Преднамеренный жених

ГЛАВА 22. В баню

На вид пышнотелая Василиса Соловьёва была довольно приятной и не производила впечатление коварной или опасной женщины. Она мило и открыто улыбалась, без конца болтала про то, как рада Захару, расписывала прелести бань, успокаивала, что сильно хлестать веником не будет и пусть парень не переживает, и это всё для здоровья очень-очень полезно.

Банная пристройка располагалась в правом крыле усадьбы. Как и говорил Владислав Альбертович, помимо самой парилки там располагались небольшой бассейн и комнатка с диваном, столом и деревянными узкими лавками перед входом в саму парилку. Окон не было, а судя по тому, что ни из коридора, ни с улицы никаких звуков не слышалось, звукоизоляция была лучше, чем во всей усадьбе.

- Я всего наготовила разного: настойки моей рябиновой отпотчуешь, ее лучше лучком маринованным закусывать, - поучала Василиса, хлопоча у стола и оттесняя от него Захарку при любых попытках помочь. -  Ой! - девушка резко распрямилась и выпученным глазами уставилась на стоявшую у стола сумку со снедью. - Забыла! Растяпа! Сок березовый взяла, а настойку у себя оставила. Захарушка, - потянула она парня за рукав, - милый, пойдем со мной, донести поможешь.

Странно, что еще минуту назад слишком самостоятельная Василиса запросила о помощи, но отказать Захар не мог, да и отсрочит так время до веника.

Идти от банной пристройки было недолго. На подходе к гостиной Василиса кокетливо взяла Захара под руку, и по классике жанра через пару шагов они столкнулись с Птициной, только вышедшей из комнаты с музыкальными инструментами. Василиса сразу приосанилась и сделала самый гордый вид, показывая, что готова к словесной перепалке. Но Зоя лишь слегка улыбнулась, вежливо кивнула и ушла на веранду — полюбоваться дождем. Такой исход Василису несколько огорчил, но она постаралась не подать виду (хотя Захар все равно заметил), бросила беглый взгляд на наличие других невест, но гостиная пустовала. И Василиса неторопливо повела парня на второй этаж.

Пройти туда можно было двумя лестницами: одна, та которой чаще пользовались, располагалась в правой части гостиной; вторая — в самом дальнем левом углу. Соловьёва выбрала вторую. Но при этом от нее идти было дольше. Впрочем, Захар и так уже понял, что планом девушки было встретить как можно больше других невест и показать им….Что именно показать, Захар затруднялся сформулировать. Однако план сработал.

Почти сработал.

На обратной дороге, когда Захар уже нес двухлитровую банку красной настойки, в его комнате раздался громкий хлопок, из щели внизу двери пошел серый дым. Василиса взвизгнула и, отскакивая, чуть не ударила Захарку плечом, так что тот перекрутился по своей оси и чудом удержал банку. Следом наружу выскочили взлохмаченная Джина, Игнат с подпаленной немного шерстью и Альмой на руках.

«Где Ди?» - слишком быстро подумал Захар. Не задумываясь, вручил банку Василисе, сделал полшага, и из комнаты выскочил перепачканный в саже Джо и Диана с ним.

Захар обеспокоенно подошел к Диане, но та хоть и была взбудоражена, испуганной не казалась. Эта девушка стала намного храбрее за последние дни.

- Мы там эксперимент один проводили, - смущаясь, рассказала она.

- Я так и понял, - Захар убрал прядь волос ей за ухо и стер немного сажи со щеки. - Не очень удачный? - уточнил он.

- Совсем неудачный, - с улыбкой призналась Ди.

Как ей хотелось в тот момент, чтобы Захар не уходил, хотелось рассказать, как Джо с Джиной опыты над кварцем, любезно выделенным Альмой ставили, а Игнат их предупреждал. Но недовольная Василиса Соловьёва в обнимку с банкой потеснила так и толпящихся в коридоре друзей и встала рядом с Захаром, выжидательно на него смотря. Парень с виноватым видом забрал у нее настойку.

- Захарушка, миленький, пойдем-те же уже, - плавно повела бедром Василиса. И парню ничего не оставалось, как послушно возвращаться в баню.

***

Очередная невеста увела Захара, и Диане сразу стало тоскливо на душе. Да, она понимала, что этот парень ей ничего не должен, а вот участие в смотринах обязательное. Но ревность — иррациональное, коварное чувство, – грызла, и очень настойчиво.

- Не переживай, - приобняла ее Альма, - мы кухню как забаррикадируем, так и пообщаетесь вдоволь. Я тебе так скажу, парня лучше всего узнавать именно в дружеской беседе.

Когда волчица присоединилась к команде «Сведи Захара и Диану», сказать было сложно, как-то спонтанно это произошло.

- Владислав Альбертович узнает, не доволен будет, - с сомнением заметил Игнат, на что Альма всплеснула лапами и посмотрела на волка с большим укором.

- Игна-а-а-т, - протянула она, - я не перспективная невеста! Забыл? Вообще анти-невеста! А еще я знаю, что Захар не настоящий. Ну что ты, вот честное слово… А хорошо, что мне это знание как-то с лап сошло, - чуть подумав, добавила она. - Барин даже не заругался, что я вас поначалу от него утаила.

Диана рассеяно кивнула, краем уха слушая перешедшую уже в другое русло беседу, мысль о том, как сейчас Василиса парит Захара настойчиво продолжала глодать, а еще и воображение как назло разыгралось.

Остальные уже решили выветрить оставшийся дым, пока никто не заметил, и вернуться к экспериментам. Но не успела Джина взмахнуть рукой, как раздались громкие шаги, а по лестнице взбежал взволнованный Владислав Альбертович.

- Джинния! - разогнал он рукой дым мешающий дым. -Ты от приворота вылечить сможешь?

***

Грибникам скучно было присматривать только за одной Дианой. Тем более основную правду про эту девушку Владислав Альбертович знал, а что шлейф у ее ауры какой-то странный — так кому это надо. Грибам вот дела нет.

А еще то и дело Джоуб под маскировкой ото всех датчиков возникал, тоже к девице приглядывался. И своим присутствием местную нечисть весьма раздражал. Так что, улучив момент, когда Диана бесцельно прохлаждалась с друзьями, грибы-шпионы оставили пост и тайком пробрались в комнату Василисы Соловьёвой — уж больно вкусными ароматами оттуда веяло. И пока очередная невеста готовилась к смотринам, бегала туда-сюда по комнате, собирая разносолы да банные принадлежности, грибники тайком сделали банку с настойкой невидимой. Потому-то Василиса ее и не взяла, а настойка была стратегически важной.