Предназначение. Ловушка судьбы

Глава 7.

Я ненадолго потеряла сознание. Ощущения возвращались постепенно: сначала я почувствовала под щекой холод металла, потом — как в копчик больно давит что-то твердое. Разбойник прижимал меня к настилу, дышать удавалось с трудом, а слезать он не собирался. Еще бы! Поди удобно валяться на мягонькой мне, а про разницу в нашем весе и  не думает!

Я завозилась, пару раз ткнула его локтями под ребра. Бандит дрогнул, приподнялся, позволяя мне сделать глубокий вдох.

С его спины  на меня полетели осколки, кусочки древесины, посыпался песок.  Стоило поблагодарить парня, ударную волну он принял на себя. Разбойник оттолкнулся от пола, сел на корточки и распустил волосы, чтобы отряхнуть их от опилок.

Я перевернулась, поднялась и, отойдя в угол подальше от разбойника, осмотрелась.

Ну что сказать. Мы все ещё были в повозке. Труп колдуна валялся безжизненной массой и пакостить, вроде, не собирался. Содержимое телеги изрядно покорежило. Ящики валялись на боку, из них выпали склянки, некоторые разбились, расплескав красную и синюю жидкость на дно повозки. Из одних сундуков высыпались медальоны-артефакты, неизвестно для чего созданные, из других выглядывали корешки книг и рукописные блокноты.

— Что это было? — спросила я у разбойника за неимением других собеседников. И тут же испуганно схватилась за горло. Вместо слов вырвался жалкий хрип.

 Парень понял меня и так:

— Раньше не пользовалась телепортом? Да, дороговатое удовольствие. Мне и самому лишь пару раз в  жизни доводилось.

Он подошел ко мне вплотную и безо всякого смущения, откровенно уставился. Я ответила ему не менее пристальным взглядом. Незнакомец одобрительно поцокал языком и, насмешливо улыбаясь, осторожно приподнял мой подбородок:

— Золотце мое голубоглазое, обычно к телепортации готовятся. Зелья, там всякие, пьют. А этот гаденыш, — он кивнул в сторону трупа. — активировал артефакт переноса перед самой смертью. Вот нас и приложило, хорошо хоть прикрыть тебя успел.

Я дернула подбородком и гневно захрипела, но наглец лишь звонко расхохотался, сверкая острыми клыками.

Разбойник все больше напоминал мне дикаря с южных островов. Не внешностью, а скорее движениями, повадками. Каштановые волосы растрепались и обрамляли симметричное лицо неровными прядями. В гриве волос мелькали тоненькие косички, украшенные перьями и цветными шнурки.  Красивый, надо признать. Наверно, деревенские девки за такого красавчика дерутся, как кошки мартовские. Но больше всего привлекали яркая улыбка и глаза. Они светились беспечностью и лихой искоркой, от которой начинало тянуть на сердце. Не приносят ничего хорошего такие шальные глаза, лишь беду приводят.

— Малышка, — протяжно прошептал разбойник, наклонясь и опаляя шею горячим дыханием. — Давай-ка я тебя осмотрю. Мало ли что…

Я попыталась отстраниться, оттолкнуть его ладонями, но он даже не почувствовал сопротивления. Пробежал пальцами по затылку, надавил на чувствительные точки, отчего по телу побежали мурашки. Провел рукой над ключицами и резко повернул мою голову в сторону, от чего позвонки громко хрустнули.

— Ну вот и все, красотка, — довольно объявил разбойник. — Спазм я снял, голос должен вернуться.

Я закашляла, ощущая, что зажатые мышцы и правда расслабились.

Разбойник тем временем рылся по ящикам, не переставая болтать:

— Это еще хорошо, что просто горло свело. А то разные курьезы ведь бывают. Вот, к примеру, жил-был один граф. Упился вусмерть и потащил в карету полюбовницу свою, а они как раз  через столичный телепорт проезжали...  — парень захихикал. — Так ей все тело скрутило, что не разогнуться, не готовилась ведь. А она графа этого как раз в объятьях сжимала. Вот нахохотались лекари, когда любовников разнимали. 

Разбойник выпрямился, хитро взглянул на меня и продолжил рассказ, оживленно  размахивая руками:

— Это мне знакомый рассказывал. Он как раз и разнимал. Говорит: суматоха, все кричат, на крики прибежала стража, магов вызвали. Все в экипаж заглядывают, ржут, граф матерится, любовница визжит, в общем та еще веселуха… 

— Кто ты и где мы? — перебила я его. — Здесь безопасно?

Парень оглянулся по сторонам и развел руками, демонстрируя, что и сам не знает, где мы.

— Можешь называть меня Любимый, милашка! Или нет, как-то слащаво. Зови меня Героем... Хотя лучше Бродягой. Самое-то, — он задумался на секунду, кивнул сам себе и растянул губы в улыбку до ушей, отчего на его щеках появились очаровательные ямочки. — Со мной ты в полной безопасности. 

— Во-первых, хватит обзывать меня малышкой, золотцем и милашкой. Что за фиглярство! Во-вторых, нужно отсюда убираться. Мои друзья, наверно, меня ищут.

— Уверяю, здесь рядом нет никого живого кроме нас. Можешь считать это моим даром, звериной чуйкой. Не представляю, куда нас перекинуло, но, видимо, не туда, куда планировал колдун. Так что твои друзья явно не здесь.

Я подошла к обрывкам ткани, закрывающим выход из повозки, осторожно выглянула в темноту. Свежий ветерок разогнал затхлый воздух и принес ароматы листвы и травы.

Вокруг простирался все тот же лес, мрачный и пугающий. Вдали меж деревьев виднелась каменная кладка какого-то сооружения. Руины? Заброшенная крепость?