Предсказанная волку

Глава 5

Она

— Спасибо, что помогли, — я улыбнулась ветеринару и вышла на улицу, удерживая на руках заснувшего песца. К счастью, никаких внутренних травм у животного не обнаружили. А еще я узнала у симпатичного Алеши, который осматривал животинку, как кормить это диковинное создание и куда его можно сдать (потому что и ежу понятно, дома держать песца — та еще авантюра).

Решив заняться всем этим на свежую голову, вызвала такси и поехала домой. За подругу я не беспокоилась: Нина умела о себе позаботиться. А еще у меня было смутное предчувствие, что сегодня подруга останется в квартире Дениса до утра.

Улыбнувшись, поправила мордочку уснувшего песца и достала телефон. Так или иначе, я должна была предупредить подругу о том, что со мной все хорошо.

                                                                              ***

Проснувшись, первое мгновение не могла понять, почему мне так жарко. А открыв глаза, увидела перед собой белую шубу.

Воспоминания о прошедшем вечере мгновенно заполнили сонное сознание, взбодрив лучше самого крепкого кофе.

Откатилась назад, чтобы не разбудить мирно спящее животное, и зевнула. 

Выходной. Чем еще заняться в свой законный отдых? Конечно же свалившимся на голову песцом!

Оставив пушистую гостью (ветеринар меня “обрадовал”, что это — девочка) досматривать свои зефирные грезы, прошла на кухню и щелкнула включателем кофеварки. Без кофе утро не утро, а я — не я.

Привычным движением нажала кнопку колонки и включила жизнерадостную музычку. Пританцовывая, прошла в ванную комнату и умылась. А когда  по квартире распространился умопомрачительный запах арабики, то и вовсе воспряла духом. Но следом услышала звук разбившегося цветочного горшка. Так как в моей комнате был лишь один подобный жилец, я вбежала в спальню со скоростью звука и с диким криком отчаяния завопила:

— Гена!

Перед глазами предстала ужасная картина: на светлом ламинате валялись черепки от горшка, а сам Гена — мой фикус, который подарил папа на мое восемнадцатилетие — беспомощно торчал сломленным воином в горке рыхлой земли.

Рядом сидела виновница всего этого безобразия, чуть присыпанная коричневой пылью. Я уже собралась высказать все, что я думаю о своей неуклюжей гостье, как заметила на ламинате надпись. 

— Какого лешего?.. — проговорила, вглядываясь  во вполне читаемое слово “Спаси”, выведенное неровным почерком на тонком слое земли.

Я перевела недоуменный взгляд на песца — она смотрела на меня с ожиданием и какой-то мольбой.

— Это т-ты написала? — дрогнувшим голосом спросила я, чувствуя, что к психиатру все-таки придется записаться.

И чего я точно не ожидала, так это утвердительного кивка от песца.

“Так, думай, Эля, думай! — усиленно потерла виски. — Некоторые животные могут составлять простые слова из кубиков или карточек, если их как следует натаскать. Собачки там всякие, попугайчики и прочие… Отставить панику, я не сошла с ума!”

Гостья в белой шубке ждала моих следующих действий. 

— Надо выпить кофе, — решила я, отворачиваясь от надписи. — И купить Гене новый горшок.        

                                                                                    ***

        Из дома выходила со смешанным чувством: оставлять песца в квартире не решилась, испугавшись возможных перспектив вернуться в разгромленное помещение. Но и свободно передвигаться по городу с песцом на руках — такое себе удовольствие. Конечно, сейчас хватало любителей экзотики, но даже такие кадры редко свободно выгуливали своих необычных любимцев по нашим улицам.

        Поэтому перед выходом из квартиры постучалась к соседке, у которой было несколько кошек, и попросила переноску. На меня, конечно, посмотрели как на больную, но пластиковый короб с решеткой выдали.

       Песец не горел желанием отправляться в добровольное заточение, но  парочка крепких ругательств, подслушанных мною от папы, когда тот думал, что я спала, сделали свое дело: пушистая девица с королевским достоинством зашла внутрь переноски и даже фыркнула на меня, терпеливо дожидаясь, пока клетка будет застегнута.

       И вот теперь я вышагивала в сторону цветочного магазина. Потому что Гена мне дорог как память, и потерять одну из немногих вещей, оставшихся от отца, из-за какого-то там  экзотического зверька я не собиралась.

        Но… как всегда, все пошло не по плану.

       Когда я вышла из магазина, каким-то чудом удерживая в одной руке тяжелую передержку с песцом, а в другой — большой глиняный горшок, то столкнулась с мужчиной. Хотя, вернее сказать, это он со мной столкнулся, чем вызвал мое бурное негодование.

     — Смотри, куда прешь! — я даже не пыталась быть вежливой — не сейчас, не тогда, когда насилу удержала баланс тела и не грохнулась прямо на асфальт.

       Вот только странный мужик даже не попытался извиниться — зато вцепился осоловелым взглядом в клетку с песцом. Мне показалось, что даже глаза его как-то подозрительно блеснули. 

       Во мне проснулся инстинкт защитника. Заведя руку с передержкой за спину, гневно нахмурила брови и смело возмутилась:

     — Извиняться не научили, так хотя бы не мешайте пройти!

     — Отдай мне зверя, — проговорил незнакомец и решительно потянулся к клетке. Я взвизгнула и, выпустив горшок, который раскололся на черепки у моих ног (что-то не везет сегодня горшкам!), прижала передержку с песцом к своей груди.