?

— Чтобы не навредить своим близким?

— Чтобы их не убить! — жестко поправил дедушка, а после уже гораздо мягче принялся пояснять: — Янгос не только из-за алого света прозвали кровавой луной. Даже сейчас он неизменно толкает наш мир в войну. И так было всегда. Когда я ещё был эр-хотом, в год появления проклятой луны на Бэрлоке очередная началась охота на вампиров. В ночь полнолуния бэрлокские собаки вырезали пять кланов, и лишились при этом двух десятков своих городов. Что это, если не безумие?

Марселу молчал. Он сжал зубы так крепко, что казалось, они вот-вот сотрут друг друга в порошок.

— А когда пришла пора твоему отцу выбирать невесту, — продолжил дедушка Мелчиору. — Наги и эльфы схлестнулись в непримиримой битве. Её итог не менее печален: сотни воинов не вернулись домой, Шак-ли лишилась императрицы, а в царстве змей всего за год сменилось три царя!

— Но разве я пытаюсь бороться с неизбежным? Я же не собираюсь предотвращать войну, а всего лишь хочу помочь другу!

— А ты уверен, что сможешь именно помочь, а не совершишь нечто непоправимое? — В голосе Мелчиору читалось явное сомнение.

— Почему я должен делать нечто подобное? — Марселу нахмурился. Ему совсем не нравились дедушкины намёки.

— Подумай сам, пока на Ю не научились ставить барьеры, каждое такое полнолуние превращалось в кровавую бойню. Обезумевшие оборотни истребляли не только чужие поселения и кланы, но и собственные семьи. Волк или даже свирепый кабан могли запросто растерзать родных детей, родителей или братьев и сестёр. А теперь вспомни, кто ты, Марселу?

— Хищник… — Это признание далось ему нелегко.

— Именно, — с укоризной подтвердил дедушка. — Пока ты на Ю, под защитой барьера, ты способен убить только заклятого врага, однако стоит вырваться из-под этих чар, и от безумия в полнолуние тебя не спасёт даже магия слёз Моря!

Слова дедушки были подобны удару под дых. Беспощадному и бессердечному, выбивающему почву из-под ног. Праведный гнев, бурливший у Марселу внутри, заметно стих, оставив на дне лишь бессильную злость и печаль.

— Потерпи, — смягчился дедушка. — Осталось совсем немного. Твой друг, конечно, в беде, вот только он стал королём, и ему пора научиться справляться с делами самому, а не полагаться на друзей. Иначе его правление продлиться недолго.

Марселу тяжело вздохнул, признавая правоту старшего. И как бы не волновался он за Дамиана, мешать тому было бы слишком безрассудно.

— Как вам новая невеста? — резко сменил тему Марселу, чем застал дедушку врасплох.

— Э-э-э… — протянул он, затем кашлянул и нахмурился совсем так же, как отец. — Принцесса очень красива, но, похоже, слишком глупа.