Предназначенная демону

Глава 10: Энкариум

«Люцифер — противоречие, что держит меня от пропасти, даже когда сама я готова падать.»

Ада не спала уже несколько ночей. Каждый раз, закрывая глаза, она слышала тот голос: «Ключ… врата… Энкариум…»

Имя, о котором никто не хотел говорить. Имя, что будто жгло изнутри, словно само было проклятием.

— Кто ты такой… и зачем выбрал меня? — прошептала она в темноту.

Ответа не было. Лишь глухая боль в груди и жжение под кожей — там, где располагалась метка.

Она пыталась спрашивать. У Ризмы — та отвела глаза и лишь прошептала: «Не произноси это имя». У Кайла — он сжал кулаки и резко сменил тему. Даже Мисселина, всегда спокойная и терпеливая, впервые повысила голос: «Тебе рано это знать, дитя».

Но чем больше её отталкивали, тем сильнее становилось желание докопаться до правды.

В ту ночь она снова не выдержала и отправилась в библиотеку. Старые, потрескавшиеся книги манили её. И там, среди тёмных полок, она нашла то, чего боялась и ждала одновременно.

"Энкариум. Первый хранитель Весов Равновесия. Тот, кто решал судьбу душ. Его рука направляла праведных в рай, а грешных — в ад. Но он возжелал большего: дать второй шанс всем. Он считал, что даже падшие могут измениться. И потому осмелился пойти против воли Ауриса. Он выбрал ад, но ад не выбрал его. Его изгнали"

Она провела пальцами по строчкам и почувствовала, как метка вспыхнула под кожей. Боль была такой, будто в венах закипела расплавленная лава.

Ада зажала рот рукой, чтобы не закричать. Слёзы выступили на глазах. Она бросила книгу на пол и выбежала из библиотеки.

Но боль не стихала. Наоборот, становилась всё сильнее. Она бежала по коридорам школы, хватаясь за стены, пока ноги сами не вынесли её на крышу башни.

— Я не могу больше так, я сгорю сейчас — прошептала она. — Хватит, ничего не помогает

Она подняла глаза к небу. Отец, ты слышишь меня? — метка вспыхнула сильнее, и в голове пронеслось: «Найди меня…»

— Я пытаюсь! — выкрикнула она в пустоту. — Но никто не говорит мне правды! Я так устала от этой боли

Слёзы смешались с ветром. Она шагнула к самому краю.

— Жалкая попытка, — произнёс холодный голос за спиной.

Ада вздрогнула. Она не оборачивалась, но знала, чей это голос. Люцифер стоял в тени, сложив руки за спиной. Чёрные крылья расправились, как ночь.

— Думаешь, так всё закончится? — его тон был насмешливым.

— Замолчи! — выкрикнула Ада, дрожа. — Ты ничего не понимаешь! Не чувствуешь ту же безысходность и боль что и я.

Она сделала ещё шаг. Между ногами не было ничего, только пропасть.

Люцифер прищурился.

— Ты думаешь, что смерть избавит тебя от боли? Или хочешь в рай и на землю обратно, только это уже будет не твое тело— его голос стал тише.

Ада развернулась к нему. Её глаза горели, слёзы текли по щекам.

И прежде чем он успел сделать шаг, она шагнула вперёд сама

Воздух ударил в лицо. Небо и земля слились в одно. Ветер сорвал крик с её губ. Она летела вниз чувствуя сожаление и облегчение. Чувствовала освобождение.

Пусть всё закончится…

Но мир не успел исчезнуть. Тьма вдруг сомкнулась вокруг неё, не холодная, а живая. Чёрные крылья разрезали воздух, и сильные руки резко схватили её за талию.

Она задыхалась, не понимая, что произошло, пока не открыла глаза — и не увидела его. Люцифер держал её на руках, паря в воздухе. Его лицо было близко, слишком близко.

— Ты… — прошептала она, не веря.

— Глупая, — сказал он тихо. В его голосе больше не было насмешки, только усталость. — Не смей думать, что ты можешь умереть.

Ада дрожала, но метка наконец затихла. В его руках боль впервые стала выносимой.

— Отпусти меня… — её голос был почти шёпотом.

— Нет — холодно ответил он. И, не дожидаясь её слов, взмахнул крыльями.

Ветер обжёг лицо, и через мгновение перед взглядом Ады раскинулся другой мир. Башни школы остались позади. Под ними тянулась долина: серебристое озеро отражало звёзды, деревья сияли мягким светом, будто каждая ветвь держала в себе кусочек луны. Здесь не было ни криков Врат, ни гула тьмы — только тишина и свет ночи.

Ада замерла, едва дыша.

— Здесь… так красиво.

Люцифер ничего не ответил. Только сильнее прижал её к себе, будто сам не хотел отпускать.

Они опустились на мягкую траву у самого озера. Ада коснулась воды — она была тёплой, как будто живая. Сердце всё ещё билось быстро, но в груди становилось легче.

— Почему ты показал мне это место? — спросила она, не отводя взгляда от звёзд, отражавшихся в воде.

— Потому что ты слишком глупа, чтобы помнить, ради чего живёшь, — усмехнулся он. Но в его голосе не было колкости, только странная усталость. — Иногда нужно напомнить, что не весь мир — боль.

Они сидели у озера. Звёзды отражались в воде, и Ада впервые за долгое время чувствовала себя спокойнее.

— Ты часто сюда приходишь? — спросила она, нарушая тишину.

Люцифер отвёл взгляд от неба.

— Да. Здесь тихо. Даже тьма замирает.

Он замолчал на секунду, потом усмехнулся холодно, будто самому себе:

— Когда отец слишком строг и превращает каждый твой шаг в испытание, здесь единственное место, где можно дышать.

Ада насторожилась.

— Отец… Сатана?

Он кивнул.

— Мать у меня хоть и высший демон, но очень мягкая. Не понимаю каким образом они начали жить вместе.

Его голос звучал спокойно, но в этом спокойствии чувствовалась сдержанная боль.

Ада прижала колени к груди.