Прекрасное чудовище: сердце полукровки

Глава 19.1.

Эвия:

Я вернулась в общежитие, вся промокшая и злая на себя. Даже горячая вода в ванной не смогла смыть из памяти ощущение их взглядов.

Драконица и волчица внутри спорили до глубокой ночи. Я ворочалась под одеялом, пытаясь заглушить их спор.

"Каин был прав", — пронеслось у меня в голове, внезапно прорезав этот шум. Он говорил, что мир делится на игроков и на добычу. Что жертва сама виновата в своей слабости. Я не хочу быть добычей. От этого осознания сжались кулаки. Не хочу чувствовать этот страх. Не хочу видеть эти насмешливые взгляды. Не хочу, чтобы мою судьбу решали другие.

Значит, мне самой надо научиться быть игроком. Игрок не бежит с поля боя. Игрок не бросается в атаку сломя голову. Игрок изучает правила. Просчитывает ходы. И бьёт точно в цель, когда противник менее всего этого ждёт.

Спор внутри будто затих, застигнутый врасплох этой новой, чужеродной для них идеей. Драконица улеглась, наблюдать. Волчица — выжидать. И в этой короткой тишине, наконец, пришёл сон — тревожный, но всё же отдых.

Сознание вернулось утром. В комнате было тихо, только в коридоре слышались смутные голоса студентов. Но я даже не пыталась подняться. Веки налились свинцом, всё тело ломило от усталости после бессонной ночи. Хотелось лишь остаться под одеялом, спрятаться в его тепле и забыть обо всём, хоть ненадолго.

— Вставай, — раздался над ухом звонкий голос Тари.

Я приоткрыла глаза. Соседка уже вернулась откуда-то, волосы собраны в небрежный хвост, в руках — сумка. Наверное, уже успела позавтракать.

— Сегодня мы идём в город, — заявила она так, словно обсуждения и не требовалось.

— В какой ещё город? — пробормотала я, зевая и поворачиваясь на другой бок.

— Ну, тот, что ближе всего к Академии, — невозмутимо ответила Тари.

Я приподнялась на локте.
— Это же запрещено без разрешения ректора. Нас не пропустит стража. Мы даже не сможем выйти из ворот.

Девушка хитро улыбнулась.
— Я знаю лаз в стене.

Я уставилась на неё, будто она сошла с ума.
— Хочешь, чтобы мы сбежали?

— Ну да, — без тени сомнений пожала та плечами.

— Не уверена, что это хорошая идея, — осторожно заметила я.

— Ты что, трусиха? — прищурилась она. — Одевайся. Только не в академическую форму, чтобы нас не узнали.

Посмотрела на неё — упрямую, решительную, — и поняла, что спорить бесполезно. Если Тари что-то задумала, она всё равно добьётся своего. Вздохнув, я сбросила одеяло и начала собираться.

Через полчаса мы вышли из общежития. Сделали вид, что просто направлялись на прогулку по территории Академии. Я нервничала, то и дело оглядывалась, но соседка шагала уверенно, как будто сто раз проделывала это раньше.

Вместо ворот мы свернули к старым складам, где стены были тронуты мхом, а земля пахла сыростью. Обошли кусты, и Тари остановилась у едва заметного углубления в каменной кладке.

— Вот, — с гордостью произнесла она и наклонилась. — Смотри внимательно.

Затем отодвинула ветви, и я увидела низкий лаз, скрытый в зарослях. Сырой воздух тянул изнутри.

— Ты серьёзно? — прошептала я.

— Очень, — отрезала Тари и первой скользнула внутрь.

Я колебалась ещё мгновение, потом последовала за ней. Камни холодили ладони, одежда цеплялась за выступы, и в какой-то момент мне показалось, что я застряну. Но наконец мы выбрались наружу, за пределы Академии.

Я выпрямилась и глубоко вдохнула. Впереди тянулась тропинка, ведущая вниз по склону. На горизонте виднелись крыши. Вскоре мы вошли в городок.

Он оказался совсем не похожим на то, что я ожидала. Узкие улочки петляли между невысокими каменными домами с черепичными крышами. У окон свисали цветочные ящики, на площади шумел рынок: люди переговаривались, торговцы выкрикивали цены, уличный музыкант играл на скрипке. В воздухе пахло свежим хлебом, жареными орешками и медовыми лепёшками.

Всё здесь казалось таким милым и уютным, словно это был другой мир — тёплый, добрый, лишённый постоянного напряжения Академии.

Тари повернулась ко мне с довольной улыбкой:

— Ну что, трусиха, стоило того?

Я кивнула.

Она взяла меня за руку и потащила вперед. Мы останавливались у каждой лавки: то Тари тянула меня к витрине с яркими платками, то я сама задерживала её возле стойки с книгами. Везде хотелось побывать, всё потрогать, ощутить.

И вдруг я заметила её. Небольшая, с потемневшей от времени вывеской, она выглядела скромнее остальных. На вывеске значилось «Антикварные диковины». У входа висел маленький колокольчик, и сквозь пыльное стекло можно было рассмотреть полки, уставленные странными вещицами.

— Смотри, — я кивнула на лавку. — Кажется, здесь есть что-то интересное.

Тари посмотрела, словно оценивая.
— Хочешь заглянуть?

— А почему бы и нет? — я почувствовала лёгкий азарт.