Предназначение

Глава 54

Максим

В понедельник утром Максим уже в семь утра сидел за рулем, отправляясь в аэропорт Домодедово. Салон наполняли звуки “Not Afraid” Эминема, любимого исполнителя Максима. Он увлекся его музыкой еще в школе, и сохранил эту привязанность. Хотя, конечно, слушал и других исполнителей. Родители не одобряли музыкальные вкусы своего сына, но Максиму было все равно. Не все альбомы Эминема одинаково ему нравились, но было несколько любимых, к которым он всегда возвращался. Иногда Максим задумывался, почему так любит музыку этого репера. Может, оттого, что тот самый настоящий “self made man” и бунтарь? За то, чего нет у него самого?

 Кивая в такт “Till I collapse”, Максим  переключился на рабочие вопросы. В схеме подготовки мероприятия он координировал  встречу всех участников публичной встречи. По рекомендации отца Максим выбрал компанию, с которой они заключили договор. Максим выслал им график прилета гостей с их именами. На личной встрече он познакомился с менеджером, который и координировал водителей, чтобы те ничего не перепутали и развезли гостей по заказанным для них гостиницам.

На себя он взял встречу бывшего президента К., который и сейчас был видной публичной фигурой. Самолет г-на К. прибывал в 10.15 и Максим планировал быть в аэропорту хотя бы минут за сорок до прилета.  Встроившись в транспортный  поток, он двигался в общем ритме и вспоминал события последних дней. К чему все пришло, и что ему делать дальше.

В воскресенье Максима  разбудил телефонный звонок матери. Она напомнила, что они ждут сына на обед к двум часам. Максим догадывался, что обед это просто повод повидаться с ним и задать головомойку за то, что он натворил. Он помнил выражение лица своего отца после неожиданного визита Гермеса и  своего признания.

Максим знал, что отец всегда высоко ставил свою карьеру: он  упорно поднимался по карьерной лестнице и стал партнером в международной компании “OG - Russia”. Отец умел договариваться с людьми, решать разные спорные вопросы, получал для компании выгодные заказы. Мнение Шанхайского-старшего ценили, к нему прислушивались, он был заметной фигурой на рынке консалтинговых и пиар-услуг в Москве.

Максим чувствовал, что в ту злополучную  пятницу он своим поведением нанес чувствительный удар по репутации отца, а также его самолюбию.  И неважно, что и Ангелина, и Полина с Никой будут молчать. Достаточно было того, как сам Шанхайский-старший оценивал все происходящее. Сын не оправдал его надежды, его доверие, не справился с испытаниями.

Вчера утром, пока он убирал бутылки и мусор, Максим решил, что не останется в “OG Russia”. Когда мероприятие закончится, он уйдет. Максим понятия не имел, где он мог бы работать, и пока не задумывался над этим. Для него ясно было только то, что оставаться в компании он не хочет. Слишком много неприятных воспоминаний и ассоциаций с ней связано уже сейчас. Максим был уверен, что отец согласится с ним.

Обед и последовавший за ним разговор превратился в сплошные обвинения со стороны отца  и  его слабые попытки объясниться. Мать сначала пыталась оправдать сына, найти какие-то смягчающие обстоятельства, но потом просто сидела, не участвуя в происходящем, а затем и вовсе ушла в свою комнату. Главный вопрос, который волновал отца, был «как он мог так поступить». В глубине души Максим соглашался с отцом, что ему следовало сразу же рассказать о случившемся. Здесь не было никаких  оправданий. Он струсил. Смалодушничал.

Пока отец выдавал очередную порцию обвинений, Максим думал, когда лучше сообщить родителям о своем решении уйти  из “OG Russia”. По размышлении Максим рассудил, что лучше это сделать после заседания. Ему было интересно, что там произойдет, и какие будут приняты планы и решения. Возможно, он найдет для себя перспективы в магическом мире. Еще одним аргументом не ставить отца в известность о своем уходе сейчас,  было нежелание выслушивать новые упреки в свой адрес.

Максим заявил, что согласен со всеми доводами отца, и понимает их справедливость. Он спросил его мнение о том, как ему действовать дальше, как исправить возможный ущерб. Это смягчило гнев родителя;  он почти успокоился и начал говорить о предстоящих событиях. Мать тем временем позвала их пить чай – в их семье это была целая церемония.

В этот раз мама заварила два чайника чая, для себя поставила маленькие чашки, которые привезла из Китая. Для мужа и сына она выбрала их любимые домашние чашки. Поскольку Максим, как и его отец,  не обращая внимания на эстетику чайной церемонии, предпочитали пить чай из больших кружек. Максим выбрал себе сразу два больших шоколадных десерта. Он где-то вычитал, что сладкое снижает уровень стресса, и без угрызений совести поглощал вкусные десерты. Семейный вечер, к счастью,  подходил к концу.

Максим приехал в аэропорт даже раньше, чем планировал. Утром он  не  успел позавтракать, и взял в кафе сэндвич и кофе. В ожидании заказа позвонил менеджеру транспортной компании. Узнав, что из десяти участников семь уже прибыли и благополучно доставлены в гостиницы, он позвонил Ангелине.

Господина К. и его помощницу Максим узнал мгновенно – слишком хорошо его лицо было известно в свое время всему миру. После завершения карьеры президента г-н К.написал книгу, выступал с лекциями в известных университетах и состоял в Совете управляющих одной из самой могущественных и непубличных компаний мира. Максим выяснил, что он был сыном Аполлона, и это объясняло увлечение г-на К.музыкой, искусствами и его популярность.

До гостиницы они добрались  неожиданно быстро. Закончив с заселением, Максим устроился в холле гостиницы, вытащил список участников и увидел, что осталось всего два имени. Два человека, два участника, которые еще не приехали. Один из них был всемирно известный бизнесмен – он прилетал на личном самолете, и второй, г-н Ф.  - известный ученый, профессор, политолог. Приезд обоих знаменитостей, о чем сообщила пресса накануне заседания Совета, взволновал экономическую и политическую общественность Москвы. На одной из встреч в офисе они обсуждали, насколько реально оградить знаменитостей от журналистов. Максим знал, что Полина переписывалась с коллегами из Римского офиса о том, есть ли согласие на интервью г-на Ф. и г-на Г.