Предназначенная демону

Глава 11: Тени Энкариума

«Он — буря и лёд одновременно, и даже когда гнев захлёстывает его, в глазах проскальзывает боль, что никто кроме меня не увидит.»

Утро выдалось обманчиво тихим. За окнами школы светилось мягкое золото рассвета, и только редкие тени птиц скользили по камням.

— Ада, ну признайся, — Ризма подпрыгнула на кровати и, хитро прищурившись, ткнула подругу локтем. — Ты сегодня снилась Люциферу?

Ада вздрогнула, едва не уронив книгу из рук. Она пыталась дочитать книгу по истории, но мысли всё время возвращались к другому имени. Имени ее отца.

— Не смешно, — тихо отозвалась она.

Ризма прищурилась ещё сильнее, но на этот раз не с насмешкой.

— Ты совсем не веселишься. Обычно хотя бы огрызаешься. Что-то случилось?

Ада замолчала, лишь крепче сжала книгу. Она не могла признаться даже Ризме: голос, имя, метка — всё это связывало её с тьмой, о которой подруга и не подозревала.

В дверь постучали, и в коридоре раздался голос куратора:

— Всем собраться в главном зале. Срочно.

Ризма и Ада переглянулись. Сердце у Ады болезненно дрогнуло — она знала, что это не простое собрание.

В главном зале царила напряжённость. Учителя стояли полукругом, и лица их были мрачны. Первым выступил архимаг школы, сухой, как пергамент, но голос его звучал твёрдо:

— В Аду зафиксированы новые искажения энергии. Мы подозреваем, что это — первые проявления возвращения Энкариума. Он был изгнан как вы все знаете, но это рано или поздно это должно было случиться, мы все прекрасно понимали, что просто так он ситуацию с его изгнанием не оставит и захочет отомстить.

В зале пронёсся ропот.

— Мы формируем группу для проверки границ Врат, — продолжил архимаг. — Ада, Кайл, Ризма.

Ада резко подняла глаза. Сердце подпрыгнуло. Это был шанс. Шанс найти след отца.

— И… — архимаг сделал паузу, и в зале повисла тишина. — Для вашей защиты в отряд будут включены Люцифер и Селестра.

Ада побледнела.

— Что?! — выдохнул Кайл, но тут же сжал губы, стараясь держать себя в руках.

Ризма прыснула в ладонь и наклонилась к Аде:

— Ну вот, компания обеспечена.

Селестра шагнула вперёд, демонстративно обходя Аду, и с насмешкой бросила:

— Главное, чтобы кое-кто нам не мешал.

Ада сжала кулаки.

Люцифер стоял молча, с холодным выражением лица. Но его взгляд — короткий, мимолётный — всё же задержался на Аде. В нём мелькнуло то, что он сам, казалось, не хотел выдавать.

Сбоку лениво зевнул учитель боевой магии, высокий демон, Норис.

— Я тоже с вами, — сказал он. — Но не рассчитывайте, что я буду вашей нянькой.

Архимаг кивнул:

— Отправление — завтра на рассвете. Будьте готовы.

Врата в Ад находились у подножия скалы — массивные, древние, словно вырубленные самой тьмой. Каменные створки были покрыты трещинами, по ним бежал тусклый красный свет, будто внутри пульсировало сердце.

— Вот и наш путь, — лениво протянул Норис, оглядываясь на учеников. — Если кто-то решит сбежать — поздно.

Кайл встал рядом с Адой, почти заслоняя её собой. Его взгляд был напряжённым.

— Держись ближе ко мне.

Ада кивнула, но, бросив взгляд в сторону, встретилась глазами с Люцифером. Он, как всегда, был холоден и непроницаем, только угол его губ чуть дрогнул — не то усмешка, не то презрение.

Селестра шагнула к нему ближе, её темные волосы светились в сумраке, а взгляд скользнул по Аде с откровенной враждебностью.

— Надеюсь, мы не будем тащить с собой тех, кто споткнётся на первом камне.

— Береги язык, — процедил Кайл.

— Дети, — оборвал их Норис, и даже не взглянул, проходя мимо. — Вперёд.

Врата раскрылись с гулом, и тьма хлынула им навстречу. Жар, запах серы и гниющей земли ударил в лицо. За чертой скалы начиналась земля, которая не знала ни рассветов, ни закатов — лишь вечные сумерки.

Они шагнули внутрь.

Ада ощутила, как каждый вдох здесь будто обжигает лёгкие. Камни под ногами были чёрные, словно обугленные, в трещинах их светились алые огоньки. Вдалеке, за дымкой, тянулись острые пики гор, и оттуда доносился гул — стон тысяч душ.

— С тобой все в порядке? — спросил Кайл, тревожно глядя на неё.

Ада покачала головой, пытаясь дышать ровнее.

— Всё… нормально.

Она сделала шаг вперёд, но ноги будто налились свинцом. Взгляд сам собой притянулся к тёмной арке впереди. Камни там были чернее остальных, и в их трещинах не светилось пламя. Только густая, вязкая тьма.

Из этой тьмы проступило нечто. Высокая фигура, размытая, словно сотканная из дыма и холода. Черты лица угадывались смутно, но глаза горели мёртвым льдом.

Голос раздался прямо в её голове, гулкий и властный:

— Ты чувствуешь меня. Ты — моя кровь

Ада в ужасе отступила, сердце ударилось о рёбра так сильно, что гул свода смешался с её биением. Метка вспыхнула бледным светом — и прежде чем она успела остановиться, из её руки сорвался комок сияния. Он ударил в стену, осыпав камень искрами.

— Ада! — Кайл вскрикнул, схватив её за плечи. — Что ты творишь?!

Она сама не знала. Всё произошло слишком быстро, слишком неосознанно — словно метка вырвала силу сама.

И тут воздух сгустился. Из тёмных арок, из трещин стен, одна за другой зашевелились тени. Их силуэты вытягивались, превращаясь в чудовищ с когтистыми лапами и пустыми глазницами, наполненными мраком.

Ризма побледнела:

— Они пришли на свет. На её силу.

Гул усилился, как раскаты грома. Чудовища двинулись вперёд.

— Черт! —отозвался Люцифер. Его голос разнёсся по залу, как удар клинка о камень.

Ада застыла, осознавая: именно она стала причиной нападения.

Чудовища ринулись вперёд. Их когти скрежетали о камень, пустые глазницы горели чёрным пламенем.

— В сторону! — рявкнул Кайл, выхватывая клинок. Лезвие со свистом рассекло воздух, и первая тварь упала, разрубленная пополам.

Ризма вскрикнула, но тут же подхватила меч, стоявший у стены, и со всей силы вонзила его в грудь чудовища, что прыгнуло к ней. Она тяжело дышала, но глаза сверкали яростью.