Предназначение. Ловушка судьбы

Глава 8.

Наверно, я бы свихнулась, окажись одна в таком месте. Я уже перестала следить, сколько мы блуждали по серым коридорам, одинаковым на вид. Они петляли, разветвлялись, оканчивались тупиками и пустыми комнатами.

Казалось, что мы первые за долгое время, кто бродит по здешним закоулкам. 

От пыли чесалось в носу, хотелось чихать. Глаза болели от того, что приходилось постоянно вглядываться в темноту. Жалкий огонек артефакта совсем не помогал. 

Я всегда считала себя выносливой и сильной, но сейчас была близка к тому, чтобы сесть и разрыдаться прямо посреди грязного коридора. 

Бродяга уверенно шел впереди, освещая путь. Он ни чуть не выглядел уставшим, от чего становилось еще обиднее. И вообще, откуда в нем столько энергии?!

— Ты бы недельку на цепи в одном положении провела, тоже бы бодренькой была! Знаешь, как мышцы затекли? Я, конечно, мечтал об отдыхе, но обычно представлял, что где-нибудь на южных берегах просаживаю мешок фиров в игорном доме, а не сижу в клетке!

Я мысленно выругалась. Черт возьми, и не заметила, что сказала про энергию вслух!

Меж тем Бродяга притормозил. Он развернулся ко мне, и резко осветил медальоном лицо. Я вскрикнула и прикрыла веки ладонью.

— Лапушка, а что с тобой? — обеспокоенно спросил он. — У тебя глаза краснющие. 

Он, ни чуть не смущаясь, сдвинул мою руку, положил пальцы на лоб.

— Холодный… — растерянно произнес Бродяга. И тут же приглушил голос до шепота: — А ты… Ты случаем не из этих?

— Из кого? — уточнила я, не сильно возражая против небольшой передышки

Бродяга надавил на челюсть, заставив открыть рот.

 — Не из этих! — он обрадовался чему-то.

— Из кого? Объясни уже! — я клацнула зубами, но он успел отдернуть руку.

— Да из этих поганей клыкастых. Полумертвых,  — он опять говорил еле слышно.

 — Ты про вампиров?

 — Чур тебя! Не упоминай про них вслух!

 — Ты боишься вампиров? — не поверила я. — Мы третий час шарандаемся по заброшенным руинам и уже заблудились, и не факт, что найдем дорогу обратно... А ты думаешь о вампирах?

— Да хватит их называть! — Бродяга передернул плечами и закрыл мне рот ладонью. — Они же услышат и придут. А тут темень, мы же их не различим. Два укуса и лежат тут в каменной могиле два обескровленных трупа. А я еще молод! У меня вся жизнь впереди. Южные берега, игорный дом — они ждут меня!

Я недоуменно на него уставилась, не понимая: всерьез он или снова придуриваются. По всему выходило, что беспечный разбойник и впрямь люто опасается представителей расы высших нежитей.

— Что ты так смотришь? Ты хоть одного вампирюгу знаешь? Я вот про них наслышан: они могут оборачиваться в любого зверя и обращаться в тень. Они летают, способны выстоять против огня и металла, а если их ударить — рана заживет в доли секунды. И они вечно жаждут крови! — затараторил Бродяга, смотря на меня горящим взглядом.

Я оттянула его ладонь ото рта и в голос расхохоталась. Боги, из какой глухомани он выбрался. Где наслушался такой чепухи о вампирах! Познакомить бы его с бреннским библиотекарем, месье Люпоном. Он как раз из кровососов. Я про себя называла его Зайчиком. У него выступали над губой не только клыки, но и передние зубы, что придавало его речи уморительную шепелявость. К тому же месье Люпон выделялся крайней стеснительностью. Иногда, он не мог решиться и заговорить со мной больше получаса. Топтался на одном месте, перекладывал вещицы в моей лавке с полки на полку. Прежде, чем начать неловкое и скомканное приветствие: “Госпоша Стафшки, а Я Вас и не сссаметил…”.

Месье Люпону бы рассказать, что он на самом деле жуткое чудище!

— И нечего смеяться. Мне про них еще бабушка говорила. Уж она-то врать не будет, — проворчал Бродяга, легонько поглаживая меня по макушке. — И, кстати, эти монстры больше всего предпочитают невинных девиц. Для них невинная девица, словно запеченная с яблоками индюшка! Деликатес. Так что ты явно в опасности...

Я дала ему звонкую пощечину прежде, чем сообразила, что делаю:

— Я замужем! С чего ты взял, что я девственница?

— Ого! — Бродяга потер щеку, но совсем не огорчился, а наоборот оживился. — Впервые вижу, чтобы девушка оскорблялась за то, что ее называли невинной. И нечего отпираться, я девственниц с первого взгляда отличаю. Вот я бы твоего мужа спросил, чем он вообще занимается, когда у него такое сокровище в женах. Я бы на его месте… Рассказать?

Я фыркнула и гордо прошла мимо. Правда недалеко ушла, все же темно, а свет остался у Бродяги. 

— Да постой, малышка! — парень подхватил меня под руку. — Тебе явно нездоровится. Только понять не могу, в чем дело. Болезней никаких вроде нет, а энергия истончается и истончается. Тебя не проклинали?

“Ага, — подумала я. — Проклинали. Сама богиня любви удосужилась.”

— Это из-за брачной связи, — пояснила я. — Мы с мужем из разных рас. Плохо себя чувствуем, если разлучаемся надолго…

Бродяга мне нравился, но все карты разом раскрывать не хотелось. Не рассказывать же ему всю свою жизнь вплоть до знакомства с Фердинанд. Хотя сам разбойник, похоже, мог разболтать и не такое.