Преклоняя колено. Наследие.

Глава 5. Известие

Эйнар прибыл в Милонию в самый разгар свирепой грозы, когда небо разрывалось от грома, а дождь, словно из ведра, лился на мощеные каменные улочки. В такую непогоду улицы были совершенно пустынны, и лишь стражники, одетые в тяжелые доспехи, стояли на страже, внимательно наблюдая за тем, что происходит вокруг. Ставни на окнах домов были плотно закрыты, и ни одна душа не осмеливалась выйти на улицу, укрываясь от стихии. Величественный замок, возвышающийся на фоне лесной чащи, выглядел особенно мрачно и угрожающе.

Когда Эйнар подъехал к воротам замка, то сразу привлек внимание лучников, зорко следивших за периметром. Вдруг из темноты донесся резкий и властный голос, требующий путника остановиться.

— Стой! Кто идет?

— У меня есть важное послание для начальника королевской стражи Хэмминга Вальвадоро.

— Кто ты? — настороженно спросил знакомый Эйнару голос.

— Мое имя Эйнар, — ответил всадник, снимая капюшон и позволяя дождю промокнуть его волосы. В этот момент за стенами замка раздался звук лязга цепей, и тяжелые кованные ворота начали медленно подниматься, открывая проход, достаточный для того, чтобы всадник мог проехать.

— Ты служишь генералу Ричарду Дэвону? — спросил все тот же мужчина.

— Так точно, — ответил Эйнар. — С кем я имею честь говорить? — спросил он, хотя уже и так знал, кто стоит напротив.

— Я тот, кто также служит генералу, — уверенно произнес Хэмминг, снимая капюшон и открывая свое лицо. — Для меня ты и несешь послание.

Позже, когда Эйнар устроился у печного огня в одной из крепостных башен, он начал подробно рассказывать Хэммингу о всех планах, которые они разработали вместе с генералом. Он также поделился своими наблюдениями о состоянии здоровья Ричарда. Хэмминг задумался и произнес:

— Значит, он намерен собрать армию на Севере? Это займет немало времени, — качнул головой Хэмминг. — Сейчас я не смогу отправить кавалерию ему на помощь.

— Да, — ответил Эйнар. — В данный момент ему не нужна кавалерия. Они сейчас на пути в Норфолк. Для начала нужно навести порядок на Севере, и заручиться поддержкой графства, только после этого генерал сможет обеспечить защиту Милонии. И только тогда, когда все будет готово, ваша помощь станет необходима.

На лице Хэмминга появилась улыбка, он начал потирать ладони, как будто предвкушая что-то важное.

— Что вас так развеселило, сержант? — поинтересовался Эйнар.

— Я отправил его сына Дакара к Артуру Норфолку, — с удовольствием ответил Хэмминг.

— Значит, там они и встретятся, — с улыбкой произнес Эйнар. — Сможете ли вы укрепить оборону замка и подготовить войско на случай мятежа?

— Мы подавили недавний мятеж, и я уверен, что люди не рискнут повторить такую ошибку. Тем не менее, шпионов по-прежнему хватает.

Эйнар одобрительно кивнул, после, задумавшись, спросил:

— Что стало с королем?

— Нашелся некий храбрец, который подсыпал ему яд в вино, - немного помедлив, ответил Хэмминг, умолчав о том, кто именно это сделал. — Рано или поздно это должно было произойти, и я рад, что это случилось раньше, чем еще кто-то из наших пострадал.

— Согласен, — кивнул Эйнар, отпивая вино из кружки. — У меня есть послание и для королевы от генерала.

Эйнар вытащил из-за пазухи свиток и положил его на стол перед Хэммингом, который сразу же забрал письмо, убирая его за пазуху.

— Ты отдыхай, — сказал Хэмминг, — никто не побеспокоит тебя. Я все улажу. Никто не должен знать о том, что ты жив и о тех новостях, которые ты принес. Мы тут никому не доверяем, и ты будь осторожен.

Эйнар кивнул в знак согласия, понимая, что ситуация требует максимальной осторожности и внимательности.

***

Когда Хэмминг отдал письмо Ричарда Амиции, она не поверила своим глазам. Взглянув на бумагу, королева улыбнулась, с трепетом разворачивая бумагу и жадно вчитываясь в слова.

«Любовь моя, Амиция,

Я надеюсь, что ты в порядке, и мне очень жаль, что я не могу сейчас уделить тебе больше времени. Возникли некоторые сложности с бумагой, из-за чего я вынужден быть кратким в своем письме. Но несмотря на это, я хочу, чтобы ты знала: я иду на поправку, и у меня есть все намерения выступить завтра на рассвете.

Сложно выразить словами ту бурю чувств, которая сейчас переполняет мою душу. Я так сильно тоскую и хочу увидеть тебя, что это ощущение трудно передать словами. Каждый раз, когда я думаю о тебе, в моем сердце загорается светлая, прекрасная любовь, которая переполняет меня. Твой нежный образ вызывает у меня не только трепет, но и страсть, которая, несмотря на свою интенсивность, гармонично сочетается с уважением и нежностью, которые я испытываю к тебе.

Я вынужден попросить тебя еще немного подождать. Учитывая все обстоятельства, я не могу просто так вернуться домой, как мне бы этого хотелось. Мне нужны союзники и армия, которые помогут в сложившейся ситуации. Ты знаешь, что для врага я мертв, и пусть он продолжает думать так и дальше — это лишь играет нам на руку.

Я хочу, чтобы ты знала, что рядом с тобой есть надежные люди, которым я доверяю так же, как себе. Я дал поручение Хэммингу, и я прошу тебя прислушаться к его советам. Он знает, что делать, и ты можешь полагаться на него в это непростое время.

С нетерпением жду встречи с тобой, моя любовь.

Твой верный Ричард».

Амиция прижала письмо к губам, целуя и вдыхая его благоухание. В воображении возник образ Ричарда, его взор и ухмылка, суровость и манерность… его сильные руки, карие глаза и губы пылкие как пламя…

Несколько минут она сидела с прикрытыми глазами и улыбалась, младенец в ее утробе пошевелился и Амиция ахнула, поглаживая живот.

— Твой отец будет счастлив узнать о тебе, — улыбнулась она.

В тот момент, когда в дверь постучали, Амиция, с легким вздохом, отложила письмо в специальный ящик и заперла его на ключ. Свита и фрейлины с недавних пор не сопровождали королеву. Их присутствие ограничивалось лишь утренними и вечерними процедурами, а также редкими прогулками, когда королева могла позволить себе немного свежего воздуха в компании принца.