Преклоняя колено. Наследие.

Глава 2. Наследник

Суровый взор Хэмминга скользнул по мужчине напротив. Рубашка которого была разорвана, штаны грязные, а лицо сильно избито. Хэмминг перевел взгляд на Деониса и коротко кивнул ему.

— Кто вручил тебе флакон с ядом и какие слова при этом произнес? — спросил Деонис, приблизившись к пленнику.

— Яков…

— Что? Громче говори! — строго сказал Деонис.

— Это был Яков. Он вручил мне яд, — Мужчина замолчал на некоторое время, переведя дыхание, продолжил: — Сказал передать на кухню Фатиме, чтобы она подсыпала в суп и подала его королеве.

Деонис тотчас обернулся, махнув одному из стражников, который незамедлительно вышел из камеры.

— Кто еще замешан в заговоре? — спросил Деонис.

— Больше я не знаю ничего, — выдохнул мужчина, опустив голову и шмыгая разбитым носом.

— На виселицу его! — приказал сержант Хэмминг, поднявшись и выходя из помещения.

Деонис сел на стул, положил локти на стол, взял перо и принялся писать доклад о допросе пленного. Это уже была пятая попытка убрать молодую королеву с трона. Приспешники и преданные покойному королю Уильяму люди в который раз готовили заговор и покушались на жизнь Амиции. Благодаря бдительному и всей душой верному сержанту Хэммингу, поклявшемуся защищать свою королеву и наследника престола, она в пятый раз избежала смерти. Но с каждым разом враги становились всё осмотрительнее и кова́рнее. Разоблачать их злонамеренные планы становилось всё труднее и опаснее.

Мрачные тени нависли над королевой после того, как Амиция отравила Уильяма. Его царствование, хотя и отмеченное суровостью, всё же было справедливым и принесло немалое благоденствие королевству. Уильям, несмотря на свой вспыльчивый характер и нетерпение, всегда предоставлял своим подданным возможность объясниться, стремясь к правосудию. Его кончина стала шоком для всего королевства, потрясшего до основания устоявшийся строй. Тысячи преданных подданных оплакивали его смерть, понимая, что утратили мудрого, пусть и строгого властителя.

Двенадцатилетний принц Леонард, не имея понятия о страшном злодеянии матери, рос суровым юношей, как две капли воды похожим на Уильяма. Леонард показывал всё большую заинтересованность к государственным делам. Он часами изучал карты королевства, задавал вопросы о границах и стратегических пунктах, настойчиво стремился присутствовать на заседаниях королевского совета. Его упорство в тренировках с мечом и верховой езде говорило о желании стать достойным престолонаследником. Амиция, с одной стороны, пылала гордостью за амбиции сына, с другой же с ужасом осознавала опасность его схожести с отцом. Она безумно боялась, что Леонард узнает правду о смерти Уильяма, а затем и о её причастности к этому.

В тот роковой день, когда сердце короля остановилось, Амиция, не теряя времени, отправила гонца в отдаленный лес Хазари с посланием для Ричарда, в котором подробно описала о смерти мужа и призвала генерала вернуться ко двору. Но гонец не воротился с ответом. И все следующие пропали в пути или же заблудились в лесу. Неопределенность усугубляла и без того трудное положение королевы, брошенной среди врагов. Она осталась одна с сыном, наследником престола, и с тяжелой тайной на душе, которую хранила столь тщательно, но которую могла раскрыть любая случайность или её же собственный начальник стражи.

Спустя две недели после смерти короля начался бунт. Восстание вспыхнуло подобно внезапному лесному пожару, угрожая поглотить всё на своём пути. Амиция столкнулась с необходимостью подавить мятеж. Методы ее оказались суровыми и даже в какой-то степени жестокими. Без колебаний она приказала казнить приблизительно сотню бунтовщиков. Тела их покачивались на виселицах, став жутким предупреждением для остальных заговорщиков. Кровавая расправа хоть и укротила первоначальный взрыв ярости, но не устранила саму причину недовольства. Мятежники и тайные шпионы, словно змеи, затаились в кустах. Их шипение стало тише, но приобрело скрытый, угрожающий характер, предвещая новые, более изощрённые выпады.

Амиция, конечно, помнила и про Дакара, сына её покойной сестры Саяри. Она отправила своих самых надёжных людей в поселение Серевина с приказом вернуть мальчика ко двору. Но это решение оказалось преждевременным и чрезмерно рискованным. Слишком много опасностей висело над Амицией, чтобы подвергать ещё и мальчика этой угрозе. Постоянные покушения на жизнь молодой королевы заставили её отложить возвращение Дакара на неопределённый срок. Узнай враг о том, что сын погибшей сестры самой королевы жив и здоров, они непременно воспользовались бы этим моментом.

Поэтому Дакара скрыли под надёжной защитой королевской стражи. Сержант Хэмминг лично навещал мальчика, убеждаясь в его безопасности и благополучии. Постоянные угрозы, постоянное напряжение, бесконечные заговоры и покушения — всё это отнимало у Амиции последние силы. Бесконечные покушения выводили ее из себя. Ситуация усугублялась ещё и тем, что она была уже на седьмом месяце беременности, и это добавляло ей поводов для беспокойства.

— Когда же всё это закончится?! — в отчаянии простонала Амиция. — Я ничего не сделала такого, что нарушило бы устоявшийся порядок вещей в этом проклятом королевстве! Они заставляют меня быть жестокой! А я не хочу крови…

Последние слова она выкрикнула, судорожно прикасаясь ко лбу. Напротив нее стоял невозмутимый сержант Хэмминг, сохраняя внешнее спокойствие.

— Вы поступаете так, как вынуждают обстоятельства…

— Почему он не возвращается? — перебила она его. — Почему не вышлет послание? Если Ричард жив, он ответил бы мне сразу, как только получил мою депешу!

— Генерал был ранен и достаточно серьезно. Возможно, его состояние все еще…

Амиция, не желала слушать разъяснений, прервав его во второй раз, все более отчаявшимся голосом:

— Значит, нужно немедленно послать кавалерию в леса Хазари! Мы должны найти его!

— Мы не можем отправить кавалерию сейчас, Ваше Величество. Это значительно ослабит наши позиции, сделает нас уязвимыми перед врагом.