Преклоняя колено. Наследие.

Глава 1. Хазари

Медленно и мучительно, заживали раны на теле графа Ричарда Дэвона. Целый месяц провел он в хижине на дереве в лесу Хазари, куда его, израненного и едва живого, доставили верные солдаты — остатки некогда славной кавалерии короля Уильяма Осканвинда.

Жители поселения приняли их с холодным равнодушием, отказываясь помогать израненным в бою солдатам и их генералу. Только благодаря Кассандре, дочери старейшины Минелая, они смогли остаться. Эта воинственная амазонка, как прозвал ее Радгар, смогла убедить своего отца оказать помощь смертельно раненному Ричарду, балансирующему на грани жизни и смерти. Ее настойчивость и умелые руки, а так же опыт местных целителей стали единственной надеждой для генерала. Они использовали целебные травы, собранные в опасном лесу, и древние методы врачевания, что передавались из поколения в поколение. Бережно очищая и обрабатывая глубокие раны мужчины, они боролись с инфекцией, поддерживая его жизненные силы. Каждый день превращался в схватку за жизнь, а ночи были полны боли и тревог.

Разлад между Ричардом и королём Уильямом случился не на поле брани, а задолго до этого, в стенах королевского дворца. Затянувшийся конфликт, порождённый безответной любовью со стороны Уильяма к Амиции, ревностью и крушением надежд, политическими интригами и разногласиями в стратегических планах, достиг своего апогея в преддверии решающей битвы. Уильям, обуянный жаждой могущества и слепой верой в свою непогрешимость, использовал доверие Ричарда для достижения личных целей, а затем, в стремлении укрепить своё положение и устранить соперника, подстроил ситуацию, приведшую к истреблению не только армии противника, но и элитной части собственной армии. Поле боя было усыпано телами павших, среди коих было множество преданных Ричарду воинов. Однако, несмотря на многочисленные утраты, король удалился с этого побоища бесспорным победителем. В своём расчёте он просчитался лишь в одном, не приняв во внимание глубину преданности, связывающей солдат с генералом, и мощи женской любви.

Артур Норфолк и его дочь Дания были амнистированы формально, а по факту пребывали под негласным домашним арестом и жили в предчувствии неминуемой расплаты.

Королева Амиция возвратилась во дворец вместе с принцем Леонардом. После тягостных ожиданий возвращения своего возлюбленного Амиция узнала о том, что она ждет дитя от Ричарда. Под страхом кончины верные генералу люди задумали дерзкий, но рискованный план, целью которого был побег королевы и принца в леса Хазари. Однако любовь Леонарда к отцу помешала выполнению плана. Мальчик отказался пойти за матерью.

Амиция, очутившись в безвыходном положении, прибегла к отчаянному поступку: она отравила своего супруга, короля Уильяма. Этот поступок был обусловлен не только стремлением отомстить за предательство, совершенное Уильямом, и спасти своего еще не родившегося ребенка, но и глубоким желанием изменить обстановку в королевстве, избавить его от тирании и установить справедливость. Завладев властью, Амиция начала жестокую чистку, истребляя всех, кто выступал против ее законов.

Глава 1. Хазари

Солнечный луч, проникая сквозь щели в грубо сколоченных стенах лачуги, безжалостно ослепил Ричарда. В голове гудел набат вперемешку с птичьим щебетом и далёким плачем младенца. Попытка приподнять голову обернулась вспышкой боли, пронзившей всё тело. Тошнота подступила к горлу, заставив его снова упасть на грубую подстилку из сена. Мир вокруг поплыл, солнечные лучи стали невыносимо яркими. Прикрыв глаза ладонью, он все-таки повторил попытку и смог сесть, опираясь ладонями на согнутые в коленях ноги.

Воспоминания, как обломки разбитого зеркала, начали неспешно складываться в полную картину. Близкие и родные сердцу лица промелькнули перед глазами. Мгновения счастья, смеха, смерти, ноющей в груди боли — все разом нахлынуло на него. Опустив голову, Ричард взглянул на свои ладони. Его грудь была перевязана, а резкий запах травяных настоек остро ударил в нос. Осторожно, с опаской он отодвинул повязку. Рваная рана чуть выше сердца, края которой начали затягиваться, была обработана с удивительной тщательностью. Такая же повязка скрывала рану на его торсе в области пресса. Это была ещё одна рана, которую он даже не заметил в пылу схватки.

Все его мысли стремительно сосредоточились на Уильяме, горделиво восседавшем на своем гнедом скакуне, на его презрительном взоре, на обмане, на клятве, данной под стягом воинской доблести. Не было для Ричарда ничего важнее чести. И последний разговор с королем, его обещания, крепкое рукопожатие — все это сейчас казалось гнусным фарсом. Как он смел? Как он мог предать веру своих людей ради собственной ничтожной выгоды?

Прислонившись к стене и шатаясь, словно подвыпивший матрос, Ричард выбрался из хижины. Свежий воздух наполнил легкие, принося с собой ощущение раскрепощения. Но любоваться природой было некогда. Необходимо было как можно скорее вернуться в замок. Вдруг он услышал знакомый голос.

— Генерал!

Ричард обернулся. Престон выходил из хижины напротив. Его лицо выражало неподдельную радость. Мужчины улыбнулись друг другу, крепко пожимая руки. Престон, не скрывая радости, поддержал Ричарда под локоть и помог сесть на перевернутую бочку.

— Как же я рад видеть вас, генерал, — Престон присел рядом, его взгляд был исповедальным. — Мы не теряли веры, знали, что вы выкарабкаетесь. Нам очень повезло, что Кассандра убедила своего отца помочь нам.

— Кто еще выжил? — хриплым голосом спросил Ричард, его тело пронзила отвратительная слабость.

— Радгар, Демид, Эйнар и один из варваров молодой воин. Мы отпустили его к своим.

Ричард понимающе кивнул, в ужасе подсчитывая потери. Целая кавалерия, свыше четырехсот бойцов.

— Где они?

— Радгар с мальчишками ловит рыбу у реки, — ответил Престон, усмехнувшись. — Остальные, боюсь, напились до бесчувствия и спят.

Престон с грустью уставился на свою ладонь, где недоставало двух пальцев. На поле боя один из варваров отсёк ему их. Ричард, заметив его состояние, взглянул на руку юноши и потер лицо ладонями, пытаясь хоть чуть-чуть восстановить силы и собраться с мыслями.