Предначертанная луной

Глава IX. Горечь лаванды

Ю, резиденция правителя, канун полнолуния кровавого Янгоса

У кровавых ягод был приятный немного терпкий цветочный аромат. Юфемия довольно быстро свыклась с тем, что этот горьковатый запах стал её неизменным спутником. И было даже странно, что никто, кроме неё, будто бы его даже не замечал. Вместо реальной угрозы, разговорчивых служанок больше волновал нежный запах незабудок, который витал в покоях. Арата неизвестно откуда каждый день приносила свежие цветы, и Юфемия устраивала их в небольших вазочках во всех комнатах. Вид незабудок её успокаивал, напоминая о матери.

— И к чему только каждый день цветы изводить? — недоумевала одна из прислужниц. У неё был неприятный визгливый голосок и маленькие злобные глаза. Арата утверждала, что девица шпионка Эмелитты. И всякий раз, когда та появлялась в покоях, начинала демонстративно наставлять Юфемию, как вести себя с Марселу.

— Обязательно дайте эр-хоту почувствовать себя сильным, — коварно улыбаясь и посматривая в сторону служанки, вещала Арата. — Почему бы вам не отправиться, например, на заброшенную пристань? Там довольно уединённо и немного дико. В таком месте всегда есть чему испугаться или же восхититься. Вам ведь не доводилось ещё видеть водяных лилий?

Юфемия отвечала кротко и односложно. При засланной служанке она всегда вела себя подобным образом. Пусть любопытная конкурентка думает, что Юфемия на коротком поводке у вампирши. Арата, впрочем, была не против подобных развлечений и порой намеренно давала противоречивые советы, чем ещё больше сбивала с толку не только шпионку и её хозяйку, но и Марселу.

— Ты уверена, что мне стоит так играть с эр-хотом? — поначалу тревожилась Юфемия. — Он не кажется мне злым, или склонным к подлости и уловкам.

— Эр-хот приказал следить за вами! — хмыкнула Арата. — А значит, он вам не доверяет, хотя и очень заинтересован.

— Тогда, может, мне быть более милой и приветливой?

— Ваше Высочество никак не поймёт, что пока от вас исходит аромат кровавых ягод, эр-хот будет очарован вами, что бы вы не делали. — Арата недовольно скривилась. Ей явно не нравилось объяснять кому-то казавшиеся ей банальными вещи. — Даже если вам вздумается вспылить, или прийти в бешенство и оттаскать его за волосы, будто паршивую собачонку, он всё равно будет от вас в восторге!

И, сколь ужасно это не звучало, то было правдой. Как бы Юфемия не экспериментировала, становясь то отстранённо холодной, то излишне навязчивой, то слишком наивной, или напротив, чересчур умной, Марселу продолжал смотреть на неё так, будто его глаза окутала дурманящая пелена.

Однако эр-хот был совсем не глуп и, к некоторому разочарованию Юфемии, частенько подвергал сомнению свои чувства. Она не раз видела, как он хмурился, идя к ней на встречу. Да и устроенная незатейливая слежка — Юфемия частенько ощущала на себе косые взгляды, — не придавала ей уверенности в себе. Что-то было не так.

Юфемия тяжело вздохнула и завертелась в кресле. Огонь давно погас, лишь несколько угольков изредка сиротливо подмигивали в камине. Просторную гостиную заливал лунный свет. Непривычное алое сияние тревожило сознание и пробуждало давние страхи. Мрачные предчувствия постепенно заполняли голову, рисуя пугающие картины. То Юфемии чудился невнятный звериный рык, доносившийся из тёмного угла, то лязг доставаемого из ножен оружия за спиной, то казалось, что кто-то крадётся в ночной тени. Всякий раз сердце невольно сжималось, а по коже пробегали мурашки.

Испытав в очередной раз волну необъяснимого ужаса, Юфемия поднялась с кресла и осторожно подошла к окну. Зловещий Янгос ярко пылал на чёрном, похожем на мягкое бархатное покрывало, небосводе. Ночь пахла сыростью и затаённым страхом.

Арата задерживалась. Юфемия невольно поёжилась. Обычно вампирша, налетавшись и истерзав парочку местных животных, возвращалась к полуночи. Она тут же шла в небольшую уборную и принималась тщательно умываться, стирая с лица капли крови и вытаскивая из-под длинных ногтей крохотные свалявшиеся волоски. И лишь потом, подобно насытившемуся коту, Арата устраивалась в соседнем кресле. Юфемия ворошила угли и подбрасывала ещё несколько поленьев, а затем, словно заботливая мать, накрывала вампиршу пледом.

— Всё спокойно, — ворчала Арата, каждый раз неохотно принимая подобную доброту, но принцесса всё время ждала этих слов. Именно они помогали ей справляться с неуверенностью и страхами. Они были её снотворным: только услышав их, ей удавалось уснуть. Однако теперь тревожность только нарастала. Тщетно Юфемия выглядывала крошечную летящую точку и прислушивалась, надеясь услышать писк. Вот только различить его было непросто. Ночной Ю кишел звуками: где-то неподалёку громко ухала сова, внизу кто-то противно повизгивал в кустах. В какой-то момент ей даже послышался волчий вой, но его быстро унёс порывистый ветер, что шумел в кронах деревьев.

— Ну где же ты? — вновь нервно поёжившись, саму себя спросила Юфемия и неохотно побрела обратно к креслу. Продолжая вздрагивать от любого шороха и собственных страхов, она настолько измучилась этим ожиданием, что невольно задремала.

Яростный стук в дверь прозвучал подобно раскату грома. Юфемия резко распахнула глаза и ещё некоторое время глупо хлопала ресницами, пытаясь понять, где находится. Неприятно заныла шея от неудобной позы. Неужели она уснула в кресле? Резко вскочив, Юфемия огляделась, и её сердце неприятно кольнуло: Арата так и не вернулась!

А тем временем стук становился всё громче и ожесточённее. Казалось, ещё немного и дверь попросту снесут с петель. Юфемия, быстро поправив юбки, бросилась открывать и почти тут же отпрянула, увидев перед собой Марселу. Эр-хот выглядел неважно: весь растрёпанный, грязный, в оборванной одежде. Но все эти мелочи быстро отошли на второй план, когда, метая молнии глазами, Марселу гневно спросил: